Факультет звездокрылов (СИ)
Я решительно вдохнула влажный, напитанный цветочным ароматом воздух и сжала кулаки.
— Ладно… поехали, — буркнула себе под нос и поймала взгляд завра.
Ядожал презрительно фыркнул, но вызов на поединок характеров принял, развернулся и побежал. Земля мелко дрожала от прыти великана, но я решительно и гордо стояла на своем, чувствуя, как сердце поспешно закачивает в кровь адреналин и отвагу.
Сквозь застекленные участки крыши солнечный свет проникал в помещение и усеивал пол квадратиками. Борщевик мчался, а я отсчитывала на сколько солнечный квадратов готова подпустить его. Девять, восемь, семь…
— Стой! — крикнула я, но ядожал только презрительно фыркнул и ускорился.
Боковым зрением уловив, как приходит в движение Кристен, я резко выскочила вперед, вскинула руку и ка-а-ак рявкну:
— А ну стоять!!!
Мой полный отчаянья поступок сильно удивил господина Медного, заставил Арктанхау замереть на месте, но больше всех поразился Борщевик.
Пораженно хлопая ресницами, ядожал застыл с поднятой передней лапой и озадаченной мордой.
Последовавшая за этим тишина была удивленно-неоднозначной. Кажется, никто так до конца не мог поверить в случившееся. Я так точно!
— Да! — радостный вопль Власты нарушил молчание и общее оцепенение.
— Охренеть… — тут же высказался декан факультета ядожалов.
— Рраа!!! — громогласно заявил несогласный Борщевик и попытался восстановить историческую справедливость.
Ящер расправил огромные кожистые крылья, став еще больше и опаснее. Внутренняя часть оказалась нежно-желтого цвета, постепенно становящаяся все более яркой, насыщенной и практически оранжевой к концам. С диким ревом несправедливо обиженного существа ядожал встал на задние лапы и грузно обрушился вниз.
От последующего грохота и маленького землетрясенья, я потеряла равновесие и упала. Тут же откатилась в сторону, встала на четвереньки и зашлась в приступе кашля от поднятой крыльями пыли.
— Адриана! — завопила Власта, предупреждая об опасности, но было поздно.
Я подняла голову и с ужасом уставилась на острый треугольный кончик драконьего хвоста, который с неумолимостью утра летел на меня.
— Пиу!
Слабая надежда на то, что это спасет меня от проникающего ранения, подняла голову и тотчас скончалась. Ядожал и не думал проявлять милосердие. К счастью, у Кристена был план получше, чем жалобное «пиу».В хвост полетела пустая бочка, немного исказив траекторию удара, а в меня сам Арктанхау. Его мощное тело врезалось, обняло и потащило в сторону. Мы откатились с линии атаки как раз вовремя: шип воткнулся в землю, оставив глубокую борозду. Обманутый в ожиданиях Борщевик взвыл, как невеста, не сумевшая влезть в свадебное платье, поднял хвост и начал разворачиваться для атаки.
Власта что-то кричала, но ее заглушал рев взбесившегося завра. Кристен дернул меня за руку, поднимая на ноги, закинул к себе на плечо и рванул в сторону. Я в ужасе цеплялась за чужую сине-желтую куртку, а в перевернутой картине моего мира с невероятной скоростью мелькала земля под ногами Кристена. Он бежал, петлял, изворачивался, и все это со мной в качестве побитой чередой неудач горжетки. Борщевик включился в игру и побежал следом. И только боги знают, чем бы дело завершилось, но тут в забег решила вмешаться госпожа Магни.
— Борщевик! — рявкнула она.
Стекла в квадратиках на потолке, жалобно звякнули, Кристен вздрогнул, споткнулся, а сам ядожал удивленно замер.
— Катайся! — приказала дорал-кай, и ядожал не посмел ослушаться.
Сердито фыркая, он лег на землю, сложил крылья и завалился на бок. На секунду завис в этой позе и наконец перевернулся на спину, потешно барахтая ногами-колоннами в поднятой в воздух пыли.
— Умница. Хороший мальчик, — ласково проворковала госпожа Магни и посмотрела на меня.
Я как раз сползала с Кристена, который, кажется, свыкся с мыслью таскать меня на плече до конца жизни и почему-то не горел желанием вернуть адептку Нэш на землю.
— Пусти, — шептала я. — Ну, Кристен, пусти.
Северянин с неохотой поставил меня на ноги, но никуда не ушел, оставаясь стоять за спиной так, словно по-прежнему был на подстраховке, и к нам приближалась не декан факультета звездокрылов, а мчался очередной ядожал.
— Адептка Нэш!
— Да?
Эрика Магни задумчиво оглядела меня с ног до всклокоченной макушки и устрашающе улыбнулась.
— Рада сообщить, что разобралась в вашей проблеме, адептка.
***— Ыыы! — стенала я в голос, самозабвенно стучась головой об обеденный стол.
— Адрианочка, ну не страдай! — басил Глен, беспомощно поглаживая по плечу.
— Ыыы! — не унималась я.
— Да что случилось?! — а это уже Фару, староста звездокрылов.
— Ыыы!
— То есть доедать ты не будешь? — вмешалась прагматичная Власта, полюбовалась красочной фигой из пальцев, которую я сложила для лучшей подруги, и со вздохом огорчения вернула щедро присыпанную сахарной пудрой булочку на тарелку.
Я стукнулась лбом в последний раз, подняла голову и расстроенно глянула на адептов в черных комбинезонах. Как-то так вышло, что перевод на другой факультет никак не повлиял на мое положение в столовой. Ребята продолжали звать меня к себе за общий стол звездокрылов, а я не горела желанием отказываться.
В середине недели у Власты едва не дошло до драки с Эриком Хезенхау, и подруга решительно пересела к нам.
Я посмотрела на обеспокоенного Глена, чья вывихнутая на первом практикуме рука так и оставалась на перевязи, на Фару и сообщила ужасные новости:
— Госпожа Магни сказала, что я подсознательно отказываюсь подавлять волю Борщевика. Остальные адепты приказывают ядожалам подчиняться, а я прошу остановиться. Она сказала, что… Что у меня не получается приказывать, потому что я думаю, что подавлять живое существо недопустимо.
— И что в этом плохого? — пробасил удивленный Глен.
— Это путает ядожала, — пояснила Власта. — Только не подумайте, что они тупые завры. Они очень простые и прямолинейные. Просто им удобнее, когда командует самый сильный.
— Эрика Магни сказала: «Ты не можешь кричать на мчащийся поезд в надежде на чудо. Ты обязан сидеть в кабине поезда и дергать рычаг экстренного торможения», — я взъерошила волосы и созналась. — У меня нет никаких шансов, ребят.
— Еще не все потеряно! — сказал Фару.
— Рано опускать руки! — поддержал Глен.
А Власта облизала губы и платонически глянула на тарелку с вкуснейшей сдобой.
— Не сочти меня бесчувственной, но…
— Да ешь ты уже эту треклятую булку! — психанула я и приготовилась ещё немного пострадать, как вдруг ожил громкоговоритель.
— ВНИМАНИЕ! Это не учебная тревога. Всем адептам, обучающимся на специализации стражи, срочно пройти в зал Прибытия. ВНИМАНИЕ! Факультету магической механики подготовить переход для боевого вылета в Фаору. ВНИМАНИЕ! Это не учебная тревога…
Власта подскочила первой, одной рукой сцапала булочку, другой меня дернула, как морковку из грядки, и мы побежали. И, вроде бы, быстро бежали, без отставаний, но возле лестницы нас нагнал Хезенхау.
— Вы двое в нашей с Кристеном десятке, — бросил он, поравнявшись и обогнал.
Подгорная, за миг до этого умудрившаяся запихнуть в рот всю булку целиком, едва не подавилась от возмущения.
— Мм… м! — ругнулась она в удаляющуюся спину, а я охнула.
Потому что испугалась. Потому что безголовый Эрик не стал спускаться по лестнице. О нет! Он с разгона перепрыгнул через перила и пролетел два этажа по лестничному колодцу! Мы с Властой бросились вперед и перегнулись, готовые звать лекарей, но Эрик уже благополучно приземлился, сделал перекат, вскочил на ноги и понесся быстрее ветра.
— Я так не умею, — честно предупредила подругу.
А то вдруг у ядожалов норматив по прыжкам с лестницы, а я ни сном, ни духом!
Власта, уже закинувшая было ногу, чтобы… ну надеюсь не для того, чтобы повторить маневр северянина, посмотрела на меня с ноткой недоверия, хмыкнула и побежала вниз привычным для большинства способом.