Тогда это казалось хорошей идеей (СИ)

Задняя веранда стала больше с моего последнего визита. Однако моё любимое старое дерево джакаранда всё ещё стояло во дворе, обеспечивая местами тень и создавая беспорядок. Красивые маленькие фиолетовые цветы были разбросаны повсюду.
— Ты говорила мне, что идёшь спать, потом спускалась по дереву и убегала болтать с Питом, — проговорил папа, стоя на коленях в новой секции настила, с кистью в руке.
— Не знала, что ты знал об этом.
— Я знал. — Папа улыбнулся. — Он сказал мне, чтобы я не волновался, если не найду тебя.
— А я думала, что я умная. Мы обычно просто смотрели на звёзды.
Кивок.
— Кофе на кухне, если хочешь.
— Да, Шанти сказала мне. Я уже выпила свою порцию. Со мной всё в порядке, — сказала я. — У тебя есть ещё кисть?
Он поднял одну бровь.
— Хочешь помочь?
— Конечно.
— На столе.
Я взяла кисть и присела на корточки достаточно близко, чтобы дотянуться до банки с маслом, но достаточно далеко, чтобы не оказаться у него на пути. Слава Богу, я надела очки, день обещает быть жарким и солнечным. Запах масла и дерева вызвал в памяти старые воспоминания о папиной работе. Ещё запах сочной красной земли и пышной листвы. Так хорошо вернуться в город после стольких лет.
— Уверен, что у вас с Шанти есть планы на сегодня, — сказал он. — Считай я тебя предупредил.
— Поняла.
Молчание длилось пару минут.
— Ты осторожна с занозами? — спросил он. — Мне нужно было дать тебе перчатки и что-то куда можно упереться коленями.
— Ты не носишь перчаток.
— Мои руки покрыты мозолями. И кожа не такая мягкая как твоя.
— Со мной всё будет хорошо.
— Хочешь надеть комбинезон? Знаешь, масло не отстирается с твоей одежды, если на неё попадут брызги.
Я засмеялась.
— Всё будет хорошо, папа. Расслабься.
— Ну, это ты проведёшь остаток дня, пахнущая скипидаром. По большому опыту, могу сказать, что Шанти не фанат этого запаха.
Я устало кивнула. Это не первое моё родео с кистью и настилом. Некоторое время мы работали в тишине.
— Ты готовишься к вечеринке Бака/девичнику? — спросил он. — Это не будет чем-то большим, просто соберёмся с друзьями в пабе. Никому из нас не нужны текила и стриптизёрши.
— Конечно. Звучит хорошо.
— Сможешь познакомиться с девушкой Пита. — Он посмотрел на меня краем глаза.
Я старалась, чтобы моё лицо оставалось добрым и пустым.
— Да? Какая она?
— Кажется, достаточно мила. Думаю, она адвокат, — сказал он. — Все женщины, которых он приводит, кажутся милыми. Однако ни одна из них не задерживается надолго. Думаю, ты уже это поняла.
— Насколько я помню, тебе потребовалось некоторое время, что бы встретить Шанти и ты в это время не умирал от одиночества.
— Справедливо, — кивнул он.
— Кстати, она мне действительно нравится.
— Хорошо. — Папа засиял. — Ты ей тоже нравишься. Не переставала говорить о тебе с прошлой ночи.
Где-то рядом запела кукабара (прим. птица из семейства зимородковых, обитают в тропиках и редколесье Австралии и Новой Гвинее), и её трель наполнила воздух. Некоторые черношапочные манорины (прим. птицы из семейства медососовых, обитают в юго-восточной Австралии и Тасмании) протестующе закричали, в это же время зажужжали насекомые. Звук был похож на непрерывную волну, то поднимающуюся, то опускающуюся, но полностью не исчезающую. Природный мир казался таким ярким и живым.
— Как твоя мама? — спросил папа.
— Хорошо, — ответила я. — Она продала несколько картин и её занятия очень популярны. Она кажется счастливой.
— Хорошо.
Я улыбнулась.
— Она думает, что я должна всё бросить и отправиться путешествовать по Европе. Отсидеться на каком-нибудь греческом острове или ещё где-нибудь.
— Меня это не удивляет, — пробормотал он. — Ответом твоей мамы всегда был побег.
— Вы не подходили друг другу.
— И не говори. Это то, что ты хочешь сделать — путешествовать?
— Я была бы не против немного попутешествовать, но моих сбережений не хватит для этого, — ответила я. — Сидней дорогой город.
— Ты можешь работать с нами, мы могли распределить график, чтобы ты могла путешествовать.
 
— Заявления о родственных привилегиях вас не касаются?
Он сел на пятки, вытирая пот с лица.
— Дорогая, ты либо преуспеешь в работе, либо провалишься. Это на твоей совести. Я могу лишь предоставить тебе возможность.
— Ты имеешь в виду, ты и Пит можете предоставить мне такую возможность.
— Верно, — он пожал плечами. — Несмотря на всё его нытьё, он будет не против, если ты станешь работать на нас.
— Хм. Что если я брошу свою жизнь в Сиднее и перееду сюда только для того, чтобы обнаружить, что я полный отстой на работе, и ты уволишь меня?
Он поморщился.
— Ну, с другой стороны, Шанти к тому времени подготовит гостевую комнату и тебе будет где остановиться.
— Замечательно, — сухо проговорила я.
— Милая, ты всегда интересовалась бизнесом. Тебе нравилось наблюдать за работой, знать каждую мелочь и разговаривать с людьми. — Его взгляд стал очень серьёзным. — Я думаю, ты преуспеешь в этом. Хельга была великолепна, но она не была заинтересована в изучении аспектов, кроме своей работы. Нам нужно больше. Ты работаешь с нами, берёшь на себя обязанности, в конце концов, если понадобится, мы сможешь нанять ещё кого-нибудь.
— Ты говорил об этом с Питом?
— Да, конечно, — ответил папа.
Я просто посмотрела на него.
— Просто подумал, что, возможно, он отреагирует лучше, если у него не будет времени подумать.
— Это неправильно. Он твой партнёр.
— Не-а, — усмехнулся папа. — Это просто хорошая стратегия.
— Адель, что, чёрт возьми, ты там делаешь? — Шанти вышла из дома, одетая в великолепное платье-футляр. — Ты не только в отпуске, но сегодня и наш спа-день. Предполагается, что мы будет расслабляться.
— Спа-день?
Она приложила руку к своей голове.
— Я забыла тебе сказать об этом? У меня так много всего в голове. Но да, нам нужно идти. Уход за лицом, массаж, маникюр, все, что угодно, с головы до ног. Я плачу.
— Вау. Спасибо.
— Не за что, но нам уже пора.
— Хорошо. — Я поднялась и отряхнула колени. — Я одета слишком повседневно?
— Нет, — ответила Шанти с улыбкой. — Тебе идёт.
Папа, подмигнув, забрал грязную кисточку.
— Веселитесь.
***
Местом проведения вечеринки, была таверна Палмвуд, которой более ста лет. Там был отличный сад, который идеально подходил для мероприятий. На открытом воздухе, с большим количеством бромелиевых растений, растущих в горшках, и расставленных вокруг, и мерцающими волшебными огоньками, обмотанными на манговое дерево. Я думала, Шанти привыкла к более шикарной обстановке. Но женщина выдвинула один из высоких стульев, села и начала опрокидывать в себя пиво. Толпа, казалась, состояла из их сотрудников, и пары друзей. Папа и Шанти заехали за мной, как только я быстро приняла душ и переоделась.
Пит был явно занят. И это было досадно, потому что я чувствовала себя не в своей тарелке. Я не уверена, что моя великолепная зрелость проявлялась так, как и предполагала Хейзел, но день в спа прошёл просто отлично. Шикарный во всех отношениях. Меня натёрли воском, отполировали, высушили феном до полусмерти. Я предложила заплатить половину, но Шанти ничего не хотела слушать. Она не скупилась, когда дело доходило до роскоши.
Я решила похвастаться своим французским маникюром, надев танкетки с открытым носком, узкие джинсы, которые приподнимали мой зад и удлиняли ноги, и струящийся белый хлопковый топ. Он нежно скользил по моему животу. Спа-день включал в себя макияж и причёску, так что я была уверена, что выглядела отлично с длинными, развивающимися локонами. Достаточно уверенно, чтобы противостоять чему угодно, включая подружку Пита. Надеюсь на это.
Я потягивала эль «Куперс», когда подошёл Пит и его спутница. И, конечно же, она выглядела как модель, которая решила поболтать с людьми из трущоб. Далеко за пределами её кошмара. Длинные рыжие волосы и красивое лицо. Каждый дюйм её точёного тела был совершенным. Дерьмо.