Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— Что происходит, Вал? Почему ты не предупредила? — прошипела мне сестра. 
— Я… я не знала, что так будет, — мой голос дрожал от волнения, взгляд то и дело скользил к выходу в жилую часть. Хотелось рвануть к Максу, а потом нестись прочь, искать безопасное место. — Не понимаю почему.
— Дело во мне, — прогремел до боли знакомый голос. 
Снова раздался звон колокольчика, оповещая о появлении нового гостя. В лавку вошёл Доминик. И моё сердце сбилось с ритма. Я часто представляла нашу встречу, успела придумать множество вариантов, лишённая возможности подсмотреть в будущее, но настоящее оказалось жестоко. Чёрные глаза посмотрели в мои пронзительно равнодушно. Лицо императора Тринаты казалось высеченным из камня, непроницаемо-спокойным и таким же красивым, как мне запомнилось. Волосы он теперь коротко стриг, они больше не спадали на его лоб, придавая хоть какой-то буйный элемент строгому облику. А в одежде он был верен себе и прибыл в чёрной военной форме Тринаты. 
— Доминик… — прошептала я, всё ещё не веря. 
— Император, — исправил он меня. 
— Император, — повторила я, и коробка с зельями выпала из ослабевших рук. 
Раздался пронзительный звон. Удача разлетелась под моими ногами осколками стекла. А я сорвалась с места, устремляясь к сыну. 
  
Глава 17.3
 
Руки болезненно налетели на дверь. Бегающий взгляд натолкнулся на перекрывших чёрный ход служителей управления. Коротко выдохнув, я устремилась вверх по лестнице и ворвалась в свою комнату. Анет активно баюкала плачущего Максима. Ланцелот стоял напротив двери и сердито махал длинным хвостом. 
— Что происходит, Валери? — обратилась ко мне встревоженно Анет. 
— Нас нашли, — прошелестела я, подлетая к ней, и аккуратно взяла сына на руки. 
Он не успокоился, как обычно бывает, а продолжал плакать. Анет вскрикнула от испуга, увидев кого-то в проходе. Я развернулась и столкнулась взглядом с чёрными глазами Доминика. Ланцелот зашипел, припав на передние лапы. 
— Нет, не нападай! — потребовала я, крепче прижимая Макса к груди. 
Лавка окружена, власти Кириуса окажут Доминику всю необходимую поддержку. Единственный шанс сбежать — дар Виолет. Но вряд ли ей позволят открыть портал. Поэтому не стоит усугублять наше положение нападением на императора. 
— Не подходите, — Анет выступила передо мной, раскинув руки в стороны. 
— Я не собираюсь воевать с женщинами, — поморщился Доминик. — Немедленно выйди и кота забери, пока я не приказал вас арестовать, — припечатал резко. 
Мы с Анет вздрогнули от испуга. Девушка сделала неловкий шаг назад. Максим продолжал громко плакать. 
— Он прав, иди вниз, забери Ланцелота, — хрипло попросила я. 
— Но… — попыталась возразить она. 
— Это касается только меня и… императора. Иди, — взмолилась я, ведь видела, как магические потоки закручиваются вокруг мощной фигуры Доминика. Он мог убить её за щелчок пальцев. — Пожалуйста, спустись к Виолет. Помоги отцу её успокоить. 
Судя по крикам, сестра бросалась обвинениями. Анет колебалась ещё несколько минут, потом кивнула и покинула комнату, обойдя Доминика по дуге. После нескольких просьб Ланцелот последовал за ней. 
— Верное решение, — похвалил мужчина, направившись ко мне. 
Стало так страшно, я невольно сделала ещё несколько шагов назад, пока не наткнулась бедром на подоконник. 
— Отдай мне сына, — чеканя каждое слово, потребовал он. 
— Я не могу… — пролепетала, судорожно пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, вот только решение не находилось. 
Конечно, мы всегда были готовы сорваться с места, есть тайники, но, похоже, слишком полагались на мой дар. Считали, он предупредит меня об опасности. Только он промолчал, не сообщил о приближении Доминика. Видимо, потому я не смогла приблизить видение о Ланкастере, оно тоже было связано с моим бывшим. Как он это делает? 
— Отдай, — повторил Доминик. 
— Он мой сын! — воскликнула я. — Как отдать его? 
— Он и мой сын. Отдай, — он протянул руку и трепетно положил её на макушку Макса. 
 
Не знаю, что он сделал, но ребёнок почти моментально успокоился. 
— Ты нервируешь его, — Доминик ещё приблизился. 
Аккуратно поддержал сына под голову и потянул его на себя, подставляя вторую руку, словно колыбель. Я задыхалась под потоком эмоций, но всё же позволила мужчине взять его. Несколько звенящих мгновений вечности Доминик присматривался к сыну. А потом с облегчённым вздохом прижался губами к его лбу. Закаменевшие черты сурового лица смягчились, чёрный взгляд наполнился теплом. Из моих глаз брызнули слёзы. Я всё ещё пребывала в ужасе, но этот миг огрел сердце нежностью. Что бы ни случилось, Доминик позаботится о сыне. В конце концов, нашёл же он нас как-то в другой стране. 
— Не смей забирать его, — не знаю, откуда взялись силы, чтобы наполнить голос твёрдостью. 
Год, целый год сомнений, неопределённости и воспоминаний о несбывшемся. Не проходило ни дня, чтобы я не воспроизводила в мыслях образ Доминика, не размышляла о возвращении и возможности хоть что-то изменить. Но всегда останавливал страх. Всё-таки император с огромными ресурсами, а я просто ведьма с несколькими союзниками. 
— Решила мне угрожать? — зло усмехнулся Доминик. 
— Это мой сын, — напомнила я ему. — Я не хотела играть твою жену, не хотела спать с тобой и беременеть, но это случилось. Я выносила его, родила. Это мой ребёнок. Если попробуешь его забрать… 
— Что ты сделаешь? — мрачно уточнил он. 
— Прокляну, Доминик. Для материнского проклятия даже не нужна магия. 
— Угрожаешь, — усмехнулся он, перехватывая Макса удобнее, и прижал его к груди. — Значит, и мне можно. Я долго размышлял, что сделаю с тобой, когда найду. Сначала даже тосковал. Потом пришла ненависть. А сейчас нет ничего. Я готов оставить тебе жизнь в благодарность за сына. 
— Если я откажусь от него? Ни за что на свете! 
— Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия, — сердито прищурился он. — Угрожаешь мне проклятием? Я могу убить тебя за миг. Не успеешь даже испугаться. 
— Может, я уже наложила его на сына, чтобы защитить его? — безбожно врала, но надеялась, что это не так заметно. 
— Ты не меняешься, — зло рассмеялся он. — Всё такая же изворотливая лживая тварь. 
Я судорожно сглотнула, ощутив болезненный укол в груди. Глупо было рассчитывать, что Доминик сохранил хоть капельку тёплых чувств ко мне. Почему же тогда сразу не убил? К чему эти разговоры? Предложение о помиловании? Действительно не уверен, что я не припрятала проклятье в рукаве? Или есть что-то ещё? 
— Я готова на всё ради сына, — прямо посмотрела в его колючие глаза. — Разве ты не так же? 
— Что ты можешь ему дать? Фальшивую личность? Жизнь под чужим именем во лжи о его происхождении? Так ты любишь сына? — каждое его слово мучительно хлёстко поддевало сомнения, что постоянно одолевали меня. — Он демон, вряд ли ты знала, но появление рогов в таком юном возрасте говорит о силе его ментального дара. Как ты собиралась помочь ему справиться со своими способностями? Ты не в состоянии даже заглушить свои эмоции, чтобы успокоить его плач. Ты можешь дать ему существование, я дам ему жизнь. Он — будущий император Тринаты, достойный член дома Грамон, что поколениями оберегает жителей страны. А ты предлагаешь ему жизнь сына лавочницы. 
— Зато вдали от интриг, — на моих губах расцвела кривая улыбка. — Я, знаешь ли, тоже дочь короля, представитель древнего ведьмовского рода, пассивная портальщица. И как это меня защитило? Я стала пешкой в чужой игре. И второй год живу в страхе смерти. Ты прав, я многого не могу дать сыну, зато я люблю его и не дам никому в обиду. Даже тебе. 
— Я заберу его, — твёрдо заявил Доминик. — Его место в Тринате, рядом со мной. 
— А я, значит, должна либо отдать его, либо умереть? — иронично усмехнулась. 
— Судя по всему, наш конфликт неразрешим для тебя, — равнодушно пожал он плечами, отступив от меня на шаг.