Трясина (СИ)

— И как это связано с тем, что он меня не раскрыл?
Графиня тяжело вздохнула и посмотрела на меня, как на нерадивого ученика. Впрочем, её взгляд быстро смягчился, и она продолжила:
— Я не знаю, кто перенёс тебя в тело Вивьен. Скажу только, что сила эта невероятно велика. И след этой силы плотно окутывает всё твоё существо, скрывая от людей истинную сущность.
— А, маскировка. Понятно.
— Маскировка? Что же, можно и так сказать.
— Но ты разницу заметила …
Я прищурилась. Подозревать новоявленную подругу не хотелось. Оно само как-то так получалось, честно. Ингрид довольно улыбнулась и слегка горделиво вздёрнула носик:
— Не думаешь же ты в самом деле, что один только род Виллар сохранил в своих потомках склонность к магии? — я пожала плечами, и графиня покачала головой, в очередной раз тяжело вздыхая: — Нет, конечно. В жилах многих аристократов, и в том числе в моих, течёт кровь магов прародителей. Но не все об этом знают. И только предкам Матиаса несколько поколений назад хватило глупости не просто сообщать на каждом углу о потрясающих способностях своего рода, но и попытаться поднять восстание против императорской семьи. Их чудом всех не перебили. Но сослали подальше от столицы.
— Нынешний граф Виллар к восстаниям явно не склонен.
— Так-то оно так, но, знаешь, правящая семья предателей не забывает. Так что сколь бы преданным ни был Матиас, а императрица по заветам предков всё равно относится к нему, и ко всем нам, с подозрением. Тем страннее, что она пожелала выдать тебя за герцога.
— Было бы замечательно знать, о чём они говорили с Вивьен. — я закусила губу. От недостатка информации начинала болеть голова.
— Не переживай, у вас будет ещё множество возможностей побеседовать. Матиас не хотел тебя беспокоить до поры до времени, но из столицы ещё вчера пришло письмо с требованием явиться в ближайшее время. Вот только…
— Только? Мне стоит опасаться чего-то кроме императрицы с её непонятными планами и герцога, который при первой же возможности попытается меня убить?
Я криво усмехнулась. Быть может из-за кажущейся нереальности всего происходящего, до этого я особо не волновалась. И только теперь начинала осознавать, в какой ситуации оказалась. Незнакомый мир со своими правилами игры, в которых я, пока, ничего не понимаю.
— Магический кокон, который тебя окружает, долго не продержится. И когда он рассеется, — Ингрид откинулась на спину кресла и неопределённо взмахнула рукой. — окружающие люди начнут замечать несоответствия.
— Значит ли это, что мне теперь придётся старательно притворяться Вивьен?
— Притворяться не получится. Тебе нужно стать ею. Сыграть эту роль на столько хорошо, чтобы ни Матиас, ни императрица не заметили подмены.
  
Глава 5
 
Вивьен хоть и была биологической дочерью графа, но до тех пор, пока её не внесли в семейный реестр, считалась простолюдинкой. А потому безупречного соблюдения этикета или глубоких познаний в литературе и музыке от меня не ожидали. Это радовало, но не долго. Оказалось, всему этому всё же придётся учиться. И если теоретические знания давались мне легко, профессия, знаете ли, обязывает уметь работать с большим объёмом данных, то вот с практикой сложности возникали на каждом шагу. И сложнее всего давались танцы.
— Выпрями спину. Голову подними. Прекрати пялиться под ноги, что ты там хочешь увидеть?
Стоило речи зайти об обучении, Ингрид не знала пощады. Сложив руки на груди и чуть вздёрнув носик, она напоминала мою первую учительницу. Может, Лариса Викторовна и была строгой, но справедливой, но я запомнила её скорее как злобную и высокомерную. Тем страннее было заметить в хрупкой графине черты этой «неизвестно каким образом допущенной к детям» женщины.
— Да как же, леди. Такой прекрасный паркет, разве могу я его не разглядывать?
— Не язви. Может Её Величество и хочет приставить тебя к герцогу в качестве шпиона, но что подумают люди о том, как в семье Виллар воспитывают молодое поколение, если ты будешь даже во время простейшего танца пыхтеть и следить за каждым шагом?
 
— А что люди подумают, если я оттопчу товарищу герцогу ноги? — я фыркнула и едва удержалась от того, чтобы картинно не смахнуть со лба прилипшую прядь. Как по мне, танец простым уж точно не был: — Не потому ли ты не выделила мне партнёра, что боишься, будто я лишу твоих людей возможности ходить на ближайшую неделю?
— Не стану лукавить, здоровье работников поместья меня и впрямь беспокоит.
— Да ладно, ты это серьёзно сейчас?
Ингрид распахнула веер, прикрывая лицо. «Клянусь, она смеётся надо мной. Точно смеётся».
— Всего лишь шучу. Чтобы освоить базовые движения, партнёр тебе не нужен. А вот красоваться такими «выдающимися» навыками перед людьми точно не стоит.
— Не думаю, что местную прислугу ещё возможно чем-то удивить. — я пожала плечами, возвращаясь к тренировке.
Несколько дней назад, когда Ингрид сообщила, что мне придётся научиться быть Вивьен, уже было понятно, что нужна достоверная легенда для обитателей поместья. Резко изменившиеся отношения между госпожой и приёмной дочерью несомненно вызвали бы подозрения. Другой разговор, если бы эти отношения менялись постепенно в результате частого взаимодействия.
Простой, но эффективный план возник сам по себе. О том, что Вивьен выходит замуж в поместье ещё не знали. Восхитившись навыками рода Виллар хранить секреты даже от собственной прислуги, я, с одобрения Ингрид, распустила слухи о скорой свадьбе. А стоило этой информации распространиться, как за ней потянулась новая цепочка новостей.
Молодые служанки шёпотом делились друг с другом, что госпожа ужасно недовольна навыками приёмной дочери. Ингрид после каждого нашего занятия обязательно выглядела измотанной, а я срывала раздражение на ни в чём неповинном сервизе. Первое время было ужасно неловко, но, судя по реакции горничных, для Вивьен такое поведение было в порядке вещей.
Несколько раз во время занятий я вылетала из зала, громко хлопая дверью и ругаясь последними, по здешним меркам, словами. Ингрид вела себя сдержаннее, демонстрируя просто невероятное, с точки зрения обитателей поместья, хладнокровие. Но даже она время от времени прерывала тренировки и повышала голос. А однажды вечером даже вызвала к себе семейного лекаря, жалуясь на постоянные головные боли. Доктор велел ей отдыхать и не нервничать, но графиня, проявив стойкость, всё же продолжила обучать непутёвую дочку.
Слухи распространялись быстро. Не прошло и трёх дней, как все в поместье уже знали: графиня Виллар и Вивьен ненавидят друг друга и с радостью никогда бы не виделись, но из-за скорой свадьбы вынуждены проводить время вместе.
Постепенно мы уменьшали количество взаимных упрёков и ругани. Изредка во время перерывов пили вместе чай и даже пытались поддерживать дружескую беседу. Такое медленное и последовательное улучшение отношений между людьми, вынужденными проводить время вместе, уже никого не удивляло. Императрица не назначила точной даты помолвки, и я надеялась, что до той поры мне хватит времени довести отношения с графиней до уровня дружеских в глазах прислуги. Позже такой возможности может и не представиться. А если местные будут считать нас подругами, это может оказаться полезным.
— Закончим на сегодня. — Ингрид резко сложила веер и присела за чайный столик, приглашая присоединиться. Я отказываться не стала: — Надо сказать, некоторые успехи у тебя всё же есть. Это радует.
— Но этого недостаточно. — я наполнила наши чашки холодным чаем. В такую жару да ещё и после тренировки он оказался просто идеальным напитком. — Я всё ещё не могу двигаться достаточно свободно в туфлях. Каблук слишком высокий для меня.
— Вивьен туфель не носила, так что ничего удивительного, что её тело оказалось неготово к нагрузке. Я велю лекарю передать тебе мазь от боли в спине.
«Отсутствия мышц это не изменит. Бедный мой позвоночник, он просто не рассчитан на такое жестокое обращение…».