Лорд Лондона (ЛП)

— Мне пришлось перестроить так много планов, чтобы, наконец, заполучить тебя. Долгие годы я жаждал тебя. И на этот раз я не потерплю неудачи и сделаю тебя своей. — Он покачал головой и невесело рассмеялся. — В первый раз это был Адли, который встал на моем гребаном пути. Я не рассчитывал, что этот придурок будет рядом. Или даже позаботится о тебе. — Его руки сжались в кулаки, когда он говорил об Артуре. — Я должен был догадаться. Чертовы Адли всегда мешали нам в этом городе. Думали, что они контролируют все. Заставляют всех в этом мире ссаться от страха. — Выражение его лица стало ледяным. — Но не меня. Не мою организации.
Олли Лоусон… Я все еще пыталась осознать тот факт, что врагом, темной силой, которая причинила столько разрушений, были Олли и его семья. Он учился в школе с Хьюго. У него был успешный бизнес. У них было все. Очевидно, этого было недостаточно — они погрузились во тьму преступного мира, чтобы удовлетворить свои мерзкие желания.
Они торговали людьми, как будто те были ничем.
— Все должно было сработать, — сказал он, возвращая меня к реальности. Суровый зимний ветер окутывал нас, пока я слушала безумца передо мной. Дьявола, который обманул мир, заставив его думать, что он какой-то великодушный Бог. Но вот он стоит передо мной, показывая свои клыки, чешую и рога.
— Они нападут на тебя, а я спасу тебя. Таков был гребаный план — простой, но эффективный. Я спасу тебя, и ты, наконец, обратишь на меня внимание. — Я замерла, пытаясь мысленно вернуться к тому, о чем он говорил.
Сучка Харлоу...
То, как нападавшие выплюнули мое имя в спа. Так же, как и те мужчины в Марбелье много лет назад.
— Ты? — спросила я, от шока почти лишившись дара речи. — Это ты все подстроил? В Марбелье?
— Да, — сказал он почти гордо. — Но Адли сунул свой гребаный нос туда, где ему не место. — Он ласково улыбнулся мне. — Мой старик был недоволен этим маленьким трюком, который я выкинул. Не тогда, когда твой отец только что пришел к нам за помощью со своим провальным бизнесом. — Мое сердце медленно стучало, как будто грудь превратилась в зыбучий песок и лишала его воздуха. — Он пошел к одному из наших партнеров, к одному из наших прикрытий, и тот привел его прямо к нашим дверям. — У меня кровь застыла в жилах. — Наши отцы, в конечном итоге, довольно много дел провернули вместе...
— Ты хочешь сказать, что вы одолжили ему деньги, зная, что он никогда не сможет их вернуть, — выплюнула я.
Олли пожал плечами.
— Это был выбор твоего отца и начало прекрасных рабочих отношений. — Он замолчал. — Пока не случилось то, что случилось, конечно.
— Ты убил их, — прошипела я, и тошнота подкатила к горлу, когда я вспомнила, как моему отцу и Хьюго пустили пули в голову.
Олли уставился на меня на секунду, слишком долгую, чтобы быть случайной, а затем сложил ладони и дыхнул на них теплым воздухом.
— Здесь чертовски холодно. Может, продолжим наш разговор внутри?
Олли кивнул в сторону мужчин, которые вывели нас из церкви. Один схватил меня за руку.
— Не делайте ей больно, — предупредил их Олли, и мужчина ослабил хватку. — Не хочу, чтобы моя девушка пострадала.
Его девушка.
Он бредил.
Олли Лоусон был чертовски сумасшедшим.
У меня голова шла кругом от осознания того, что это был он в Марбелье. Он организовал нападение только для того, чтобы предстать рыцарем и «спасти» меня. Чтобы я увидела его, заметила... захотела.
На следующий день я пошла с ним обедать. По спине пробежали мурашки, когда я вспомнила, как он расспрашивал меня, проверяя, все ли со мной в порядке. Несколько раз переспрашивал. Он искал ответы. Пытаясь собрать воедино то, что пошло не так.
И кто именно встал у него на пути.
Я почувствовала еще большую тошноту, когда эта информация закружилась у меня в голове. Потом осознание, что это он торговец людьми. Его подпольная организация, огромные деньги, которые она приносила, были построены на потерях и уязвимости людей. Людей продают в рабство и на секс-работу. Я вздрогнула. Потому что он не был каким-то уродливым монстром, каким-то злым человеком, само поведение которого держало в страхе. Он сам был обычным человеком, его отец был, казалось бы, обычным, хорошим человеком. Но они стояли во главе скрытой империи, построенной на разбитых мечтах и никому неслышных криках жертв.
Нас с Джином отвели в старый гараж, в котором скрылся Фредди. Казалось, что в задней части здания располагались обветшалые офисы, но Олли повел нас в противоположную сторону, приказав сесть на пол в комнате побольше, которая, как я предположила, когда-то была чем-то вроде приемной.
Старая, потертая и выцветшая мебель была расставлена по всей комнате. В центре горел костер в пустой канистре из-под масла, и Олли подошел к нему, протягивая ладони к огню. Я внимательно следила за ним, незаметно подкрадываясь ближе к Джину, надеясь защитить его, пока Артур не доберется до нас.
— Так-то лучше, — сказал Олли через несколько минут. Он улыбнулся мне так, словно его люди не похищали нас, не убивали Алфи Адли и не оставляли после себя кровавую бойню.
Согревшись, он придвинул к нам старое мягкое кресло и непринужденно сел. Фредди стоял в углу комнаты, глядя на нас с Джином таким взглядом, будто мы были ничем, даже не стоили того, чтобы жить. И если бы у него был выбор, мы бы уже стали пищей для червей.
— Значит, ты убил моих подруг и семью? — наконец сказала я Олли. — Просто чтобы забрать меня после твоего провального плана в Марбелье. Еще одно инсценированное «нападение»? — я рассмеялась над тем, насколько он был жалок. — И что? Ты собирался снова броситься и спасти меня? В итоге я должна упасть к твоим ногам, и мы должны безумно полюбить друг друга? — на скулах Олли заиграли желваки, и я поняла, что разозлила его. — При том, что ты убил моего отца и Хьюго?
Олли склонил голову набок.
— Твой отец и Хьюго заявили, что не смогут выплатить долг. — Он наклонился вперед. — Ты знала, насколько все было плохо в компании твоего отца? Знаменитое культовое печенье Харлоу. Ты знала, что бизнес вот-вот перейдет в ведение администрации и что ты, твой отец и жених окажетесь на грани разорения? У них не осталось ни гроша за душой, ни пенни.
Мой пульс участился, но я сохраняла невозмутимое выражение лица. Я не знала. Я ничего этого не знала.
— Твой отец уже отдал нам документы на ваш дом. Шикарную гребаную квартиру Хьюго в Челси. Они уже отписали нам свои машины. — Он поиграл бровями. — Фамильные драгоценности.
— Ты их обчистил. И когда они не могли больше платить деньгами, то заплатили кровью.
Олли стиснул зубы, и не осталось ни следа от его маски равнодушия.
— КАКОГО ХРЕНА ТЕБЕ ВСЕ НУЖНО ИСПОРТИТЬ?! — рявкнул он.
Я вздрогнула от его внезапной вспышки. Хладнокровная личность, которую он собой представлял до этого, постепенно исчезала, открывая истинного монстра, скрывавшегося под ней. Он встал со стула и опустился передо мной на колени, его голос снова стал спокойным и мягким.
— Я хотел, чтобы ты была рядом. Я хотел, чтобы ты захотела меня.
— Я никогда не смогу хотеть тебя. Ты убил мою семью. Моих друзей. Ты лишил моего отца и Хьюго их имущества, их достоинства, — прошипела я.
— Достоинства? — сказал он оскорбленно. — Какого достоинства?
— Ты убил их. Привязал к стульям и выстрелил им в головы, пока они умоляли тебя о прощении. Милосердии. Я видела то видео. Это ты мне его прислал. Ты хотел, чтобы я это увидела, чтобы, спасая меня, ты выглядел героем.
Олли протянул руку и провел ладонью по моему лицу. Я попыталась вырваться, откинув голову назад. Он ударил меня и схватил за челюсть, притягивая ближе, вонзая ногти в мою кожу. Я закричала от боли, не в силах сдержать крик. Олли вцепился мне в лицо.
— Я так давно хотел тебя трахнуть. — Я замерла, и дыхание Джина изменилось. Он был зол. Мне хотелось умолять его ничего не предпринимать. Чтобы не навредить себе.
— У тебя не было ни единого шанса, — сказала я.