Лорд Лондона (ЛП)

Дьявол. Такое имя точно подходит Артуру. Большинство людей боялись его. Он неприступен, а его взгляд может убить на месте. И он действительно обладал обаянием Сатаны. Магнит для греха и искушения, пробуждающий во мне желания и стремления, которые далеко не целомудренные. И если слухи были правдивы, то он обладает такой же злобой, как сам Темный Лорд.
***
Мы вошли в клуб. Олли, положив руку мне на спину, повел нас через переполненный танцпол к VIP-секции. Мы сели за наш огороженный столик, и официант принес нам бутылки кристал, грей гус и джин с тоником для коктейлей.
— Что будешь, милая? — спросил Олли.
— Джин, — сказала я и тут же подумала об Артуре. Олли налил мне джин и молча добавил тоник.
— Ну что? — спросил он. — Тебе понравился ужин?
Он наклонился ближе и провел кончиком пальца по моей руке. Я заерзала на стуле, отодвигаясь от него, и надеясь, что он не обидится.
— Все было прекрасно. — Я одарила его дружелюбной, платонической улыбкой. — Хьюго был бы в восторге. Жаль, что его здесь нет.
Ухмылка на лице Олли стала такой жесткой, что мне стало не по себе. Он сделал большой глоток водки, потом повернулся ко мне и сказал:
— Он недостаточно хорош для тебя.
Я напряглась, ошеломленно моргая от такой откровенности Олли. Обычно он ходил вокруг да около, намекая на неприязнь к Хьюго. На этот раз он сказал это в открытую.
— Олли, — предупредила я. — Не надо. Ты же мой друг. Хьюго — мой парень. Я ни за что не поступлю так.
В глазах Олли появилось что-то похожее на тьму. Волосы на руках и затылке встали дыбом. Ему потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки, прежде чем он снова улыбнулся.
— Прости меня, — сказал он, но его слова прозвучали натянуто и жестко. — Ты совершенно права. Я не должен так говорить о нем. Он отличный парень, правда. — Олли проверил что-то на своем телефоне и скользнул взглядом по клубу. Потом вдруг замер. — Черт.
Я проследила за его взглядом. Он остановился на двух парнях из компании Адли, которые находились на противоположной стороне VIP-секции в отдельной кабинке с высокими перегородками. Я узнала Чарли, когда он поднялся со своего места, чтобы выпустить Эрика Мейсона. Взгляд Чарли упал на нас. Он повернулся и что-то сказал кому-то в кабинке. Мое сердце бешено застучало, когда я задалась вопросом, был ли там Артур. Что, если у него на коленях сидела другая девушка, которая облизывала его шею, а его пальцы были глубоко внутри нее.
— Ник, — сказал Олли, отвлекая внимание своего лучшего друга от Фрейи. Олли кивнул в сторону кабинки Адли. Ник посмотрел туда, затем кивнул в ответ. Между ними произошел какой-то безмолвный разговор, в который я, конечно же, не была посвящена.
— Тебе не нравятся ребята Адли? — спросила я.
Олли откинулся на спинку стула и обнял меня за плечи.
— Нет.
Я не думала, что он будет говорить на эту тему. Олли презрительно сузил глаза и выпил свою водку, а затем сказал:
— Мне не особо нравятся такие ублюдки из Ист-Энда, как эти подонки. Они доставляют моему отцу бесконечные проблемы. Эти идиоты думают, что имеют право управлять всеми доками в Лондоне только из-за того, кто они такие. Они — раковая опухоль для честных предприятий. Мне всего несколько раз приходилось иметь дело с Артуром. И это гораздо больше, чем хотелось бы. — Его рука замерла в воздухе, когда он опустил стакан. — А что? Ты ведь не знакома с Адли?
Я покачала головой, ложь тут же сорвалась с моего языка.
— Нет. Просто слышала о них, как и все остальные. — Я чувствовала, как Арабелла сверлит меня взглядом с другого конца стола, но не обращала внимания, опасаясь, что Олли раскусит мой обман.
Олли глубоко вздохнул.
— Хорошо. — Он схватил меня за руку. — Не связывайся с ними, — сказал он глубоким голосом, не терпящим возражений. Беспокойство прокатилось по мне, как гроза. Я попыталась пошевелить рукой, но взгляд Олли только еще больше потемнел, а хватка стала еще крепче. — Я серьезно, Ческа. Не связывайся с Адли. Особенно с Артуром. У него не все в порядке с головой.
Олли наконец отпустил мою руку. Она пульсировала, и даже в тускло освещенном ночном клубе я видела красные следы от его пальцев. Не сомневаюсь, что останутся синяки.
Мои глаза расширились от шока. Олли быстро изобразил на лице милую улыбку. Я вздрогнула, когда он нежно провел рукой по оставшимся от его хватки следам на руке.
— Я просто не хочу, чтобы ты связалась с неподходящей компанией, Ческа. — Его голос струился как шелк, но под этим шелком, как я теперь знала, скрывались острые опасные лезвия. — Я забочусь о тебе, — холодок пробежал по моей спине, когда он наклонился ближе. — Ты ведь это знаешь, правда? — Он убрал мои темные волосы с плеча. — Ты мне нравишься... очень.
Я вскочила на ноги.
— Мне нужно в уборную. — Я не стала оглядываться и проверять, идет ли кто-нибудь за мной. Просто выскочила за дверь и направилась прямо к зеркалам. Я уставилась на свое отражение. Мое дыхание было тяжелым от шока. Олли… Олли Лоусон причинил мне боль. Я стояла и смотрела на красные отметины на коже.
Что, черт возьми, только что произошло?
Мне нужна была сигарета. Я редко курила, но сейчас мне нужно было покурить, чтобы успокоиться. Выйдя из уборной, выскользнула через пожарный выход, который вел в пустой переулок. Я вытащила из сумочки сигареты и зажигалку. Сделав глубокий вдох, позволила никотину наполнить мои легкие и успокоить измученные нервы.
Едва я успела сделать вторую затяжку, как в конце переулка послышались шаги. Живот скрутило, заставляя оттолкнуться от стены, к которой я прислонилась. Мое сердце бешено заколотилось, и я бросилась к пожарному выходу. Не успела сделать и трех шагов, как из темноты появились четверо мужчин. От паники в горле пересохло, и я перестала дышать. Трясущейся рукой схватилась за дверную ручку, но как только это сделала, мужчины бросились на меня.
Мой сдавленный крик был едва слышен, меня толкнули в стену, и чья-то рука ударила по лицу. Я пыталась придумать, как сбежать, но мой мозг не работал. Щека пульсировала, голова болела, и я не могла ничего сообразить.
Паника захлестнула меня, как зыбучие пески, поглотив целиком, окутав чистым ужасом. Каждый знает, что на людей иногда нападают, но все считают, что если бы это случилось именно с ними, то они смогли бы отбиться. Драться, сопротивляться и сбежать. Но меня парализовал страх — мышцы онемели, глаза расширились, когда я почувствовала вкус крови во рту. Мое зрение затуманилось, когда я попыталась сосредоточиться на нападающих.
В ушах звенело, как колокола в соборе Святого Павла. Я попыталась отдышаться, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Но головокружение поглотило меня. Я моргнула, сумев сфокусироваться достаточно, чтобы увидеть, как высокий мужчина надвигается на меня и обхватывает рукой мое горло. У него были следы от прыщей на лице и глубокий красный шрам через левую бровь. Собрав остатки сил, я беззвучно вскрикнула и толкнула его в грудь. Но он остался неподвижен. Затем он схватил меня за шею и резко прижал спиной к стене. Раскаленная добела боль пронзила мои плечи. Я застыла, пробиваясь сквозь панику и туман из мыслей, когда поняла, что его свободная рука скользнула мне под платье.
Я действовала инстинктивно, паника слегка отступила.
— Остановитесь! —  я крепче прижала руки к груди. Кулак, словно гранитный камень, врезался мне в живот, выбив из меня весь воздух. Ноги подкосились, но второй мужчина, схватив меня за волосы, резко дернул голову вверх, чтобы удержать в вертикальном положении.
Нет, нет, нет... пожалуйста...
Я попыталась громко закричать от жгучей боли, но чья-то рука зажала мне рот прежде, чем с моих губ сорвался хоть какой-то звук. Я пыталась отбиваться, кусая пальцы, но это было бесполезно. Ничего не получалось. Я не могла отбиться от них. Не могла спастись!
Думай, думай, думай!
Но я не могла. Все происходило слишком быстро. Они были слишком сильные, и их было слишком много. Меня развернули и снова ударили о стену. Мужчина позади меня задрал мое платье до талии. Даже сквозь густой туман в голове я услышала предательский звук расстегиваемой молнии.