Новые горизонты (СИ)

М-да, ну, коль дело складывается столь удачно, то экспедицию на поиски Черногорского месторождения коксующегося угля надо отправлять следующим летом, и никак не позже. Пока его обнаружат, пока там всё исследуют, пока уголь добывать начнут, как раз и судоверфь к тому времени обустроится. И первую домну мы сможем запустить сразу же на коксе, а не на древесном угле — с ним возиться чересчур накладно, не наш это путь развития. Эх... жаль, уголёк моей шахты для домны не подходит. Бурый он, зараза! Некоксующийся.
Первые плавки станут тяжёлым испытанием и для меня, и для всех тех, кто вместе со мной возьмётся за эту адову работу. Летом я с огромным удивлением узнал, что в Российской империи металлургов-доменщиков, способных выплавлять металл на коксе, нет вовсе, да и домны, работающей на коксе, ни одной нет, все используют древесный уголь. То есть я, получается, буду первооткрывателем. Хм, если честно, довольно сомнительная "почётная" обязанность. Товарищ Ленин сказал бы так: "Перед нами стоит задача архисложная".
Я, несмотря на весь свой опыт и знания в области металлургии, всё же не доменщик. Разумеется, в работе домны и в её конструкции я разбираюсь лучше любого из ныне живущих, но... не нужно забывать, что каждая профессия имеет свои особые секреты, постичь которые можно только со временем. А управление доменной печью, по моему личному мнению, сродни искусству, навыки в нём приобретаются лишь долгими годами практики. Поэтому не сомневаюсь: на первых порах тех же "козлов"15 мы "наловим" массу.
А что делать? Не браться за кокс я опять-таки не могу. В обозримом будущем коксовая металлургия — это наше всё, без неё тот же криворожский металл хрен добудешь, а он стране очень нужен. Следовательно, чем раньше мне удастся подготовить людей для осуществления промышленной революции в отдельно взятой империи, тем быстрее я завоюю рынок чёрных металлов. Сначала российский, а потом, глядишь, и мировой.
Домну, конечно, поставим маленькую, но зато высокотехнологичную и полностью механизированную. Пусть народ к новым веяниям привыкает. В придачу к домне мартен соорудим, ха... тоже первый в стране. Они будут работать в паре. Ну а главной достопримечательностью нашего предприятия станут прокатные станы. Мы возьмёмся катать всё, что может понадобиться нам и жителям Енисейской губернии: листовую сталь, кровельную жесть, трубы, балки, рельсы, арматуру.
Сразу по окончании зимы кроме поисков коксующегося угля начнём и разведку медных рудников Минусинского края. Больно уж дорога привозная медь, а нашему с Потапом заводу её с каждым месяцем требуется всё больше и больше. Так что посёлок Цветногорск в этой реальности возникнет не в конце века, а в ближайшие годы.
На совместную разработку золотых приисков мне, к сожалению, никого из уважаемых купцов не удалось сподвигнуть. У Татьяны Ивановны своих забот полным-полно, а Кузнецовым пока не до того. Они в конце зимы собрались всем семейством в Европу махнуть и только через полгода потом вернутся. Кузнецовы вообще заядлые путешественники, и по России, и по Европе не раз уже прокатились, даже в Египте и в Америке побывали.
Да, по сути, сейчас многие богатые купеческие и дворянские семейства так поступают. Едут посмотреть на мир или просто подышать воздухом курортов Италии, Швейцарии, Франции, а заодно показаться лучшим европейским врачам, полечиться на водах. Бывает, подолгу за границей живут, а некоторые и постоянно. То есть в этом плане жизнь обеспеченной части населения России девятнадцатого века почти ничем не отличается от жизни состоятельных людей века двадцать первого.
Вечером, отойдя от эйфории новых, далеко идущих планов, я в сумбурных чувствах зашёл к Софе посоветоваться.
— Знаешь, у меня в последнее время появились ощущения, наверно схожие с твоими в недавнем прошлом. Помнишь, как ты была растеряна, когда я первое намытое золото принёс?
— Слишком всё хорошо да гладко?
 
— Вот именно! Слишком! Не считая мелких неурядиц, во всех делах постоянный успех и процветание. Но мне ли не знать: в жизни так не бывает. Боюсь, судьба готовит нам какую-то грандиозную пакость. И самое страшное, я даже не представляю, откуда ожидать удара.
— Вполне возможно, неприятности будут, но, полагаю, не страшные.
Так, так, так! С этого места, пожалуйста, поподробнее. Опять Галина напророчила, или... Чёрт!
— Не хочешь ли ты сказать, что назанимала нам удачи везде, где смогла?
Софа немного смутилась, отвела взгляд и тихо ответила:
— Нам надо продержаться ещё год, максимум два.
— Почему это вдруг продержаться? Вроде нормально живём. Или ты ожидаешь великих потрясений?
— Ты же понимаешь: нужно как можно быстрее встать на ноги. Потом станет легче, и везение не будет играть столь существенную роль. К тому же нам предстоит поездка в столицу.
Господи, какой невежественный лепет, какое грубое знахарство... А я-то голову ломаю, что же меня смущает?
— Я так понимаю, ты и графу на дорожку без меры поворожила. Не боишься карму свою окончательно испортить?
— Карму? Нет. Поверь, я знаю пределы дозволенного.
— И что? Потратишь дозволенное в первые годы, а после как жить? Ведь откаты начнутся, о которых ты мне рассказывала? Проблемы посыплются как из рога изобилия.
— В ближайшие годы неприятностей, с которыми мы не смогли бы справиться, не возникнет.
— Интересно, откуда такие сведения? Уж не Галина ли тебе об этом нашептала?
— Да, Галина.
— В ближайшие годы, говоришь? Ну а затем?
— Жизнь покажет.
О-о, Сашок, вот где собака-то порылась! А ты уж вообразил, что в этой реальности весь твой жизненный путь до самой старости мёдом измазан. Ох, как легкомысленно поступает Софочка! Не-е... эту лабуду пора завязывать, а то наша красавица со своим гипертрофированным материнским инстинктом надорвётся, всем судьбу исправляючи, и не заметит этого. Но что сказать? Как вразумить?
Не успел я ничего придумать, Софья Марковна перешла в наступление.
— Александр, не представляй всё, что мы имеем, одной лишь моей заслугой.
— Да уж... чуть-чуть и я сподобился поработать.
— Чуть-чуть ли? Подумай. Если б не искал ты золото на Волчьем ручье, наша усадьба была бы гораздо скромнее. Если б не вмешался в дела кузни Потапа Владимировича, не имели бы вы с ним завода, а о судоверфи сегодня и речь бы не велась. И золотые прииски — это следствие твоих знаний и памяти. Пойми, удача не всё может, многое от человека зависит.
— Ну да, ну да. Только ведь в прошлой жизни я был таким же, как сейчас, но почему-то огромных деньжищ нагрести не сумел. Маленького такого пунктика не хватило — везухи.
— Ты сам рассказывал, сперва не знал, что делать, долго метался, занимался ерундой. Согласна, могло не хватать везения, но ты же, наперекор всему, сумел потом свою судьбу устроить. А здесь, заметь, всё иначе. Во многом ты изначально представляешь, как следует поступать. Как вести разговор с купцами, как и чему обучать рабочих, как ювелирные украшения делать. Опять же, где золото в тайге лежит, ведаешь. Да, я, конечно, помогаю, но, будь уверен, не слишком много сил на это расходую.
Чёрт! Ловко она разговор повернула, и не придерёшься. Но... 
— Софа, я уже давно не маленький мальчик, поэтому чувствую: ты перебарщиваешь.
Ага, смутилась! Значит, я прав.
— Все эти призывы удачи, полагаю, опасны своими последствиями в первую очередь для тебя. Не перебивай! Дослушай. Переубеждать и что-либо доказывать я не собираюсь. Ты умная женщина, сама всё понимаешь, но, вероятно, не совсем правильно расставляешь акценты. Так уж получилось, что ближе и роднее, чем ты, у нас с Марией никого нет, мы любим тебя и не хотим потерять. Постарайся растянуть наше совместное счастливое проживание на как можно более долгое время. Пускай удачи будет меньше — ерунда, переживём. Просто станем интенсивнее работать головой и руками.