Ржевский 2 (СИ)

— Дим, да нет в этом мире от менталиста никаких тайн, — отмахнулась Наджиб, оглядываясь по сторонам в поисках ещё одного табурета. — И чем быстрее ты это поймёшь, тем лучше для тебя. Б**, а почему у тебя второго стула нет? Мне на стол садиться?
— Этот дом мой, я в нём обычно один обитаю. Мне одного стула хватает. Сходить, принести второй?
Недолго думая, Наджиб запрыгнула на столешницу и скрестила ноги, усаживаясь поудобнее:
— На. — Она положила рядом с собой свёрток, который принесла в руке.
Ржевский развернул, не торопясь, мазнул взглядом. Затем озадачился:
— Платина как на твоих браслетах. Сердечник из палладия. Руны — золото, энергетический накопитель алмаз. Хреновенький, но большой. Мадина, а что это?!
— Ты не в курсе? — она не исключала, но всё равно удивилась. — Только что назвал все элементы, даже сердечник, которого снаружи не видно, но не знаешь, что это?
— Я вижу кое-какие материалы в глубину, — нехотя признался блондин. — Это достаточно большой секрет, не говори никому.
— Не скажу, хорошо. А какие именно материалы видишь? — было действительно интересно.
— Преимущественно банковские металлы и натуральные камни… Я понимаю, что это какой-то амулет, — он похлопал по артефакту ладонью, — но понятия не имею, какой именно. Тем более не в курсе, нахрена ты его притащила — в нём весу, как в хорошей кувалде.
— Это постановщик помех. Ещё его часто называют генератором иллюзий.
До Ржевского начинало доходить:
— Пока я на сеансе у профессионалок Шу был, ты с кем-то из своих пообщалась?!
— На совсем. — Наджиб погрустнела и не стала этого скрывать. — То есть да, но не в таком порядке. Кое-кто из моей семьи встретил Самбура на нашей стороне из Портала, это часть стандартной процедуры.
— Тоже менталисты?
— Конечно. Разумеется, вытащили у него из головы здешние подробности.
— Папа?
— Не-а, мама… — Мадина опустила взгляд ещё ниже и шмыгнула носом. — Она меня любит, просто против отца не может идти…
— Об отце обязательно потом расскажешь, пока продолжай по теме. — Ржевский поколебался, затем по-мужски сгрёб её за шею и прижался лбом к её лбу.
Она не стала отстраняться:
— Моя мама пошла к матери Далии сразу после этого и через канал той вызвала уже меня. Поговорили немного.
— А напрямую почему нельзя было? Зачем между матерью и дочерью нужен этот мост через аль-Футаим?! Ещё и в такое время?
— Во-первых, у нас уже утро. Во-вторых, отец Маджиту перечить не стал в своё время и дал согласие на мой выход замуж за того старого козла. Против моей воли.
— А-а-а. Но всё равно неясно, зачем через мать Далии тебе звонить.
— Когда я сюда через посольский портал сбежала, отец меня отлучил от Рода — выслуживался. Семейные каналы связи именно у меня работать перестали.
— Твоя мама его совсем никак остановить не могла?
— Ты просто не представляешь, как устроено наше общество! Семья в том числе, место женщины и мужчины в ней! Я удивлена, откуда ты так говорить по-нашему хорошо можешь, если о жизни понятия не имеешь.
— Мои встречные интервью будут не сейчас, — поморщился попечитель. — Зачем нужен этот твой постановщик помех здесь?
— Дим, а что ты знаешь о моей семье? — менталистка внимательно посмотрела ему в глаза.
— Ни-че-го, — он чистосердечно приложил правую руку к левой половине груди. — Слово Ржевского. Ну-у, если поду-умать, — добавил блондин добросовестно. — Деньги у вас какие-то есть, поскольку нищих рядом с троном не бывает. А ты с Далиёй как сестра. Ещё родня у тебя мудаковатая! Но то мои личные оценки, прости, если задел.
— Продолжай.
— Родную дочь продать, по факту, чтобы себе что-то выторговать — такого не понимаю.
— И всё? — она недоверчиво наклонила голову к плечу.
— Если пофантазировать, то папаша твой изрядный эгоист и сволочь. Но это на уровне моих личных ощущений.
— Тоже мне секрет…
— Мать воспитана слишком традиционно. Теперь всё.
— Ты и правда ничего не знаешь, — констатировала она. — В принципе, я так и думала, но хотела проверить.
— Я не дед, — хмыкнул Дмитрий. — Это он в генеалогических деревьях, похоже, фишку рубит. А я увы.
 
— Дед твой точно не знает… Дим, смотри мне в глаза, пожалуйста.
— Без проблем.
— Что ты знаешь о ревизионной комиссии при престоле Эмирата? Которая имеет право в некоторых случаях проверять даже самого эмира? В интересах его наследников?
Дмитрий вначале грязно выругался. Потом метнулся на крыльцо, выглянул наружу и какое-то время всматривался в темноту.
— Никого нет в радиусе твоего участка, — вздохнула она.
Он стремительно вернулся на место:
— Если ты ещё раз об этом где-то брякнешь! — опекун впервые за всё время поднёс кулак к её носу.
Настолько рассвирепевшим Мадина его даже представить не могла.
— Мне очень странно, что ты сейчас рвёшься охранять НАШУ тайну, — менталистка задумчиво наблюдала за перепадом эмоций собеседника. — От МЕНЯ же.
— Идиотка, — попечитель поморщился, словно от зубной боли. — Боже, какая же ты местами малолетняя идиотка, прости господи. Существование этой твоей комиссии — тайна?
— Да. Закон ещё прошлого века номер…
— ТАК КАКОГО ХРЕНА ТЫ О НЕЙ ПОСТОРОННИМ ТРЕПЛЕШЬ?!
— Я подумала, что ТЕБЕ могу сказать.
Ржевский неожиданно успокоился:
— Знаешь, дурака учить — только портить, народные поговорки не ошибаются. Мадина, как твой опекун я тебе запрещаю даже пар изо рта выпускать на эту тему. В ПРИНЦИПЕ. Ты меня хорошо поняла сейчас?
— И с тобой тоже?— это было странно.
Неожиданно.
— И СО МНОЙ! И С ДЕДОМ МОИМ! И С ПОДРУГАМИ! С ДРУЗЬЯМИ! С КЕМ УГОДНО! — он снова сорвался на крик. — До моего особого разрешения! — добавил Дмитрий после паузы. — Или до истечения недели с этого момента.
— Как скажешь. Почему именно неделя?
— Потому что ты охереть какая умная, целый седьмой ранг ментала! Может, хоть за неделю до тебя самоходом дойдёт! — проворчал опекун сердито, отворачиваясь в сторону.
Странно. Пока логики она не видела.
— Я услышала тебя. Да будет так; ты мой опекун и в этом вопросе я тебе полностью подчиняюсь.
— Слава тебе, господи, — Ржевский плюнул, снайперски попадая в открытое окно. — Зачем нужен постановщик помех?
— Мама передала тебе на время. Есть мнение, что портал заработает в самое ближайшее время. Твой участок у всех как на ладони, вон, небоскрёбы вокруг — смотри не хочу.
— Да, я и сам думал, как быть, — против воли вздохнул он. — Спасибо маме, чё… Как оно работает?
— Менталист настраивает через невидимую панель, другие не смогут.
— Выставляет конфигурацию объекта?
— Да. Этот артефакт мощный, на твой участок его должно хватить. Для всех снаружи будет либо непрозрачный туман, либо мерцающий купол.
— Спасибо огромное. — Он решительно поднялся со стула. — Пошли прямо сейчас ставить.
— Пошли, — она спрыгнула со стола. — Дим, его дали на время под твоё честное слово, пока на ноги не встанешь. Нормально? Из Эмирата через Самбура наверняка такое пойдёт, что тут никто видеть не должен.
— Да, нормально. Спасибо огромное. Не знаю, как и благодарить.
— Это мама тебя благодарит за меня… что трахать не стал, пользуясь ситуацией, защищаешь и оберегаешь… Она о твоей фамилии слышала. Говорит, сердце оборвалось, когда ты меня под защиту здесь взял.
— Непонятно, тут ржать или стесняться. А-га-га-га-га.
— И последним куском хлеба делишься, не ставя условий.
— Эй, завязывай с комплиментами, — засмущался неожиданно Ржевский. — Денег скоро отобью, сколько надо. И вообще, так каждый бы на моем мес…
— Далеко не каждый. Уже молчу, как ты Гвардейцев Эмирата из-за меня. И ради меня. Мама просила передать, она это понимает и ценит.
— Тебе пока домой нельзя?! — сообразил попечитель.
— Скорее, не стоит. Какое-то время тут лучше пересидеть, причём нам с Далькой: пока Регентский Совет людей Маджита добивает. Без деталей.