Любовь на карантине (ЛП)

Тренер делает паузу, и слышен еще один вздох.
— Не знаю, что сказать. У нас есть правила.
— Я собираюсь очистить свое имя! Кстати, ты помнишь девушек, которых привел на вечеринку в тот вечер?
— Сынок, они чирлидеры в нашей команде. Конечно, я их помню. Тиффани и Джессика. Что Тиффани хорошая девочка, но чертовски непослушная. Одна из моих любимых, — вкрадчиво говорит он, и я пытаюсь сдержать подступающую к горлу желчь. Грязный ублюдок.
— Только не Тифф и Джесс. Минди, другая.
— Хм, Минди. Не могу вспомнить. Она появилась в какой— то момент он был рядом со мной, а потом бросила меня, чтобы потусоваться с тобой.
— Значит, ты не знаешь, откуда она взялась?
— Нет. Я вошел на вечеринку рука об руку с Джессикой и Тиффани. Ты же знаешь, как мне нравится, когда я играю в двойку.
Мне приходится сглатывать и дышать через нос, слушая, как он говорит о женщинах, которых я считаю своими друзьями. Хотя я также трахал Тиффани — черт возьми, наверное, половина команды уже трахалась с ней. Она любит веселиться. Каждому свое, говорю я, но все равно то, как тренер относится к женщинам, просто отвратительно.
Если бы у меня были яйца побольше и я не боялся, что меня вышвырнут из команды, я мог бы что— нибудь сказать. За исключением того, что эти женщины совершеннолетние. Они сами делают свой выбор. Никто их ни к чему не принуждает. Я на самом деле проверял это у Джесс и Тифф в прошлом. Им нравится иметь компанию мужчин, с которыми можно веселиться, пить вино и ужинать с ними. Они чувствуют себя в безопасности с командой. Что— то о том, как они жили в юности. Я далек от того, чтобы проливать дождь на их парад, если это то, что они хотят сделать. Честно говоря, это ничем не отличается от поведения большинства парней в команде.
— Минди — это та, кто накачала меня рогипнолом, тренер. Я должен найти ее и выяснить, кто подтолкнул ее к этому.
— Черт. Удачи, сынок.
— Да, похоже, мне это понадобится. Что теперь происходит в команде?
— Мы проверяем каждого игрока. Если кто— то из них выпил сок, он выбывает из команды. Нарушение их контракта. Поскольку мы все еще ведем расследование, даже твой контракт остается неопределенным.
Бля. Как я и подозревал. Тем не менее, нуждаясь в том, чтобы удержать свою последнюю надежду, я делаю предложение.
— Может быть, тот, кто подбросил наркотики, пытается подставить меня? Хотя в это трудно поверить. Эти ребята мне как братья.
— Ты никогда по— настоящему не знаешь человека, сынок.
И в этом— то как раз и заключается проблема. Люди совершают безумные поступки по самым разным причинам.
— Что ж, я надеюсь, что ты ошибаешься. Полли рассылает пресс— релиз с полным медицинским заключением. Это должно отвлечь от меня внимание прессы.
— Это шаг в правильном направлении.
— Да, я думаю.
— Держи подбородок высоко. Только время покажет.
— Спасибо, тренер. Оставайся в безопасности и держи меня в курсе того, что ты найдешь.
— Будет сделано.
Мое настроение резко падает, когда я откидываюсь на спинку дивана и прикрываю глаза. В это время в следующем году я могу оказаться безработным и не подлежащим найму. Хотя пока я не чувствую себя больным, так что мне следует рассчитывать на свои благословения.
Войдя на кухню, я достаю огромную бутылку виски и пью прямо из бутылки. Я подхожу к стереосистеме и включаю песню Red Hot Chili Peppers ”Suck My Kiss".
Гребаный А.
Это будет один из худших дней.
Выпивка. Музыка. Дождь.
  
ГЛАВА 7
 
КАРАНТИН: ДЕНЬ 7
 
ЭВАН
ВСЕ ЕЩЕ ИДЕТ ДОЖДЬ. Сэди нет. Я морщусь, бросаю в рот три таблетки ибупрофена и запиваю их полным стаканом воды. Вчерашняя жалкая вечеринка для одного точно сделала номер на моей голове и сердце сегодня.
Открыв холодильник, я достаю клубнику, шпинат, йогурт и яблоко. Я оставил свой гигантский контейнер с протеиновым порошком на прилавке для легкого доступа. Я бросаю его в блендер. Один за другим я добавляю ингредиенты для утреннего коктейля, но сегодня я удваиваю его количество, добавляя две ложки протеинового порошка и больше клубники, чем обычно.
 
Я знаю, что она любит сладости.
Мысль о Сэди заставляет меня улыбнуться. Я изголодался по любой форме взаимодействия с ней. Из— за дождя я не могу ждать ее на балконе. Я делал это однажды. Единственное, что из этого получилось — я был весь мокрый.
Вчера мне потребовались все мои силы, чтобы не обратиться к ней, но я не хочу показаться жалким. Сегодня все ставки сняты. Я собираюсь позвонить ей. Сразу после того, как я оставлю свое сладкое здоровое лакомство у ее порога. Хорошо, что я сегодня выспался. Похоже, она не из тех, кто рано встает. И действительно, никто не должен никому звонить раньше десяти. Это просто невежливо.
Как только я добавляю лед и смешиваю все вместе, я наливаю два огромных стакана. Взяв один, я отмечаю, что он определенно слаще, чем я обычно делаю, но он все еще имеет зеленый оттенок от шпината. Думаю, это придется сделать.
Я надеваю кроссовки на босую ногу и направляюсь к своей двери. Поставив стакан, я возвращаюсь в квартиру Джейка и набираю номер, который она дала мне на днях.
Предвкушение услышать ее голос вызывает у меня покалывание в животе, которого я давно не чувствовал. Может быть, когда— нибудь.
— Ло, — бормочет она.
— Доброе утро, солнышко! Ты не спишь?
— Неохотно, да. — Ее тон неровен и лишен обычная бодрость, которую я привык ассоциировать с разговором с ней.
— Я оставил подарок у твоей двери.
— Это пончики? — Ее голос немного повышается.
Я хихикаю и хватаю свой напиток со стойки.
— Жареный хлеб в сахаре? Э— э, нет. В пончике нет ничего питательного.
— Тогда я не собираюсь покидать свое безопасное место, что бы ты там ни оставил.
— Твое безопасное место?
— М— м— м. Я завернулась в свое любимое одеяло, окружила себя подушками и взяла пакет арахисовых M&M's, чтобы жить на них. Мне здесь хорошо. Здесь никто не может причинить мне вреда.
— Причинить тебе вред. Что случилось? — Тревожные повороты моих кишок.
— Я не хочу об этом говорить. Если я говорю об этом, это становится реальным. — Ее голос срывается, и мой желудок падает.
— Прежде всего, Сэди, сходи за тем проклятым напитком, который я оставил у твоей двери.
— Это кофе? Если это так, то это может быть настоящая любовь. — Ее голос теперь дразнящий, но в нем нет ее обычной жизнерадостности.
Черт, почему я не подумал добавить чашку кофе?
Я вхожу на кухню, кладу один из наборов в машину и завожу ее.
— Кофе будет через шестьдесят секунд. — Я смеюсь, но на другом конце провода стрекочут сверчки. — Сэди, ты меня пугаешь. Что случилось. Ты плохо себя чувствуешь?
— Нет! — Она рыдает. — Мой отец— да, у него симптомы гриппа, и они не проверяют его на COVID— 19. — Она давится словами.
— О, дорогая, мне так жаль. — Я хватаю уже готовую чашку кофе, выношу ее на улицу и ставлю рядом с быстро тающим смузи. — У твоей двери чашка Джо. Вылезай из своего кокона и забери ее, да? Потом поговорим.
Она шмыгает носом и издает сопливый звук.
— О— о— Ладно. Только потому, что мне нужен кофеин.
— Это хорошо. Возьми свой кофе.
Я жду, пока слышу, как она шаркает вокруг, и затем я слышу безошибочный звук открывающейся и закрывающейся двери.
— Ты приготовил мне зеленый напиток? Я думала, ты заботишься?
— Это коктейль. Я хочу, чтобы ты его выпила. В нем масса витаминов и белка. Это даст потрясающий импульс.
— Я не хочу повышения! — по— детски огрызается она. — Я хочу, чтобы мой папа был в порядке!
— Дыши, Сэди. Просто дыши. Сядь на диван, расскажи, что случилось. — Я следую своему собственному совету и прижимаю телефон к уху, не желая пропустить ни секунды из того, что она хочет сказать, когда я устраиваюсь поудобнее на диване.
— Мне обязательно пить этот мерзкий напиток? — спросила она, отвращение ясно слышится в ее тоне.