Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— Во дворце отца мне бы не удалось ей помочь. Я оставила ей свой гримуар и подсказки… 
— Например, ритуал шевалье, выдав его за приворот? — иронично хмыкнул я. — Вы так заботливы. Не испытывай я на тот момент расположения к Валери, мог отправить её к отцу с клеймом бесплодия на репутации. 
Плечи Виолет вздрогнули. По лицу скользнула тень. Только это выдало её реакцию. Они с сестрой отличаются и внешне. Виолет ледяная, бездушная, а Валери тёплая. 
— Хорошо, я плохая сестра. Меня не обучали заботе о близких, я не знала любви отца. Единственного человека, который меня любил — мать, и ту отняли, когда мне было пять. Но теперь у меня есть Валери, Максимилиан, Клод, Анет, Ланцелот. Я намерена защитить их, чего бы мне это ни стоило. И, слава моей стихийной покровительнице, у меня достаточно для этого сил, — Виолет твёрдо посмотрела в мои глаза. 
Больше не играла, показывала себя настоящую. Упрямую, как сестра, сильную, отчаянную. 
— Что ж, здесь наши цели схожи. От меня их защищать не придётся. Обещаю. 
— Раз цели наши схожи, прошу разрешить мне отправиться в Тринату с вами. Если необходимо, я готова подписать тот же договор, что подписала и Валери. 
— Зачем вам это? 
— Я же сказала… 
— Вы принцесса, но готовы служить мне? Валери и Максимилиан под защитой целой страны, их безопасность обеспечена. Вы можете вернуться к воплощению своего плана по поиску мужа. 
— Я не способна найти мужа. По крайней мере, среди драконов. Отец и Жаклис слишком жестоко вбили в меня запреты на личное счастье. 
— Но вы выбрали Кириус. 
— Потому что драконы тоже молятся стихиям, здесь никто не заклеймит меня греховной за мою силу. И драконы не женятся на людях, это хорошее поле для тренировок новой меня. Я хочу измениться. Валери, Клод, Максим… все они делают меня лучше. Если для того, чтобы остаться с ними, придётся служить вам, я выдержу. 
— То есть дело в желании измениться? 
— Не знаю… Много всего, — нахмурилась она. — Я думала, вы поймёте меня лучше всех. 
— Почему? 
— Нам обоим не повезло с родными. Вас предал дядя, меня отец и бабка. Чувство самосохранения должно требовать от нас никому не доверять. Так почему вы простили месье Коле и Валери? 
Она права, доверие сложная для меня тема. Лотер предал родного брата, посадил меня, своего племянника в клетку. Луна шпионила для него и привела меня в ловушку. Недоверие есть всегда, прошлое часто мешает мне быть откровенным, потому Леджер не знал о беременности, а Матео только догадывался. Но я всё равно стараюсь пересилить себя, верить друзьям, пытался построить отношения с Валери. Поэтому простил. Поэтому Клод и Анет едут в Тринату с нами. Потому что во мне ещё живёт вера в счастье без страха получить удар в спину. Как было в детстве, при родителях. Возможно, и Виолет через ошибки идёт к своему счастью. 
— У нас есть определённые договорённости с императором Кириуса. Но уверен, всё решаемо, если вы готовы идти на сотрудничество. 
— Спасибо, император, — Виолет вздохнула с облегчением. 
Я впервые увидел её искреннюю улыбку. Мысли скребло недоверие, но я не позволял ему овладеть душой.
  
Глава 20
 
/Валери де Лакруа/   
Сегодня я снова проснулась в одной кровати с Домиником. Седьмой раз с момента его нового появления в моей жизни. Это становилось почти привычным. По крайней мере, я перестала шарахаться и наблюдать за ним настороженным взглядом. Но сегодняшнее утро всё же отличалось от прошлых, потому что Доминик находился слишком близко. Я упиралась носом в его плечо. Хотела даже уколоть на тему подкатов к бывшей, но тут поняла, что сама развалилась по центру кровати, оттеснив императора к краю. 
Щёки тронул румянец. Я осторожно отодвинулась, но, вскинув голову, поняла, что Доминик уже не спит. 
— Доброе утро, — мягко улыбнулся он. 
— Доброе, — буркнула я, мысленно радуясь тому, что он спит в рубашке и пижамных брюках. 
Вид Доминика в постели рядом со мной и так дезориентирует, а если бы он был ещё и полуобнажён, точно бы лишал меня адекватности на всё утро. В конце концов, я не врала об оценке его привлекательности для себя. Его образ ассоциировался не только с проблемами, но и со страстью, удовольствием, нежностью. 
 
Утро тоже прошло почти обыденно. Кормление, умывание сына, наведение красоты, появление деликатной, но проницательной Абелии, завтрак с Домиником, пока она занимается малышом. Потом мой бывший отправился общаться с императором Вилдбэрном. Они обсуждали какие-то торговые соглашения. Доминик решил, раз примчался из Тринаты в Кириус, то займётся и делами. А ещё, мне кажется, он давал нам всем время свыкнуться с изменениями в наших жизнях. 
Я уж точно полностью успокоилась. Отец, Анет и Ланцелот отправляются со мной, по Виолет ещё идут переговоры, но Доминик не высказывается против. 
Максим познакомился со своим отцом и общается с такими же демонами, как и он. Чуть подрастёт, и с помощью ментального дара Доминик научит его ставить блоки от чужих эмоций. 
А я облегчила душу, рассказав о деталях прошлого и извинившись за побег. Наш с Домиником конфликт исчерпан. Новых пока не намечается. Напрягала, а точнее, волновала только неопределённость наших отношений. Кто мы теперь друг для друга? Я вроде как должна ему служить, но пока занимаюсь только сыном. Он ночует у меня, проводит со мной время. Но для него возобновление отношений со мной означает шанс на ещё одного ребёнка. Вдруг его чувства действительно перегорели, и сейчас им движет холодный расчёт? Он заявлял об ином, но Доминик прав, слова могут быть лживыми, я сама постоянно врала и недоговаривала. Но если чувства остались, что он планирует? Оставит при себе любовницей по договору и будет делать детей? Предложит брак, на этот раз настоящий? Последнее вызывало отклик. Потому что сама я как раз совершенно не остыла к Доминику. И хотела бы, чтобы Максим рос в полной семье. Но не фальшивой для видимости, а настоящей, любящей. 
— Ты рассказываешь мне о работе, переговорах, что случилось в этот год. Но почти не говоришь о том, что было с тобой, — отметила я вечером, когда Доминик присоединился к моей прогулке с сыном и Ланцелотом. 
— Не очень хочу вспоминать, — он перехватил ручку коляски, чтобы самому её везти. 
— У тебя кто-нибудь был? Не планируются ли новые династические браки? 
— Валери, — рассмеялся он. Максим сразу обратил к лицу отца заинтересованный взгляд. — Я сообщил тебе, что для меня истинность стала безвозвратной. 
— То есть ты не пытался? 
— Разок попробовал, но другая девушка не то что не вызывала желания, даже раздражала и злила. А ты? Ходила на свидания с сестрой? 
— Нет, — фыркнула я. — У меня Максим, лавка, учёба, какие свидания? 
— А потом? Если бы я тебя не нашёл? 
— Нашёл бы, — качнула я головой. — Максим демон, я бы не смогла его вырастить, собиралась поехать в Тринату. Останавливало только то, что не вижу твоё будущее. 
— Боялась… — кивнул он, посмурнев лицом. 
— Ты не ответил по поводу династических браков. 
— Ответ тот же, я бы не смог быть с другой женщиной. А даже если бы мог физически, не в состоянии представить ту, что способна затмить тебя, — он чуть прищурил глаза, в их глубине вспыхнуло пламя. 
— Притуши обаяние, — буркнула я, закатив глаза в попытке скрыть, как на самом деле на меня подействовали его слова. 
— Я и не начинал, — проурчал он, но улыбнулся уже задорно, принимая моё желание перевести разговор в невинное русло шуток. 
Завершив с прогулкой, мы вернулись в мои покои. Доминик остался с сыном, позволяя мне помыться и переодеться перед сном. Следом отлучился к себе, чтобы принять душ. Но вернулся быстро и прилёг на кровать, наблюдать за тем, как Максимилиан сонно тянет молоко. При появлении отца малыш почти мгновенно уснул и отправился в кроватку. К нему тут же прыгнул Ланцелот, теперь ему разрешалось оставаться с нами. В последние дни я засыпала с Максом, потому Доминик проникал в мою постель без спроса. Сегодня же всё это происходило на моих глазах.