Трясина (СИ)

«Страшное сочетание. От такого и в самом деле неизвестно, чего ожидать. Понятно, почему императрица стремится как можно скорее взять его под контроль. Я бы даже могла это понять, если бы для достижения своей цели Её Величество не использовала меня как промежуточное звено и не приносила в жертву душу невинного человека только ради пробуждения магии в этом теле».
— Вернитесь в постель. Мне бы не хотелось объяснять прислуге, чем мы таким занимались в первую брачную ночь, что к утру вы испустили дух.
— Такой слабый яд не сможет мне навредить. — мужчина притворно нахмурился, но всё же направился к кровати: — Так что если сами решите от меня избавиться, выбирайте что-то посерьёзнее.
— Учту.
Кивнув, я проводила герцога взглядом и устало потянулась. От пышного свадебного платья я избавилась сразу, как возникла возможность, и теперь наслаждалась лёгкими белыми одеждами, заботливо подготовленными служанками. Вероятно, этот наряд нужен был для первой брачной ночи, в том смысле, который обычно в это вкладывают. Но ещё до того, как покинуть бальный зал, мы пришли к обоюдному согласию отложить исполнение супружеского долга на неопределённое время.
Не скажу, что у меня были на этот счёт какие-то строгие моральные принципы, но всё же для начала стоило познакомиться ближе. Проникнуться взаимными чувствами. И неплохо бы, чтобы это была симпатия, а не желание придушить подушкой во сне.
Впрочем, в просторной спальне кровать всё равно была одна. Так что разделить ложе этой ночью нам предстояло в буквальном смысле. К счастью, места было достаточно, чтобы свободно развалиться и не доставлять друг другу неудобств.
Поняв, что если сейчас же не приму горизонтальное положение, усну стоя прямо у окна, я, покачиваясь, добралась до постели и плюхнулась в гору мягких одеял. Тело тут же отозвалось приятной тяжестью в мышцах. С трудом повернувшись на бок, я принялась разглядывать замершего мужчину. В мягком свете свечных огоньков он выглядел странно. И дело было не в принятом добровольно яде.
Присмотревшись, я не смогла сдержать улыбку. Мужчина передо мной, очевидно, смущался как подросток. Разрываясь между желанием пошутить и продолжить разглядывать эту очаровательную невинность, я спросила:
— Мне отвернуться?
— Как будет угодно.
Поняв, что мне дали полную свободу действий, я потянулась и села на кровати. Прожив на свете достаточно лет, я точно знала, что совершенно не обязательно всё сводить к похоти. Иногда приятно просто понаблюдать за красивым человеком. Особенно, если он сам дал согласие. Решив не отказывать себе в эстетическом наслаждении, я удобно устроилась среди подушек, внимательно следя за тем, как ловко длинные тонкие пальцы одну за другой расстёгивают пуговицы рубашки.
Но стоило последней преграде в виде тонкой ткани исчезнуть, и я вспомнила, на каких условиях мы оба здесь находимся. На шее герцога, больше не прикрытой одеждой, красовался сплетённый из запутанных символов ошейник клятвы. Белые, отливающие серебром, линии, казалось, впились в тело. Тонкая светлая кожа под ними покраснела. Местами проступали первые кровоподтёки. Однажды мне случилось некоторое время быть связанной грубыми верёвками. Тогда на запястьях остались точно такие же следы. Болезненные и долго не желающие заживать. Тряхнув головой, я на секунду задумалась:
«Это когда это такое было?»
Странное воспоминание исчезло так же быстро, как появилось, оставив после себя только недоумение. С сомнением поведя плечами, я отложила размышления на этот счёт, решив, что есть вещи и поважнее.
Осторожно ухватив рукав герцогской рубашки, я потянула его вверх, обнаруживая пару браслетов в тон «ошейнику». Такие же метки нашлись и на лодыжках. Почувствовав, как скрипнули зубы, я сделала несколько медленных вдохов и выдохов. У сидящего напротив демона не было ни единой причины проявлять ко мне благосклонность.
«Всего лишь инструмент императрицы, с помощью которого тебя пленили».
И тем не менее герцог был вежлив, терпелив к моим истерикам и предельно осторожен в действиях. Мысленно вознося молитву богам за безграничное самообладание этого мужчины, я подалась чуть вперёд. Он не шевельнулся, только дышать стал глубже и медленнее.
 
Стоило бы для начала выспаться и отдохнуть, но глядя на следы, оставленные клятвой всего за несколько часов, я не решилась ждать. Внимательно наблюдая за церемонией, я сделала вывод, что при заключении договора храм создаёт резонанс, работая как усилитель для магии. Вот только мне не нужно было произносить заклинаний и по крупицам собирать энергию в теле. Она будто лилась во мне свободным потоком. Дай волю, и затопит всё вокруг.
Вдохнув поглубже и в последний раз проверяя на прочность свою уверенность, я улыбнулась:
— Как законная супруга герцога восточных земель, я приношу ему клятву вечной верности.
Слова текли ровно, одно за другим, сплетаясь в магическую вязь. Вкладывая в них всю искренность, я говорила спокойно. Сложно сказать, почему я всё же выбрала сторону герцога. Просто в тот момент это казалось правильным. Я не готовила речь заранее, лишь вспоминала, что именно говорил герцог во время церемонии, и каждой следующей фразой старалась вернуть ему как можно больше свободы, которую мужчина, не сопротивляясь, передал мне в руки.
Когда я, наконец, замолчала, от впивавшихся в кожу герцога меток остались только красные следы. И лишь приглядевшись, я заметила, что над нашими правыми запястьями парит тонкая светлая паутинка взаимной равноценной связи.
— Почему?
— Потому что мне не нравится быть чьим-то инструментом?
Переведя дыхание, я улыбнулась. Магическое поле, которое я всё это время поддерживала вокруг нас рассыпалось. Только тогда я поняла, как много сил требовалось на его поддержание. Подняв взгляд на задумчиво смотрящего на меня герцога, я вдруг подумала, что навалившаяся усталость не слишком большая плата. И если бы потребовалось, я была готова держать это поле, пока полностью не выжгу магический резерв.
Первое, что я увидела, распахнув утром глаза, мирно спящий на своей половине кровати мужчина. От рубашки он так и не избавился, расстегнув только верхние пуговицы. Тёмные волосы разметались по подушке. Тонкие брови чуть сдвинулись к переносице. Вероятно, герцог видел сон, так как в какой-то момент дыхание его сделалось поверхностным.
«Не буди лихо, пока тихо».
Осторожно выскользнув из постели, я отправилась на разведку. До рассвета ещё было время, но привычка вставать ни свет ни заря, выработанная за долгие годы, не оставила меня и в этом мире.
Ступая как можно тише, я покинула комнату и тут же нос к носу столкнулась с поджидающей за дверью Сашей. Вздрогнув от неожиданности, я тем не менее тут же расплылась в улыбке. Увидеть в этом месте знакомое лицо оказалось приятно.
Но лишь услышав её тихое приветствие, я помрачнела. Данное самой себе обещание всплыло в памяти. Тяжело вздохнув, я подняла на девушку виноватый взгляд и взяла её за руки:
— Мне кое-что нужно сделать. Потерпи, пожалуйста.
Девушка спокойно кивнула и вежливо улыбнулась одними уголками губ. Я выдохнула, закрывая глаза и погружаясь в её воспоминания. Вернуть всё на свои места оказалось совсем не сложно. Позволяя горничной вспомнить, как она на самом деле познакомилась с Вивьен и как к ней относилась, я понимала, что потеряю эту девушку. Но и оставлять её подле себя против воли не хотелось.
Открыв глаза, я осторожно отпустила покрытые мозолями тонкие руки и стала ждать. Моргнув несколько раз, Саша сфокусировала на мне взгляд и всё тем же спокойным голосом, что и прежде, поинтересовалась:
— Вы закончили, госпожа?
Я непонимающе уставилась на неё. Избавившись от действия моей магии девушка непременно должна была не только вернуться к прежнему отношению, но и испытать ко мне отвращение. Поморгав, не осознавая до конца, в какой момент и что пошло не так, я, не отдавая себе отчёта, спросила:
— Почему?
— Потому что она не сработала. — горничная склонила голову, будто извиняясь: — Тогда в карете по пути в столицу. Ваша магия в тот раз не сработала.