Острые грани (СИ)

Переодевшись в купальник, я тоже спустилась к нему. И плевать, что я была абсолютно бесполезной, зато я позволила себе вдоволь нанежиться с мужчиной. Чего раньше никогда не было.
Еще никогда я не отпускала свои эмоции и чувства в настолько вольное плавание, чтобы не прятать глаза и не бояться того, что мужчина заметил, что он мне небезразличен.
Я обнимала Серёжа, подходя сзади. Целовала каждую секунду любой участок его кожи и не чувствовала в этот момент ничего, кроме абсолютного, переполняющего меня счастья.
Серёжа тоже обнимал меня в ответ и целовал, куда придётся. Ловил меня за талию или руку и возвращал к себе, если я немного отходила в сторону. Искал мои губы, как одинокий путник в пустыне ищет воду. И всегда находил.
А я была рада. Как самая счастливая собачонка, которая долгое время скиталась по улицам, не знала ласку и вот, наконец, попала в добрые любящие и любимые руки.
Всё было идеально.
Идеально до тех пор, пока Серёже не позвонил сын.
- Да, Стёп. Как дела? Что-то случилось? – ответил Серёжа на звонок, но не перестал прижимать меня к своему боку.
- Мама запретила мне ехать с тобой на турбазу, - услышала я голос расстроенного мальчишки в трубке.
- Почему? Она объяснила? – вся лёгкость и веселость покинула Серёжу. На его лице отразились сосредоточенность, раздражение и нарастающая злость, когда сын коротко ответил, что «мама просто сказала, что я никуда не поеду».
- Где сейчас мама? – спросил Серёжа и, убрав ладонь с моей талии, отошёл чуть в сторону, чтобы продолжить разговор.
Через несколько секунд стало ясно, что с женой он сейчас не поговорит, потому что рядом с сыном её не оказалось, а на звонки она не ответила.
Но теперь до самого позднего вечера со мной остался Серёжа, который уже не был столь же нежным и трепетным, как до звонка сына. На всё оставшееся время со мной остался очаг раздражения, который был погружен в свои мысли и перестал на меня реагировать. Один раз даже оттолкнул. Мягко, ненавязчиво, но весьма ощутимо для моего самолюбия.
А затем, ближе к полуночи, пока Серёжа охранял свой телефон, лежащий на прикроватной тумбочке, ему позвонила жена.
Она так и была записана в его телефоне «жена». До сих пор - жена…
  
Глава 33. Сергей
 
Схватив телефон с тумбочки, я вышел на террасу и прикрыл за собой дверь, чувствуя на спине пристальный взгляд Арины.
Весь день я чувствовал, что её беспокоит сложившаяся ситуация, но, к счастью, она предпочла не высказывать мне это вслух. И втягивать её в конфликт ни к чему. Сложившаяся ситуация к ней не относится.
- Да? – бросил я коротко и отошёл подальше от окна. Оперевшись локтями об ограждение террасы, смотрел на отражение луны в темной ночной реке.
- Ты звонил? – безэмоционально ответила Наташа.
На фоне послышался щелчок – ночной крем. Кажется, я слишком хорошо знаю привычки жены, но, похоже, плохо знаю её характер.
- Звонил, - ответил я сдержано, не желая усугублять ситуацию. Будто с террористом переговоры веду. Идиотизм. – Мне звонил Стёпа и сказал, что ты запретила ему ехать со мной на спортбазу. Есть какая-то причина? Что-то со Стёпой?
- Я передумала, - легкомысленно бросила Наташа.
На секунду я опешил.
- В смысле?
- Ну, вот так, Серёж, - почти певуче ответила Наташа. Складывалось впечатление, что её что-то забавляло. – Ты передумал быть со мной в болезни и здравии, в горе и радости, а я передумала позволять общаться тебе с сыном. Всё просто.
- Наташ, ты в своём уме? Ты же понимаешь, что сейчас ты манипулируешь ребенком? – внутренности будто булыжниками завалило.
- А ты как хотел, Серёж? М? Чтобы я перед тобой дорожку красную постелила, а ты бы по ней довольным козликом поскакал к другой? В мой дом пришла твоя любовница, а я должна проводить вас с почестями, молча всё проглотить и создать вам все условия для счастливой беззаботной жизни? Какие молодцы! – фыркнула Наташа.
- Ты не имеешь права…
- О правах, товарищ адвокат, будешь говорить в суде своим клиентам, - перебила меня Наташа уже более холодным тоном. – Кстати, там же можешь подтереться своими бумажками, которые ты мне привёз. Как ты мне сказал? «Подумай и подпиши»? Вот теперь ты, Серёжа, подумай, стоит ли мне их подписывать. Если ты уходишь из семьи, то уходишь насовсем. И от меня, и от сына. Никаких полумер. Это же в твоём стиле, ведь так? А Стёпке я всё объясню.
 
- Наташа, ты хоть понимаешь, что ты сейчас делаешь?
- А ты? – хмыкнула она в ответ. – Ты понимаешь, как я сейчас выгляжу в глазах родственников и друзей? Что говорят о нас, обо мне, ты знаешь? Если хочешь общаться со своим сыном, сделай себе нового. У тебя это отлично получается, Серёженька. Пока.
- Наташа… - рыкнул я в трубку, но звонок уже был ею сброшен.
Не сдержавшись, я пнул ограждение террасы и проломил ногой доску, оцарапав до крови кожу. Швырнул телефон в шезлонг. Запустил пальцы в волосы и сжал их в кулаки, начав метаться по террасе в поисках решения.
Внезапно взглядом поймал Арину, стоящую за стеклом и молча наблюдающую за мной. Сложив руки под грудью, она задумчиво, не проронив ни слова, смотрела мне в глаза. В тёмных глазах плохо читались эмоции, но ясно было, что происходящее не устраивает и её. Но у неё хотя бы хватило ума промолчать об этом. Возможно, это временно. Но сейчас я точно не готов выяснять отношения ещё и с ней.
___
«И вот она сперва долго плакала, а потом стала злая…» - М. Булгаков «Мастер и Маргарита».
  
Глава 34. Арина
 
Не так я представляла себе время, проведенное вместе с Серёжей. В моих фантазиях в руках он должен был сжимать мои ягодицы и грудь, но уж точно не свой телефоне и переносицу.
Сразу после разговора с женой, сломав ограждение террасы, Серёжа ушёл на берег реки и исчез почти на полчаса. В момент, когда я собралась идти его искать, он показался на горизонте. Молча вошёл в дом, взял ключи от машины и, воспользовавшись автомобильной аптечкой, обработал раны на ноге.
Всё это время я находилась в стороне. Мне хотелось его утешить, обнять, сказать, что всё наладится, но обманывать его я не хотела. Потому что сама не была уверена в том, что хотя бы завтрашний день сложится хорошо.
Всю ночь мы не спали. Вернее, не спал Серёжа, прискакивая с постели, чтобы покурить на террасе или снова исчезнуть на берегу реки. А я лишь делала вид, что спала, но сама при этом чувствовала все микроволны, исходящие от ужасно напряженного, молчаливого и злого Серёжи.
Иногда, возвращаясь с террасы после очередной сигареты, он ложился за моей спиной, сгребал меня в свои объятия и зарывался носом в волосы на затылке. Глубоко вдыхал и мог лежать так больше часа. Он не спал. Он думал, размышлял, иногда сокрушенно вздыхал, наверняка, в очередной раз, не придя в своих мыслях к какому-либо решению.
Свою помощь ему предлагать было бесполезно. Он ясно дал понять, что конфликт внутри его семьи меня не касается.
Странное утверждение, учитывая, что конфликт этот именно моё появление в жизни Серёжи и вызвало.
Но кто я такая, чтобы спорить со взрослым мужчиной, который, наверняка, знает, что он делает?...
Мне лишь больно наблюдать за тем, как он мечется, явно разрываясь между мной и желанием не потерять сына и сохранить с женой хотя бы нейтральные отношения.
Да, я поняла, о чём был разговор с женой – она запрещает сыну и отцу видится друг с другом. И, если Серёжа готов расстаться с женой, то сына отпускать он точно не станет. Как и возвращаться домой, потому что теперь у него есть я.
А я…
А я всю ночь крутила в голове слова сестры о том, что жена у Серёжи была до меня, есть сейчас и, похоже, останется после.
Она права. Такие истории у всех на слуху.
Сколько прошло? Всего около месяца после нашего первого секса в номере отеля. За это время у нас не возникло ничего постоянного. Кроме секса, разумеется. Мы иногда ночуем друг у друга, Серёжа снимает квартиру, продолжает работать, ищет возможности для встречи с сыном, а теперь не находит себе места из-за того, что этих возможностей лишает его жена.