Право на эшафот

– Не можете, – согласилась горгулья. Крылья ее тоскливо опустились, на морде появилось обреченное выражение. – Продуктов не хватит. Разве что успеете натаскать, пока его не хватятся?..
– Не успею. Его хватятся максимум через полчаса. А почему вы боитесь? Вы же сами сказали, что он не сможет никуда пройти.
– Я соврала. – По горгульиной щеке покатилась слюдяная слеза. – Слабый маг не сможет. Он сильный. Он из рода тех, кто убил истинных хозяев этой земли. А я даже отомстить не могу.
Я положила руки на кристалл. Все равно болтаем, а так хоть с толком будем болтать. Известие о связи правящей династии Теофрении с Легионом поначалу меня ошарашило, но потом подумала: закономерно, когда во главе страны встает тот, кто возглавил переворот. И совершенно логично, что с ними не хотят иметь дело никакие Сиятельные из соседних стран.
Горгулья все сильнее переживала невозможность отомстить – слез набралось с десяток, а уж лапы она заламывала, как примадонна в театре на премьере – с вдохновением и надеждой на аплодисменты. Сопровождалось это действо колыханием крыльев, медленным и тяжелым.
– Я тоже сильный маг, – напомнила, чтобы хоть немного успокоить собеседницу.
– Вы слабее, – неожиданно ответила она.
– Как это слабее? У меня тринадцать кругов, у несиятельных столько не бывает.
– Глупости. Сила не зависит от Сиятельности или несиятельности. Да, Сиятельные – все маги и в среднем сильнее несиятельных, среди них с тремя-четырьмя кругами магов нет, начинается от пяти-шести. Но именно что в среднем. Этот сильнее, хоть и маскируется. Но я-то вижу. От меня не скрыть. Если бы несиятельные маги были слабее, они никогда не победили бы Сиятельных. Нельзя недооценивать врага. А вы его притащили в самое сердце нашего оплота, которое теперь беззащитно перед потомком преступников.
Информация несколько отличалась от той, что не так давно выдала Катя. Врала? Или со временем магическое расслоение увеличилось и среди несиятельных сильные маги исчезли? Но горгулья утверждает, что Рауль не просто сильный, а сильнее меня. И сколько у него кругов? Четырнадцать? Пятнадцать? Или и это еще не предел? С другой стороны, важен не размер, а умение. Может, его учили только пыль в глаза пускать заезжим герцогиням? Но тогда он вряд ли был бы штатным преподавателем университета. Быстро выяснилось бы, что он умеет только пылить. Значит, будем исходить из худшего варианта: сила есть, ум есть и умение все это использовать тоже присутствует.
– То есть при желании Рауль может попасть здесь куда угодно?
Горгулья угрюмо кивнула.
– Помешать ему мы не сможем. Так-то комната полностью экранирована, но если он поймет, что изнутри мы куда уязвимей, чем снаружи…
– Не поймет. Я сейчас отвлеку его и уведу.
– Вино и фрукты нести не надо? – обрадовалась возможности сэкономить горгулья.
Почему-то показалось, что без обещанного угощения Рауль точно не уйдет: оскорбленное самолюбие требует хоть какой-то компенсации.
– Надо. Будем усыплять бдительность. Вино для этого особенно хорошо подходит.
Отдав достаточно энергии, оторвала руку от кристалла и решительно направилась к Раулю. Он сидел в кресле и любовался картиной. На мой взгляд, ничего особенного в ней не было: даже не с первого взгляда поймешь, что изображена женщина.
– Вино скоро принесут. К сожалению, я в выборе не сильна, так что решить, что именно нам нужно, не смогла, оставила на усмотрение местного хранителя.
На удивление, Рауль проявил воспитанность и встал, но восхищение его хорошими манерами вмиг пропало, стоило ему сказать:
– Катарина, вы такую интересную фразу произнесли, когда были не в себе. «Какого черта», – что это значит?
– Вам послышалось, Рауль. – Я уселась в кресло напротив, дав возможность сравнить даму живую, но одетую, с голой, но нарисованной. Уверена, если бы проходило соревнование, выиграла бы с разгромным счетом, во всяком случае, внимание единственного кавалера полностью принадлежало мне. – Я в точности не помню, что я говорила, но, скорее, что-то типа: «Какого ксуорса». Какого ксуорса вы меня спровоцировали?
 
Самая лучшая стратегия защиты – нападение, это я еще из прошлого мира помню. Вот и Рауль едва заметно смутился, наверняка выбросив чертей из головы хотя бы на время. И через пару дней сам будет сомневаться, что слышал.
– Откуда мне было знать, что у вас такие проблемы с контролем?
Он сел и оказался слишком близко. На таком расстоянии врать сложнее, чем когда собеседник отделен от тебя приличных размеров столом.
– У меня нет проблем с контролем.
– Неужели? – Он насмешливо приподнял бровь. – Мне так не показалось. Проблемы есть, и вы можете быть опасны для окружающих. Сколько у вас Кругов Силы?
– Шесть с половиной.
– А если честно?
– А сколько у вас?
– Девять, – ответил он, не дрогнув глазом.
– А если честно? – вернула его реплику.
Я улыбнулась, а он недовольно прищурился.
– Какие у вас основания считать, что я вру?
Ответить не успела. После короткого стука в комнату вошла мрачная горгулья, толкая перед собой столик, на котором стояли бутылка вина, два бокала, пара тарелок, столовые приборы и ваза с фруктами. Фруктами поневоле заинтересовалась и я, потому что среди них оказался незнакомый, похожий на огромный персик, с таким же характерным пушком, но зеленый, как киви-переросток. И как его правильно есть? Пока я размышляла, Рауль уже сцапал.
– Он один, – намекнула.
– Я порежу. Прекрасная закуска к вину.
При упоминании вина почему-то вспомнилось, как горгулья предлагала спрятать концы в воду, то есть принца в землю, и я заволновалась.
– А вы уверены, что вино нормальное после стольких лет?
Горгулья оскорбилась.
– Донья, неужели вы думаете, я принесу вам какую-нибудь гадость? В стазисе ничего не портится.
– Мало ли… Может, маги, что были здесь, оставили сюрприз тем, кто придет на их место?
– Не переживайте, Катарина, у меня определитель ядов при себе, – прервал наш спор Рауль. – В этом вине ничего вреднее спирта нет.
– Донья, на всякий случай сообщаю, что вас ищут. Молодой маг с сеньоритой делают уже второй круг вокруг нашего корпуса.
– Мы коротко побеседуем и выйдем.
Горгулья этим удовлетворилась и процокала на выход, почему-то выразительно махнув крылом на кровать. Ну нет, до такой степени отвлекать Рауля я не собираюсь. Не настолько политически подкована. Предстоящего тет-а-тет я страшилась, но, даже вздумай начать его с кровати, все равно придется договариваться словами.
– Итак, что мы имеем. Вы сильный маг, потерявший память и не умеющий контролировать силу, – удостоверившись, что дверь закрылась, резюмировал Рауль. – У нас с вами была обоюдная клятва, но вы свою часть обещания выполнить не можете.
Как и обещал, он уже старательно пластал фрукт на ломтики. Внутри тот оказался тоже темно-зеленым, чуть светлеющим к косточке. Косточку Рауль выковырял и зачем-то положил в карман.
– Рауль, это чистой воды жульничество. Я обещала провести вас в Сиятельный корпус – и вы здесь. Со своей стороны я выполнила все в точности. Если вы намекаете, что можете не выполнить свою часть клятвы, то нет, не получится.
– С вашей стороны речь шла о библиотеке.
– Нет, речь шла о Корпусе, и вы это прекрасно помните, – твердо сказала я и взяла ломтик странного фрукта.
На вкус он оказался близок к персику и такой же сочный, небольшая кислинка придавала нотку свежести, которой так не хватало в нашем разговоре. Даже зажмурилась от удовольствия, но его хватило ненадолго.
– И все же я рассчитывал на библиотеку.
– Не знаю, на что вы рассчитывали, но сейчас вы просто пытаетесь получить что-то сверху. Смотрю, вы вполне овладели отличительной особенностью монархов: подашь им палец – норовят руку по локоть оттяпать. Вы, конечно, еще не монарх, только учитесь, но пасть у вас большая.
– Пасть?
– Приготовленная для желаний. Но на меня рот можете не разевать.