Плюсик в карму 3 (СИ)

И вот сейчас Оля с крейсерской скоростью шагала по городским улицам, а рядом гордо вышагивала иноходью Тыря в меховой ипостаси. Именно она вызывала наибольшее недоумение и любопытство у публики. Впрочем, на людишек ярко-рыжая зверюга внимания не обращала. Она даже на тирлов внимания не обращала, зато несчастные ездовые скотинки чуяли хищника и нервничали. Щенуля уже достигла таких размеров и таких навыков в перемещении, что ее и трое амбалов не удержали бы даже за цепь, поэтому символический ошейник из голубенького шарфика Юрны был сущим кокетством. Зато Тыря чувствовала себя нарядной и с удовольствием показывала себя публике. Оля от души нахваливала свою собаконьку и тревожилась, что увела щену без разрешения шефа. Свап, однако, не возражал, это успокаивало. Тырька шагала как персона королевских кровей, ей уступали дорогу, ее ели глазами и провожали удивленными шепотками. Оля от души радовалась, что на Нрекдоле нет папарацци, и страшно гордилась своей ежулей. Тырька все чувствовала и временами заглядывала дорогой подруге в лицо – правда гордишься? 
Сима и Юри застали свою подругу сидящей по-турецки прямо на полу в уголке просторной прихожей ангажированного особняка. С видом примерной ученицы-отличницы перед Олей сидела Тыря в меховой ипостаси и смотрела на дорогую подругу с комичной сосредоточенностью, инструктаж – дело серьезное. Даже в сторону вошедших женщин собачудинка только ухом повела, но Оле хватило, чтобы заметить подруг. 
Изрядная горка свертков и корзинок у порога дала понять, что дамы подошли к приему скитальцев с полной ответственностью. Наверняка одеждой и прочими радостями вроде средств гигиены озаботились. В этой многообещающей куче скромно прятался земной пластиковый пакет – как пить дать, Сима барыгу Цуэта подоила на контрабандные вкусняшки. Мяса и прочей снеди им Агав подвезет совсем скоро, Семеныч давно получил записку. А еще Агав должен привезти от Нианы циновку для Тыри. Больше Оля ничем помочь не могла, а вот на помощь Юрны рассчитывала – нужно было приказ величества исполнять. Адрес хорошей портнихи был срочно записан, а рекомендацию своей знакомой Юри отправит через почтовик. 
Вот-вот должны были доставить юную арестантку, а это значило, Оле пора уходить. К удивлению подруг, Ольга на прощание обнялась не только с ними, но и с Тырюхой. Дамы получили наказ циновку постелить вот здесь и ни при каких обстоятельствах не наступать и не сдвигать травяной коврик ни на пол-ладони – это место Тырькиной пространственной привязки, ее аэродром. Щена получила емкий приказ: 
– Охраняй! 
Еще несколько минут было слышно горестное недоумение собаконьки – опять одна, бросили деточку. Потом Оле удалось отстраниться, предварительно пристрожив: охраняй. 
Теперь предстояла поездка в ателье. Вместо одного платья было заказано два. Ольга Петровна сама себе удивлялась, но влюбилась в два образца ткани и не смогла определиться с выбором. Она вдруг поняла, что безумно устала от черного и темно-коричневого. Как можно было отказаться от бархатистой роскоши цвета густого бордо? А от бирюзы переливчатого муара? Портниха выбор одобрила – к лицу. И даже согласилась с требованием клиентки не портить фактуру ткани традиционным обилием отделки. 
Из ателье Ольга вышла с чувством удовлетворения – портниха умела слышать клиента и работала быстро. Завтра оба платья будут готовы к финишной подгонке. Подгонка, само собой, магическая. Выходило дороговато, но деньги – тлен. Не хватит того, что дал Эрик, Раш добудет что-нибудь мясное на продажу. 
По укоренившейся привычке торопиться Ольга подозвала извозчика, уселась и поняла, что ей совершенно нечего делать, разве что вернуться в пустую крепость. Или отправиться на хутор мешать Семенычу и Ниане. Прислушалась к щене. Малышка спокойна. Бдит, правда лежа. Смотреть Тырькиными глазами на подолы платьев Симы и Юри, которые носились туда-сюда, было неинтересно. Один разок мелькнули тоненькие бледные ножки подростка. Оля даже немного позавидовала – Браю доставили, подруги заняты. Одна она не у дел. 
 
– К городской тюрьме, голубчик, – вырвалось у нее самопроизвольно. И все стало на свои места – ей очень хотелось увидеть Раима. 
 Не повезло.
Нет, увидеть-то увидела – шеф был во дворе тюрьмы, но он был занят – прибыли Павел и дедусь-потеряшка. 
Иномирец был хорош. 
И пусть оборванец, но взгляд… Чем-то сибиряка-старовера напоминал. Та же непримиримость и готовность к испытаниям во взоре из-под еще темных выразительных бровей. И не дрогнул же, когда среди стаи нгурулов оказался. А где им еще быть, нгурулам-то, кроме как на тюремном дворе, если наездники рекрутированы в дознаватели? 
На секунду Раим и Ольга встретились глазами, но во двор уже выбегали парни в черном и выстраивались в шеренгу. 
– Госпожа Вадуд, – абсолютно официальным тоном окликнул Ольгу лавэ и подозвал ее жестом. 
Ольга строевой подготовки, естественно, не имела, но ей подспудно хотелось пройти эти десять метров, чеканя шаг, и козырнуть. Наверное, интуиция сигналила, что любая мелочь в поддержании авторитета попечителя Шенола и власти в целом важна именно сейчас, когда апролец составляет свое первичное мнение. Одобрительный взгляд Пашки подсказал Ольге, что держится она правильно. 
– Госпожа Вадуд, – повторил Раим, ответив на ее приветственный кивок, – это, как вы догадались, наш гость из мира Апрол, Хайрем Оусс. Поручаю его вашим заботам. Мартун, в распоряжение госпожи Вадуд. 
– Слушаюсь, командир. – Пашка довольным не выглядел, но подчинился беспрекословно. 
Раим Командорович счел свою часть задачи решенной и прошагал к Свапу и шеренге наездников. С рациональной точки зрения лавэ был прав. Ольге поручены хлопоты по обустройству пришлых как единственному не задействованному в расследовании члену команды, ей и карты в руки. Кроме нее, в конце концов, никто и не знает, что и как. С личной неприязнью к девчонке Ольге придется как-то справиться, иного выхода пока нет. Раим постановил себе непременно рассказать Оленьке, как ему жаль, но это потом. Мартун опять учудил. И почему всегда так? Где земляне, там проблемы. 
– Господин Оусс, – с милой улыбкой обратилась Ольга к старику. Потом спохватилась и отключила морок, – ваша внучка в безопасности, ей помогают привести себя в порядок. – Дед спокойно смотрел и молча ждал подробности. Пришлось Оле придушить свое любопытство и беспокойство. – Для вас и вашей внучки сняли удобный дом с неплохим садом. Это знак внимания от короны. Думаю, что вы и сами не против сегодня отдохнуть. Согласны? 
– Пожалуй, согласен. Особенно если вы мне поведаете, что случилось с вашей головой, – улыбнулся старый целитель. 
Ольга вздохнула поглубже. Ей есть о чем рассказать старику, и это точно не про здоровье. 
– Как вы предпочтете добраться, господин Оусс, на извозчике или с помощью нгурула? Раш донесет нас за пять ударов сердца. Вас ждет горячая вода, чистая одежда и сытная еда. 
– Вы не хотите говорить о своих проблемах? Я целитель, госпожа Вадуд. 
– Ольга. Зовите меня по имени, пожалуйста. По поводу моей головы, господин Оусс, никаких тайн. Если вам любопытно, я познакомлю вас с медикусом, который сохранил мне мозг. Так нгурул или извозчик, господин Оусс? 
– Пожалуй, все-таки нгурул, – не очень уверенно выбрал старик. – Я устал. А нгурулы, как выяснилось, не так уж ужасны. 
– Если рядом уверенный наездник, – подтвердила Ольга. – Господин Оусс, прежде чем мы отправимся, я хотела бы уточнить… – Оля замялась. – Вас известили о поступке вашей внучки и как я на него отреагировала? 
– Нет, – насторожился старик, и сразу стало ясно, что сейчас он не великий маг, а обычный любящий дедушка. 
– Лавэ Шенол, человек, который нас познакомил, предложил вашей внучке помощь. Она ответила заклинанием четырех вдохов. 
Дедусь растерянно посмотрел в ту сторону, откуда уже стартовали наездники во главе с попечителем. 
– Но он же жив! 
– Не заботами Браи Оусс. Она отказалась назвать используемое заклинание. Мне пришлось угрожать ей пытками, чтобы увеличить шансы командира на выживание. – Оля помолчала и зло сощурила обычно улыбчивые глаза. – Чтобы не было недопонимания, господин Оусс: если понадобится, я сделаю это снова.