Иди к черту, Суббота! (СИ)

— Ну что, ребята, покатались и хватит?
— Субботин пришел в себя первым.
Широко улыбнувшись, он просунул руку в салон, открыл дверь и, не церемонясь, стащил меня с водительского сидения, а потом, подхватив на руки, зашагал по обочине.
— Максим, ты чего? — удивилась я, обхватив его шею руками. Аромат цитруса защекотал мои ноздри.
— Ты никуда с ним не поедешь, — как ни в чем не бывало заявил Суббота. Скосив взгляд на меня, он хмыкнул: — думала, я отпущу тебя?
Я обернулась. Рядом с Андреем, на пассажирском сидении, уже сидел Рома и что -то упорно доказывал, размахивая руками.
— Ты о чем? — я снова посмотрела на Максима. — Можешь меня отпустить? Я умею сама ходить.
— Не могу, — ответил мне он. — Сейчас отвезу тебя домой — там и походишь.
Мне становилось смешно. Я совсем ничего не понимала.
— Субботин, я и так собиралась домой! Ты зачем приехал?
Макс смерил меня недоверчивым взглядом, потом все-таки поставил на землю и открыл передо мной дверь Роминой машины.
— Поговорить, — абсолютно серьёзно сказал он.
— Г овори, — кивнула я, пытливо глядя прямо в его глаза.
Я не собиралась садиться в Жигули. Мимо проносились машины, ветер трепал мои волосы. Было шумно. Да, не самый лучший момент для важного разговора. Но мне хотелось именно сейчас все разъяснить. Услышать Максима.
— О’кей. Начнём с того, что твоя поездка с Г ениальностью отменяется, — наклонившись ко мне, заявил он, не сводя с меня пронзительного взгляда. — Можешь начинать злиться, Черешня. Но я прямо сейчас тебя отвезу домой.
Вместо ответа я громко рассмеялась. Видимо, Рома услышал мой разговор с Кристиной и не так все понял. И мне было так смешно, что на глазах выступили слезы. Субботин молча смотрел на меня, приподняв брови и скрестив руки на груди. Он ждал, когда я отсмеюсь.
— Ты идиот, да? — сквозь смех, спросила я. — Никуда я не уезжаю, слышишь? Я с Андреем виделась, чтобы все ему объяснить.
— А... Благодарск? — не понял Макс, недоуменно уставившись на меня.
— Какой Благодарск? — вытирая слезы, усмехнулась я. — Рома все не так понял.
А потом меня вдруг осенило. Суббота помчался за мной, потому что думал, что я уезжаю в другой город! Сорвался, как только узнал об этом и стал искать меня. Вот это уже не шутки! Я резко перестала смеяться и пораженно посмотрела на него, не зная, что и сказать.
— Теперь, когда мы разобрались с Благодарском, я хочу продолжить разговор, — сообщил мне он.
— Хорошо, — немного растерянно отозвалась я, убрав спутанные волосы от лица — их то и дело трепал ветер.
— Но перед этим ты ответишь мне на один вопрос, — предупредил Макс, в упор глядя на меня. — Ты меня любишь?
— Максим.
— Да или нет? — поторопил он. — Иначе дальше разговаривать нет смысла.
Я люблю его. Всегда любила. И сейчас мне было легко ему об этом сказать. Я не видела смысла молчать или врать. Зачем? Ведь все и так ясно. Все страхи и сомнения пропали. Остались только его глаза, с нетерпением ожидающие моего ответа.
— Люблю, — твёрдо сказала я. Но как назло, прямо в этот момент мимо нас проезжала здоровенная фура и заглушила мой голос.
— Что? — с самым довольным видом переспросил Максим. Его глаза наполнились смехом. — Повтори?
— Я говорю: люблю тебя! — крикнула я уже громче.
Субботин нахмурился, делая вид, что не слышит меня. На его лице сияла такая радостная улыбка, что я не выдержала и тоже улыбнулась. А потом расхохоталась, попытавшись стукнуть его по плечу. Но он перехватил мою ладонь, положил её на свою щеку и наклонился ко мне.
— Я тебя тоже, Черешня.
 Эпилог 
 
— В смысле ты здесь остаёшься ещё на год? - голос отца становился с каждым словом все громче.
— В прямом, - с весёлой улыбочкой ответил ему Максим.
— Я тебя отправил в наказание к бабушке! Три месяца уже прошло!
Всё ещё улыбаясь, молодой человек пожал плечами.
- А мне тут понравилось. Я продлеваю наказание.
- Ты специально это, да? - краснея от злости, спросил отец. - Специально? А как же твоя учёба? У тебя пары уже через неделю!
 
- А я академ возьму, - спокойно выдерживая гневный взгляд Бориса Г еннадьевича, Сказал Субботин. - А потом, может, переведусь.
- Максим, ты с ума меня сведешь! Ну какого лешего ты решил здесь остаться?
Макс, перестав улыбаться, с серьезным видом наклонился к отцу.
- Бать, - тихо начал он. Увидев заинтересованность в глазах родителя, он продолжил, - тут самогонка - огонь! Я её гнать научусь и открою свой бизнес.
Борис Геннадьевич закатил глаза, оттолкнул сына и пошёл на улицу. Ему срочно нужно было подышать свежим воздухом, чтобы успокоиться. Макса он, конечно же, любил. Но иногда испытывал острое желание его придушить.
- Ну стой, бать! - крикнул в след отцу молодой человек. Придержав закрывающуюся дверь, он вышел вместе с Борисом Г еннадьевичем на крыльцо. - Влюбился я. Хочу здесь остаться, с ней. Я работу нашёл, уже почти два месяца работаю.
- Кем работаешь? - недоверчиво спросил мужчина, сунув руки в карманы деловых брюк.
- Аниматором в кафе.
- Ну хоть что-то. Работать стал. - Задумчиво глядя на сына, отметил отец. Тяжело вздохнув, он добавил: - И нравится?
Макс кивнул.
- Не нравилось - не работал бы.
- Это верно. И что за любовь у тебя? Все так серьёзно?
- Серьёзнее не бывает, - заявил блондин. - Поженимся скоро. Ты внучку хочешь или внука?
Борис Геннадьевич замахнулся, чтобы дать Максу подзатыльник, но тот, расхохотавшись, вовремя увернулся. На лице мужчины появилась еле заметная улыбка. Какое -то время он задумчиво молчал, глядя вдаль, на синее, безоблачное небо, а потом сказал:
- Значит так: остаёшься тут на год, но с одним условием.
- С каким же? - приподнял брови Максим.
- Простым аниматором мой сын работать не будет. Дам тебе денег - откроешь свое агентство, - кинув решительный взгляд на изумленного сына, заявил Борис Геннадьевич, -но если нихрена не сделаешь - заберу тебя силой отсюда. Отчислю из универа и пойдёшь ты, сынок, в армию.
- Обижаешь, бать, - молодой человек хлопнул отца по плечу, - я же у тебя прирождённый бизнесмен!
- Я тебя предупредил, - хмыкнул мужчина. - И с невестой меня познакомь.
 Эпилог - 2 
 
На улице стоял тёплый вечер. На небе сегодня не было заката, но оно все равно казалось мне красивым. Насыщенно синее, плавно переходящее в нежно -голубой. И ни одного облака - только едва заметный месяц в самом верху.
Во дворе у Максима сегодня собралось много народа. И наши с ним бабушки, и его отец с мамой и Марьяна с Егором. Всюду витал аромат шашлыка, стол ломился от еды, свежих овощей и фруктов. Мы праздновали год с открытия агентства аниматоров. Максим, не задумываясь, назвал его "Черешня". Когда он со смехом мне рассказал, какое имя зарегистрировал для своего детища, я не сразу поверила. Но потом Субботин показал мне все документы и поверить пришлось.
А с другой стороны - чего ещё от него ожидать? Это же Максим! Он делает все сразу, не подумав. Но, надо сказать, дела его шли в гору. Он нашёл ещё несколько талантливых людей у нас в городе, некоторых без труда переманил к себе из других агентств - говорил, это все благодаря его харизме и умению убеждать - и принялся развивать агентство. Я радовалась успехам Макса - его глаза горели. Ему по-настоящему нравилось то, чем он занимается.
- Все-таки не зря я тебя отправил к бабушке! - с гордостью в голосе заявил Борис Геннадьевич, глядя на Максима. - Видишь, что из этого вышло, Маш? А ты переживала. Наш сын взялся за голову!
 
- Мы очень рады за тебя, сынок! - на лице Марии Викторовны появилась тёплая улыбка.
- Исправительная колония у бабушки рулит, - рассмеялся Субботин, приобнимая меня за плечо. - Кто следующий сюда поедет?