Острые грани (СИ)
Оказывается, мужик тоже может устать от бытовухи, но поход на маникюр тут точно будет бессилен.
Стук в дверь вырвал меня из пучины мыслей. Сначала я посмотрел на часы, а затем на дверь. Обслуживание номеров давно прошло, я ничего не заказывал. Кого там принесло?
Нехотя встав с постели, я накинул рубашку, не застегивая, и открыл дверь. Мгновенно задержал дыхание, стоило мне увидеть за порогом своего номера Арину.
Её карие глаза сверкали так, будто обещали мне медленную и мучительную смерть.
- Ты идиот? Или просто придурок? – спросила она и вошла в номер, не дожидаясь приглашения.
Закрыв за ней дверь, я вернулся к постели. Полностью игнорируя возмущенный взгляд и дыхание взбешенной девушки, уже почти традиционно выключил телефон до утра.
- Какие-то пояснения будут или ты зашла просто покричать? – бросил я скучающе и заглянул прямо в глаза Арины, ожидая ответа.
- Какого хрена ты здесь? Почему в гостинице?
- Разве ты не этого добивалась своим приходом в мой дом?
- Ты идиот! – заключила она уверено. – Я пришла к тебе, чтобы ты испугался и понял, что не променяешь жену и сына ни на какую шлюху без трусов.
- Может быть, нужно было оповестить меня о своих намерениях?
- О чём ты, вообще?! От тебя требовалось только умаслить жену после моего ухода, пообещать ей звезду с неба и прочее дерьмо, которое обещают мужья. А ты что сделал? Что ты сказал?
- Что хочу тебя трахнуть, - ответил я, не задумываясь.
К щекам Арины прилил жар. Розовые чуть покусанные губы приоткрылись. Тяжело дыша, она смотрела мне в глаза несколько секунд, а затем тряхнула головой и, достав из заднего кармана своих джинсов телефон, начала что-то в нём набирать.
- Придурок, идиот… - роняла она оскорбления. – Сейчас я закажу на адрес твоей квартиры самый большой букет цветов, а ты поедешь домой и будешь стоять на коленях перед дверью до тех пор, пока жена тебя не простит.
- Дай сюда, - сделав к ней пару шагов и забрав телефон, я увидел в нём, что она реально шарилась на сайте доставки. – Больше ты в это не полезешь, - сказал я холодно и отбросил телефон на постель.
- Я уже в этом по уши! Ты не видишь? – Арина едва сдерживала себя от того, чтобы начать кричать. В темные глазах собрались слёзы, готовые вот-вот пролиться. – Зачем ты это сделал? Зачем ты так ей сказал? – всё-таки сорвалась она на крик и ударила меня кулаком по плечу. Возможно, хотела оттолкнуть, но вышел лишь вялый удар. – Поехали. Я сама перед ней извинюсь. Между нами, всё равно, ничего не было. Она тебя прос…
Я поймал Арину за руку, едва она собралась выйти из номера, и дёрнул на себя. Не ожидав такого, Арина потеряла равновесие и ухватилась за мои плечи, чтобы удержаться на ногах.
Острый взгляд тёмных глаз впился в моё лицо. Я заметил, как Арина стиснула зубы, замахнулась, чтобы вновь меня ударить, но поймал её руку раньше и завёл ей за спину. Со второй сделал то же самое.
Держа её крепко в своих руках, смотрел ей в глаза, видя, сколько мыслей и противоречий царит в ней. Понимал, что сейчас она походит на вулкан, который вот-вот начнёт извергаться и затопит всё, что у меня есть, горящей лавой, состоящей из ярких чувств и эмоций. Арина словно горела и пылала за нас двоих, явно не в силах совладать с тем, что происходит внутри неё.
Ощущая её горячее дыхание и часто вздымающее грудь, я впился в её губы, и почувствовал, как тонкое тело в моих руках на секунду замерло. А затем с него слетели последние оковы, когда Арина быстро высвободила свои руки из моего захвата, запуталась пальцами в моих волосах и позволила подхватить её на руки.
- Я тебя ненавижу! – шептала она, остервенело отвечая на мои поцелуи, пока я укладывал её на постель. – Ненавижу! – шептала она, снимая с меня рубашку. – Мы делаем только хуже, - всхлипывала она, позволяя мне стянуть с неё джинсы и бельё, мокрое от желания, которое сейчас захлёстывало и меня.
Не стесняясь своей наготы в свете заката, Арина широко расставила для меня ноги, призывно и жадно смотрела на то, как я снимал с себя брюки и боксеры. Дрожала и кусала губы от ощущения моих прикосновений к ней.
- Передумай, пожалуйста, - взмолилась она, принимая тяжесть моего тела. Обхватила моё лицо горячими ладонями и снова дрожащим шёпотом просила. – Тебе только кажется, что ты этого хочешь.
Захватив её губы эгоистичным поцелуем, я вошёл в неё и ни о чём не пожалел в эту секунду. Каждой клеточкой понимал, что, наконец-то, получил именно то, что я хотел всё это время.
Собирая в память каждый стон Арины, я позволял ей кусать мои плечи и царапать спину, а взамен она отдавалась мне горячо и трепетно, нежно и жёстко, доверяла и ненавидела за то, что я сделал с ней. За то, что я делаю со всеми нами.
Глава 25. Арина
- Мне пора, - сказала я тихо и начала плавно сползать с Сергея, на котором лежала уже несколько минут и бездумно смотрела в приоткрытое окно, пока он, скорее всего, столь же бездумно, пропускал мои волосы между своими пальцами.
Стараясь не смотреть на мужчину, я надела трусы, следом топ и джинсы. Взглядом искала на полу носки.
- Куда-то торопишься? – спросил он и сел в постели, оперевшись спиной об изголовье.
- К сестре. Она здесь работает.
- Понятно.
- Она не знает, - добавила я тут же, наконец, осмелившись посмотреть ему в глаза. – И не должна ничего узнать. Тем более, я думаю, ты сам не захочешь повторения, - я мимолётно посмотрела на его руки, где он крутил на пальце обручальное кольцо.
Липкое чувство стыда снова напомнило мне, где моё место.
Наконец, я нашла свои носки почти под кроватью.
- Почему ты так решила? – спросил Сергей и встал с постели. Обернув бёдра простыней, подошёл ко мне и посмотрел сверху вниз.
- Вы уже подали заявление на развод? – спросила я и увидела в его глазах отрицательный ответ. – Вот видишь? – хохотнула я невесело и наклонилась, чтобы надеть носки и кеды. – Это просто небольшая размолвка. Ты немного наказан. Срок твоей ссылки, наверняка, скоро закончится. А обо всём, что произошло сейчас в номере, твоей жене знать не нужно. Сделай вид, что ты просто хорошо подрочил от скуки.
- Арина… - потянулся ко мне Сергей, а я отпрянула от него, как от огня.
- Мне пора.
Я спешно покинула его номер, понимая, что после чувства долгожданного удовольствия и насыщения пришло то, что можно назвать похмельем - та же тошнота и сожаление и том, что позволила себе лишнего.
Низ живота до сих пор тянуло. Испытав самый яркий оргазм в своей жизни, я не чувствовала удовлетворения. Обстоятельства не позволяли мне насладиться случившимся в полной мере. Хотелось зарыться поглубже в какой-нибудь бункер и переждать весь пиздец, который, наверняка, еще только готовится здесь наверху.
Всё-таки, добравшись до ресторана и Валеры, я уговорила его приготовить мне его фирменную шаурму с креветками. И пусть он называл её надругательством над продуктами, но это было лучшее, что я ела в своей жизни.
Шаурму я попросила сделать не только для себя, но и для сестры тоже. В её кабинете мы провели ещё минут сорок, но работать у Ру из-за меня получалось не очень. Я тот ещё отвлекающий фактор.
За нами заехал Саша, нежно обнял и поцеловал мою сестру и тепло поприветствовал меня.
В их доме нас ждала Настя, которая чуть не задушила меня руками-ногами, увидев впервые за неделю не только по видеосвязи.
Няня была отпущена, а Настя взята в оборот Сашей, который быстро сообразил, что у нас с Ру стихийный девичник.
- Хорош светиться, - поморщилась я деланно, посмотрев на сестру, которая смотрела на Сашу и дочь, играющих у бассейна, и млела от того, какие они милые. – Тут кое-кто ревнует, вообще-то.
- Перестань, - фыркнула Руфина. – Я и тебя люблю. Или ты забыла, что мы сёстры?
- Знаешь, лёжа в темноте в пустой квартире, я поняла, что много чего забыла. Например, я поняла, что не помню тех дней, когда с нами не было Насти. Прикинь? Мне кажется, что она всю жизнь с нами была.