Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

— Ты про выход в окно? Надо было прыгать, да? Тебе бы стало легче? — я вскинула голову, упрямо глядя в чёрные глаза, в которых мелькало пугающее пламя. 
— Не говори так, — поморщился он. 
— А разве не этого ты добиваешься?! — вспылила я. — Лишил меня магии, забрал мой, между прочим, гримуар, бросил мою подругу в бордель. 
— Никто её не… 
— Ты запер меня во дворце, лишил возможности помочь ей, без моего ведома пичкал меня настоем для зачатия. Распоряжался моим телом на своё усмотрение. Может и супружеский долг выполнял, пока я спала? 
— Виолет... — прорычал он, и в глубине его рогов зажглось злое пламя. 
Как-то я быстро соскочила с дипломатического варианта разговора на злую версию… 
— Мы неправильно начали, Доминик, — я перевела взгляд к яростно горящему камину. Пламя отзывалось на гнев огненного демона. — Наделали ошибок. Ты хотел отказаться от меня, я испугалась, что придётся вернуться в Акрию… хм… опозоренной, и сделала глупость. На рубашке была твоя кровь, я по наитию сожгла её, помолилась о том, чтобы ты передумал. И вот… Я сама не поняла, что сделала, пока Леджер не бросил те слова про кровного слугу. Только тогда я нашла ритуал формирования связи с шевалье, поняла, что сделала. Мне жаль. Но вымаливать прощение я не намерена, если ты этого ждёшь, — и безвольным жестом указала  на кровать. 
Горло запершило, говорить ровно давалось ценой усилий. Я налила себе сок в стакан и сделала несколько глотков, поглядывая на дверь. 
— Я не жду, что ты будешь вымаливать прощение, мне лишь нужны были объяснения, — он вдруг склонился ко мне. 
Воздух между нами будто накалился. Стало трудно дышать. 
— Я их дала. Мне можно идти? 
— Я бы хотел, чтобы ты осталась, — он отвёл волосы с моего плеча и коснулся кончиком пальца кожи шеи. 
По телу побежали щекотные мурашки. 
— Для чего? — я чуть отодвинулась и посмотрела в его глаза. Мне был знаком этот взгляд. Вожделение. — Если я дальше буду послушно принимать тебя в постели, ты снимешь браслет и вернёшь мне гримуар?
Он нахмурился и еле заметно мотнул головой. 
— Вот именно. У меня нет причин притворяться, что всё хорошо, — захотелось отвернуться. Казалось, я не в состоянии сохранять спокойствие и изображать фальшь, когда он так смотрит. — У меня вообще ничего нет, Доминик. 
— Не драматизируй, Виолет, — скривился он. — Ты признаёшь свою вину, понимаешь, что я не могу тебе доверять. 
— Вот именно, — кивнула я. — Предлагаю вернуться к началу. 
— Что ты имеешь в виду? — посмурнел он. 
— Изначально это политический брак. Наши страны живут в мире, я рожаю от тебя ребёнка. Вот к этому и вернёмся. Благоприятные дни наступят через две недели. Тогда и встретимся, — я попыталась отодвинуться к краю софы, но Доминик удержал меня. 
— Ты сама пробудила во мне страсть к тебе, — прошипел он мне в ухо. 
— Помнишь, какой задал мне вопрос перед первой ночью? Я ответила на него неверно. Дальше хочу, чтобы было быстро и скорее заканчивалось. Я не твоя любовница, а жена. Договорная, — улыбнулась фальшиво нежно. — И, кстати, понимающая. У тебя кто в друзьях? Леджер и Матео. Один подскажет, где найти хорошую любовницу, второй поможет скрыть её присутствие в твоей спальне. И слова против не скажу. 
— Ты предлагаешь мне завести любовницу? — окончательно помрачнел он. 
— Да, потому что сама не в состоянии выполнять эту роль. Я же принцесса, Доминик, мне положено веселиться и сиять. В любовницы не нанималась. Мне надоело притворяться. 
Он напряжённо молчал, прожигая меня сердитым взглядом. Политический вариант разговора не получился. 
Я всё же подползла к краю софы, поднялась и спешно направилась на выход. 
— Ты не притворялась, Виолет, — догнали меня его слова, прежде чем я покинула спальню, и ударили в самое сердце. 
Меня потряхивало. Грудь сжимало стальными канатами. Не помню, как перешла в свои покои и добралась до спальни. А здесь безвольно опустилась на кровать. По щекам бежали слёзы. Я не понимала почему. Не хотела понимать. 
  
Глава 12.2
  
/Доминик Грамон/ 
— Смотри, что у меня есть! — Леджер залетел в мой кабинет без стука. 
Впрочем, Клэр предупредила меня о его приходе. 
— И что же? — отложив перо, я потянулся в кресле и помассировал затёкшую шею. 
— Пицца! — объявил он, демонстрируя мне свёрток ткани. 
До носа доносились запахи жареного мяса и специй. Леджер весь ими пропах, словно только выбрался из кухни. 
— Что? — уточнил я. 
— Говорю, сумел выкрасть нам с тобой пиццу. Эту выпечку готовит твоя жена и угощает лишь избранных. 
— Ты в их число не входишь, раз пришлось красть? — криво улыбнулся я, стараясь скрыть своё замешательство. 
О том, что Виолет находит всё больше занятий, чтобы реже появляться в покоях и в поле моего зрения, мне доносили. Оказалось, что она увлекается даже кулинарией, и иногда проводит время на кухне. За что её обожает прислуга и те немногочисленные приближённые, которых она балует едой собственного приготовления. 
— Ты тоже, раз не знаешь, что такое пицца, — уколол Леджер, присаживаясь в кресло напротив моего стола. — Хотя это понятно и так. На Виолет нет твоего запаха. Придворные шепчутся… 
— Пусть шепчутся. Я даю ей время… остыть. 
А себе — разобраться… Понять, что к ней испытываю теперь, когда воздействие исчезло. Прошло две недели, я принял её объяснения, допустил их достоверность, но по итогу этого времени однозначно мог сказать только одно — хочу её. И, кажется, скучаю. Мы толком не виделись всё это время, дверь в её спальню перекрыта. Но мне докладывают обо всех шагах жены: где была, с кем общалась, сколько потратила денег на этот раз. 
Виолет заполняла освободившееся от изучения магии время с размахом: готовила необычные блюда, заказывала наряды, драгоценности, даже провела модный показ для придворных дам и соревнования между стражниками. Развила бурную деятельность, потому, даже если я вдруг решил бы её посетить, пришлось бы сначала отыскать во дворце. Своё расписание она не выдавала никому, особенно приставленной служанке. Похоже, та единственная, к кому она относилась холодно, высокомерно и даже жестоко. Девушка уже несколько раз просила о переводе. Но Матео отказывал. Кажется, он бесился на мою жену не меньше Леджера. Потому не хотел ей уступать. Он считал, что это стало бы её победой. У меня сформировалось иное мнение. Эти трое развели детские игры. Но за ними было забавно наблюдать. 
— Могу подсказать, с кем можно провести это время, — Леджер подмигнул мне и положил на стол необычное блюдо. 
Открытый пирог с начинкой, состоящей из нескольких видов мяса, лука, грибов и расплавленного сыра. Пахло приятно. 
— Как-нибудь разберусь без твоей помощи, — кисло улыбнулся я. — Ты первый. 
— Думаешь, я решил тебя отравить? — оскорбился он, подхватывая кусочек пирога. 
— Дорогой… — раздался протяжный и томный зов из гостиной. 
Я поперхнулся воздухом, а Леджер кусочком пирога. 
— О мой дрожайший супруг, я потеряла одного воришку, не знаешь, где он? — в комнату летящей походкой вошла Виолет. И принесла с собой острый аромат трав, смешанный с запахом жареного мяса. — А, вот и он… — улыбнулась почти умильно. 
Леджер продолжал кашлять. И почему-то весь покраснел. Из его глаз полились слёзы. 
— Отрава? — я подскочил на ноги, но Виолет остановила меня жестом. 
— Перец. Самый острый, — она трепетно погладила Леджера по макушке. — Специально для воров. 
— Ведьма... — выдохнул он. 
Покачав головой, я рванул к шкафу с напитками, налил в стакан воды и подал его задыхающемуся другу. Тот осушил его моментально. А Виолет продолжала поглаживать его по голове. Выглядела она прекрасно. Волосы острыми гранями обрамляли лицо и спадали на плечи. Короткая стрижка хоть и выглядела необычно, но очень ей шла. Голубые глаза смотрели холодно, хоть на пухлых губах и играла улыбка. Надетый поверх белоснежной в розовый узор рубашки корсет облегал тонкий стан, переходя в свободные чёрные брюки. Подобное носили в Кириусе, стране драконов. Виолет очень сдружилась с Мелиндой.