Игра в прятки (ЛП)

Кайл поудобнее устроил ее у себя на коленях, провел рукой вверх и вниз по позвоночнику, и Делани закрыла глаза. 
«Полное безумие», — подумала она. Размякшая, запыхавшаяся, захлестнутая водоворотом чувств. 
 «Что я творю»?
Она слабо попыталась отстраниться.
— Полежи так немного, ладно? — хрипло попросил Кайл. — Пока не прекратится дождь, идти все равно некуда.
Делани понадобилось ужасно много времени, чтобы взять себя в руки и обрести видимость спокойствия.
— Бог мой, поверить не могу, что я это сделала.
— Что сделала? Исколошматила меня?
— Нет. Ты это заслужил, — съязвила она. — Впала в истерику. До сих пор я никогда так не срывалась.
Щекой она почувствовала его рокочущий смешок. 
— По-моему, то, что ты пережила за последние несколько недель, с лихвой тебя оправдывает. — В тусклом свете кабины невозможно было прочесть выражение его лица. — Надо быть из вольфрамовой стали, чтобы после такого не потерять самообладания.
— Я не теряла самообладания, — ощетинилась Делани. — Я полностью держала себя в руках… Во всяком случае, какое-то время.
Кайл многозначительно изогнул бровь. Не дожидаясь, пока Делани выскажется, он скользнул рукой ей на затылок и отстранил ее от себя.
А потом поцеловал.
Вкус его губ был интригующим, соблазнительным, дерзким.
Обманчивым, ненадежным, вероломным.
Делани отказывалась открыть рот.
Через несколько секунд Кайл поднял голову, его глаза загадочно блестели, а лицо было безразличным. Делани задумалась, что за эксперимент он теперь над ней проводит.
— Ты невероятно предсказуем.
Обеими руками она толкнула Кайла в грудь и соскользнула с его коленей, а когда он отпустил ее, перебралась на свое место.
— Все? Передышка закончена? — тихо спросил он, откидываясь в пространство между сиденьем и дверью и наблюдая за Делани жуткими всепонимающими и всевидящими глазами. — Позволяешь себе расслабиться на двадцать секунд, а потом вновь принимаешься доказывать, что ты Суперженщина. Неудивительно, что ты лопаешь противокислотные, словно леденцы. — Было мучительно находиться под его пристальным взглядом. — Должно быть, такой напряг здорово выматывает. Ты когда-нибудь прибегала к чьей-нибудь помощи, или тебе необходимо всё и всегда контролировать самой?
— Чертовски извиняюсь. Но женщина имеет право сказать «нет», — отдышавшись, сквозь стиснутые зубы процедила Делани. — И к твоему сведению, я не нуждаюсь в расслаблении. А еще меня бесит твое убеждение, что, раз я под рукой, то готова перепихнуться с тобой по-быстрому, чтобы весело убить время, пока дождь не кончится!
Скрестив руки на груди, Делани уставилась в покрытое трещинами боковое окно.
Всё снаружи казалось изломанным и искаженным.
— Кстати, в части секса, — уведомила она размытые мокрые деревья и ненавистный зеленый пейзаж за окном, — ты уже получил от меня больше положенной квоты.
У Кайла вырвался тихий смешок.
— А для меня положена квота?
У Делани снова подскочило давление.
— Проклятье, Кайл…
— Боже, — еле слышно прошептал он. — Я так больше не могу.
Потянувшись к Делани, он нежно, но крепко взял ее за подбородок.
Она без труда разгадала, что читалось на его словно высеченном из камня лице. Гнев и немалая порция чисто мужского отчаяния. Бедняжка.
— Надеюсь, правая рука тебе больше не нужна, — ласково проговорила она, — а то я ее сейчас откушу.
— Бог мой, женщина, а ты кровожадная, да? — Кайл завел прядь ее волос ей за ухо и, убрав руку, ненадолго задержал на Делани взгляд. — Самому не верится, что разглашаю… — Он замолк и втянул носом воздух. — Президент Паласиос не погиб.
Делани вскинула брови.
— А ты сказал об этом тем парням, которые в тебя стреляли?
Кайл посмотрел вверх, словно просил божественного вмешательства.
— Я не тот, за кого ты меня принимаешь.
Судя по паузам, он тщательно подбирал слова.
— Не тот? — едко спросила она. — В смысле, ты не наркоторговец и не убийца? Не наемник Монтеро?
— Делани, я не работаю на Монтеро. Это только прикрытие. Последние десять лет я работаю на международную антитеррористическую организацию Т-КСАП.
 
— Да неужели? Тогда почему ты раньше сказал, что ты доктор?
— Потому что я и есть доктор. Послушай, я ведь говорил, что гораздо младше своих коллег? Так вот, когда я закончил ординатуру, мне только-только исполнилось двадцать. Никто не хотел нанимать врача-малолетку, даже очень умного. И чтобы как-то скоротать время до тех пор, пока я достаточно состарюсь, чтобы начать врачебную практику, я занялся исследовательской работой, а в качестве специализации выбрал эпидемиологию.
Делани в замешательстве нахмурилась.
— Я изучаю различные инфекционные заболевания, — кратко объяснил Кайл. — И не только. В центре контроля заболеваний в Атланте я анализировал воздействие зарина, примененного японской сектой Аум Синрикё, и там ко мне обратился, а потом и завербовал Т-КСАП. Террористы все чаще пытаются создать биохимическое оружие, а их лаборатории чертовски трудно обнаружить и накрыть просто потому, что большинство из них существуют вполне легально. С моей квалификацией я идеально подошел для этой работы. 
— Ха, так ты у нас, получается, из хороших парней. — Делани уставилась на него сузившимися глазами. — А тебе ни разу не приходило на ум намекнуть мне об этом? 
Кайл фыркнул. Делани не смогла определить, сдерживал ли он смех или цеплялся за остатки самообладания.
— А ты предпочла бы, чтобы я действительно оказался… кем? Ах да, гнусным наркоторговцем-убийцей?
В колеблющемся свете Делани всмотрелась в его лицо.
— Это правда?
— Если помнишь, четыре года назад мы не тратили время на разговоры. А на Искьердо я понятия не имел, что за комедию ты разыгрываешь перед Монтеро. Будь ты той, кем притворялась, четыре года глубокого прикрытия пошли бы насмарку, если бы я с тобой разоткровенничался.
— А каким боком здесь завязан Монтеро? Я думала, он просто наркоторговец.
— Не просто наркоторговец, а крупнейший. Но его величайшая мечта — править миром посредством биохимического оружия. — Взгляд Кайла ожесточился. — Сейчас он делает ставку на вирус оспы. И это только начало.
Делани прижала руку к горлу.
— Боже…
— В мире нет другого оружия, способного неотвратимо и быстро стереть миллионы людей с лица земли. Монтеро полон решимости прибрать к рукам эту мощь. Он обратился ко мне незадолго до нашей с тобой встречи в Сан-Франциско и постарался убедить, чтобы я приступил к серийному производству вируса. Он планирует выставить его на продажу на мировом рынке. В четверг откроются торги за первую партию. Прекрасное вложение серьезных денег. Товар будет предъявлен, а дальше слово за теми, у кого есть баксы. Поверь, телефон будет разрываться.
— Но кто?..
— Воюющие страны наверняка дорого заплатят, чтобы заполучить ракету, напичканную вирусами. Если взорвать такую, например, над городом, вирус сделает свое дело быстро и эффективно: всё непривитое население за несколько дней вымрет. И не нужно ни армии, ни концлагерей.
— Да он сумасшедший, — прошептала совершенно ошарашенная Делани. — А не проще ли использовать атомные бомбы?
— Производство вирусного оружие обходится гораздо дешевле. К тому же болезнь не разрушает здания и не уничтожает растительность. А кроме того, уйдут сотни человеко-лет и миллиарды долларов на разработку технологической базы для создания ядерного оружия, в то время как фармацевтические лаборатории Монтеро уже существуют и оснащены первоклассным оборудованием. Для осуществления своей задумки ему было достаточно привлечь меня, вложить немного денег и подождать несколько месяцев.
— А тебе-то зачем притворяться, что помогаешь этому монстру?
— Потому что если бы Рамон не заручился моей поддержкой, то обратился бы к кому-нибудь другому. А поскольку, без преувеличения, я лучший в своей области, мы так и рассчитывали, что Монтеро в первую голову захочет заполучить меня. Сделали на это ставку.