Тогда это казалось хорошей идеей (СИ)

Хейзел и Мэдди были готовы к тому, что квартира останется в их распоряжении. По крайней мере, они были готовы передать управление моими гормональными перепадами настроения кому — то другому. Хотя нам всем будет не хватать совместных тусовок и вечеров с вином на вынос. На следующий день мы с Питом совершили двенадцатичасовую поездку на север на моей новой машине.
Хотя Пит, возможно, и получил свое согласие насчет машины, он не получил своего согласия насчет того, где я буду жить. Я не собиралась менять свое мнение по этому поводу.
— Я бы хотел, чтобы ты передумала, — сказал он, когда мы подъехали к подъездной дорожке папы и Шанти.
Я открыла дверь машины.
— Мы уже говорили об этом.
— Да, но я думаю, что ты ошибаешься.
— Ну, ты упоминал это. Даже несколько раз. Привет, папа. Привет, Шанти.
Папа нежно обнял меня, в его глазах был немного осуждающий взгляд.
— Беременна?
— Я знаю, ясно? Кто знал, что такое может случиться? — я усмехнулась, — Парень, ты не объяснил некоторые вещи.
— Твоя мать говорила с тобой об этом, когда тебе было двенадцать, — сказал он, — Я проверил ее тогда.
— Хм. Похоже, я тогда отвлеклась.
— Может, мне называть тебя папой? — спросил Пит с язвительной улыбкой.
— Я не знаю, — ответил папа, — Может, мне просто ударить тебя?
— Никакого насилия не будет, — отругала Шанти, — Эндрю, будь вежлив. Питер, не дразни медведя, когда ты только что обрюхатил его дочь. Это неразумно. Ну, как доехала, дорогая?
— Долго, — я приняла объятия и поцелуй в щеку, — Рада снова видеть тебя, Шанти.
— Пойдем, выпьем чего-нибудь холодненького. Что это насчет того, что ты поживешь здесь какое — то время? — сказала она, поднимаясь со мной по лестнице, — Не то, чтобы тебе не рады, конечно. Я просто удивлена. Я была уверена, что ты будешь жить у Питера.
Это будет очень долгая ночь. А я даже не могла выпить алкоголя.
— Мы не торопимся, сосредоточились на ребенке.
— Разве это не значит закрывать ворота после того, как лошадь убежала?
— Быть с кем-то только потому, что у тебя есть ребенок, в нашей семье не получается, — сказала я, — Думаю, папа уже упоминал это. Будет лучше, если у меня будет своя квартира.
— Хм, — Шанти оглянулась через плечо, — Осторожнее, Питер, похоже, ты теряешь хватку.
Ага, нет.
— Я с нетерпением жду, когда мы все будем настолько вовлечены в жизнь друг друга, что будем открыто и честно обсуждать наши отношения.
— Это ее способ сказать «отвали», — сказал папа.
— Спасибо, — сказала я, — Мы с Питом просто друзья, у которых неожиданно родится общий ребенок.
Папа скривил лицо.
— Друзья, да? Я бы предпочел увидеть кольцо на твоем пальце, но как скажешь, милая. Я сказал тебе, что после инцидента с деревом не буду вмешиваться. Вы двое сами разберетесь.
Пит только почесал голову, одарив меня неопределенной улыбкой.
— Хорошо, я больше не буду лезть не в свое дело. Я уверена, что ты знаешь, что делаешь, — Шанти сжала меня, — Что ты думаешь, Адель? Мальчик или девочка?
— Понятия не имею.
— Не проблема. Я просто сделаю покупки для обоих, — сказала она, — Я очень взволнована тем, что стану бабушкой. А ты рада предстоящему материнству?
— Эм, я уже подхожу к этому.
— Все будет замечательно, дорогая. Просто подожди и увидишь.
***
— Эй, как дела? Ты в порядке?
— Поговорим о дежа вю, а? — я стояла на пороге дома Пита около полуночи той же ночью.
Да, сексуальные пижамные штаны, но на этот раз нет голой груди. На нем была обычная серая футболка. Так грустно. По крайней мере, мои шорты для сна и футболка немного отличались от прошлого раза. С увеличившимися во время беременности сиськами я стала носить топик с бюстгальтером на косточках. Гораздо удобнее, чем, когда молочные железы разбросаны повсюду.
— Заходи, — сказал он, хмуро закрывая за мной дверь, — Ты ведь не лазила снова на это гребаное дерево?
— Ветка сломана; я не смогла бы, даже если бы захотела. А в моем нынешнем состоянии — нет.
— Спасибо Богу за это.
— Прости, что разбудила тебя, но я так устала, — ныла я, опустив плечи, — И я не могу заснуть, потому что комната папы и Шанти находится рядом с моей, и они постоянно занимаются громким сексом.
 
На это он рассмеялся, засранец.
— Пит, это не смешно.
— Субботний вечер, — он пожал плечами, — Они молодожены.
— Но он мой отец, — сказала я, — Это делает ситуацию официально отвратительной. Я умираю от недосыпа, а их кровать бьется о стену, как будто они снимают порно. Это не нормально.
— Пойдем, — он взял меня за руку и повел в сторону своей спальни.
Стоп. Предупреждающие знаки, красные огни.
— Я просто собиралась переночевать в гостевой комнате.
— Постель не заправлена, и сейчас середина ночи, — сказал он, выключая свет, пока мы шли, — Мы оба не можем стоять на ногах. Так будет быстрее и проще.
— Я просто займу диван.
— Ты не будешь спать на диване, — он улыбнулся мне, — Расслабься. Мы ночуем вместе, а не спим вместе.
И это было заманчиво, но нет. Я замедлилась.
— Пит, остановись. Я не пойду с тобой в твою спальню. Это… — я покачала головой от этой мысли, — Давай останемся просто хорошими друзьями, которые не делят постель, хорошо?
— Хорошо, — его губы сжались, — Давай я возьму постельное белье для свободной комнаты.
— Спасибо.
Он засунул голову в шкаф в прихожей и стал шуршать бельем. Воздух недовольства вокруг него действительно был густым. Очень неловко. Раньше я была бы более чем счастлива прыгнуть к нему в постель и посмотреть, как пойдут дела. Новый ребенок, новые правила.
И в любом случае, та прежняя политика погружения в секс не принесла мне никаких результатов. Кроме тех результатов, которые можно получить, пописав на палочку.
— Извини за беспокойство, — сказала я.
— Ты не надоедаешь, Адель. Я хочу, чтобы ты приходила ко мне, если тебе что-то нужно.
— Ужин прошел хорошо.
Он направился в комнату для гостей, и я последовала за ним.
— Эндрю был довольно спокоен, как мне показалось. Пойдем, я помогу тебе заправить кровать.
— Спасибо. Ты рассказал своему отцу о ребенке? — спросила я, аккуратно меняя тему с моего отца на его.
— Нет, — ответил он, кладя постельное на стул, а затем взяв простыню и отправляя ее в полет по кровати. Я заправила одну сторону, а он — другую, — Пока нет. Но я скажу.
— Я думаю, что ты должен подождать, пока закончится первый триместр, чтобы начать объявлять об этом, — я приподняла одно плечо, — Выкидыши довольно часто случаются в первые три месяца.
— Эй, не волнуйся об этом. Все будет хорошо.
Далее последовала следующая простыня, а затем легкое одеяло. Каждый из нас возился с подушкой и покрывалом. Тишина сопровождалась стрекотанием сверчков и случайным повизгиванием, и возней опоссума. Это было спокойно. По крайней мере, так и должно было быть.
— Все, готово, — сказала я, забираясь на кровать и садясь спиной к изголовью.
— Хорошо, хорошо. Я должен дать тебе поспать, — но он не уходил.
— Сейчас я вроде как снова бодра. Ты, наверное, тоже. Извини.
— Не возражаешь, если я посижу минутку? — спросил он, указывая на другую сторону кровати.
— Это твой дом.
Он устроился в той же позе, что и я, только одна его нога оставалась на полу.
— Я никогда не думал, что смогу с кем-то сойтись. Так что, вероятно, временами у меня будет получаться паршиво. И я знаю, что у нас сейчас много всего происходит, ребенок и все такое. Но у нас с тобой должно быть немного простора для работы над отношениями, ты так не думаешь?
Вот это да. Я ничего не ответила.
— Ты откладывала разговор об этом с тех пор, как мы узнали о ребенке, — продолжил он.
— Я знаю.
Он просто ждал.
— Если ты действительно хочешь, мы могли бы встречаться, я думаю, — это звучало не слишком опасно. Конечно, ничье сердце не может быть смертельно ранено еще раз за ужином. По крайней мере, без каких — либо согласованных усилий, — Между делом.