Лорд в кандалах (СИ)

Кстати, насчет «Свашбаклера»…
Оставлять умерший доспех здесь не было ни малейшего желания, а заодно грозило большими проблемами в будущем, поэтому, под почти непрекращающуюся ругань Эйлакса, склоняющего меня по всем возможным адресатам, я вновь залез в «Свашбаклера», чтобы погрузиться с ним в Тень, где его и оставил. Процедура была рискованной, большинство отражений этой реальности имеют четкие проявления лишь там, где живет много людей, так что здесь пришлось погружаться в аморфную массу Тени, быстро вылезать из доспеха, а затем возвращаться назад в отчаянно высоком прыжке с головы медленно «тонущего» СЭД-а.
«Идиот! Тебе мало риска?!»
«Я не могу сейчас портить отношения с королем Генрихом, Эйлакс»
«Тебе что, не хватило бы связей, чтобы приказать местным через кого-нибудь доставить доспех домой?!!»
«Хватило бы. Но к этому времени они бы уже поняли, что к чему. И использовали доспех, чтобы обвинить во всем Англию. Он не просто улика, а всем уликам улика!»
«Тьфу на ваши заморочки!»
«Помолчи. Начинается самое важное»
Слегка сбросив болтовней напряжение, я вернулся на перекресток. Один из трупов поделился со мной глухим противогазом, закрывающим всю голову. Далеко не лишнее на территории, куда в любой момент могут подать газ.
Контрольным пунктом было просторное помещение, забитое техникой. Распределительные шкафы, пульты управления с сотнями тускло горящих лампочек, светящиеся эфировизоры, демонстрирующие что-то вроде картинки с очень низким расширением. А еще люди. Нормальные, обычные люди в униформе ученых и солдат Российской армии. Правда, им было очень плохо. Большая часть из стонущих и слабо подёргивающихся тел лежала на полу, а между ними ходили двое едва держащихся на ногах индивидуумов, пытающихся запихать остальным в рот какие-то таблетки. Оценивал я всё это снаружи, через мутные, но вполне прозрачные стекла. Мутными они были из-за невероятной своей толщины.
«Спорим, что эти смертные отходят от контроля твоего покойного друга?», — спросил Эйлакс, явно имея в виду Мура и его «целительские» техники.
«Сейчас зайдем и спросим»
Моё появление вызвало очень слабый ажиотаж. Те двое, что еле держались на ногах, также вяло ворочали языками. Белки глаз что у них, что у лежащих на полу бедолаг, были красными, с полопавшимися сосудами. С наиболее живым, взъерошенным брюнетом, исходящим испариной, удалось кое-как договориться на сделку — сначала я сую оставшемуся десятку бессознательных тел в рот его таблетки, а затем извлекаю вон с того ящика бутылку, которую передаю брюнету, а он за это начинает говорить. Всё это я угадывал с подсказками Эйлакса, парень был малоадекватен и цеплялся лишь за уже выработанную стратегию действий.
В бутылке оказался спирт, мало что не медицинский, но взъерошенный, кашляя и фыркая, пил его, как небесную манну.
— Здесь…, - наконец, с трудом выдавил он из себя, — …еще кто-то был. Мы… нам приказали стоять вдоль стены. Молчать. Стоять и молчать. Не пошевелиться. Только обоссаться или… обосраться. Тогда приказывали идти в клозет. Чиститься. Больше суток нас так…
— Кто здесь был? Вспомнить можешь? — пробубнил я из-под противогаза.
— Немного. Когда отпустило, я об угол ударился. Головой. Кожу сорвало, больно очень… было, — продолжал человек, водя по сторонам расфокусированным взглядом, — Зато в… в себя пришёл. Тут пятеро чужих было… сначала. Точнее, сначала четыре, потом… вроде пять. Гостей. Подожди, я еще глотну…
Сначала сюда спустилось четверо. Трое русских высокопоставленных офицеров из Новгорода с самыми широкими полномочиями, и один молчаливый светлокожий брюнет с орлиным носом (Оливер, видимо, перекрасил лишь кожу). Вместе с ними был доставлен груз в виде высокого узкого ящика, это Ефим Сиргальцев помнил хорошо. Помнил, как лаборанты и высокий аккуратно распаковывали ящик. Внутри оказалось странное вычурное зеркало, что вызвало активное возмущение начальника лаборатории Витенкова. Длилось оно недолго, гости извлекли из кобур оружие, пристрелили двух охранников, а всем остальным приказали встать лицом к стене, а потом…
 
— …помню слабо, — признался взъерошенный, — Те трое куда-то уходили. Надолго. Длинный за нами следил. Дед с белой головой приказывал. Мы слушались. Потом эти трое вернулись, а дед ушел. Длинный всегда был здесь. Молчал. Следил за… экранами. Не помню. Затем, когда отпустило и я упал, он ругался. Не по-русски. Много. Бил по панели. Затем ушел с теми тремя. Всё.
«Итак, суммируя сказанное, с Оливером, которого здесь нет, было трое помощников», — самодовольно изрёк Эйлакс, — «Скорее всего, они отлучались, чтобы подготовить отвлекающее заражение города с помощью вируса бешенства, вероятно с визитом на другой этаж этого комплекса, так как простых волков мы тут не видим. Затем, во время твоего героического штурма, Эмберхарт понял по местным, что Мур мертв, после чего бежал»
«Хорошая версия. Хороший Эйлакс»
«Сдохни уже, Эмберхарт!»
А вот попробую.
— Я тебя понял. Спасибо, — поблагодарил я плывущего русского, переборщившего с бутылкой, — Сидите здесь, никуда не выходите. Снаружи одни трупы. Помощь уже идёт. Я в погоню.
— А! Эээ…, - попробовал меня поймать за рукав парень, — Нам в больничку нужно! Всем!
— Я сообщу о вашем состоянии, как только прибуду наверх, — с чистым сердцем пообещал я, отнимая руку, — Вы здесь единственные выжившие.
«Сообщишь, если будет кому», — язвительно добавил Эйлакс, — «Сомневаюсь, что твоего брата просто пропустили»
Какой он сегодня полезный. Раньше, когда демон больше молчал, но при этом был способен на гораздо большее, чем слова, он нравился мне куда сильнее.
В ожидании по-прежнему активного лифта, который, что не удивительно, был не на этом этаже, я пересчитывал свой боезапас. По два барабана патронов на «пугеры», по три на «атласы», меч за плечом, что пока себя хорошо показал только в посмертном расчленении бывших английских лордов, да нож в рукаве. Откровенно не густо даже для прорыва из комплекса, не говоря уже о городе, в котором вполне может до сих пор бушевать зараза.
Одна надежда — то, что если Оливер вырвался, то он ломанется в воздушный порт, где его ждут леди Мур, с Грейшейдом в своей тени, и моя маленькая Момо. Другой быстрой дороги из Рубцовска нет.
Палец вдавил кнопку первого этажа, и я, нарушая все правила пожарной безопасности о курении в лифтах, поехал навстречу неизвестности.
 Глава 15 
 
Когда я предрекал смерть своим сопровождающим, оставшимся на первом этаже, то вовсе не подразумевал, что она может их посетить от руки брата. Торопящийся Оливер не сдерживался, превратив готовый к бою отряд русских в нечто, прекрасно укладывающееся в картину мясорубки этого лабораторного комплекса. Всё-таки, одержимость Эмберхартов — тот козырь, который нельзя побить, будучи не готовым.
О демоне старшего брата я знал очень мало, практически ничего. Догадывался, что Роберт для первенца не пожалел времени и ресурсов, чтобы заключить особо выгодный контракт, но фактически? Ничего. Сейчас, видя разорванного напополам «бронесолдата», можно было предположить, что демоническая форма первенца Эмберхартов очень быстра и сильна, а еще обладает острыми когтями прекрасной пробивной силы. Вся внешняя часть кабины лифта была во вмятинах от пуль, но затем, когда братец вырвался, русские просто перестали существовать.
Тихий хрип привлёк мое внимание, когда я уже собирался продолжить погоню. Звук издавал Дмитрий Колба, тот самый здоровяк, ради которого Штаров и приволок свой отряд в гостиный дом. У мужика отсутствовала правая рука по плечо и был вспорот живот, но он каким-то образом был еще жив и даже в сознании. Стащив с него обломки железнодорожной брони и труп простого бойца, которому оторвали голову, я взглянул в мутные от боли глаза русского.
 
— Ты… кха… за этим… уродом… явился? — проявил завидную сообразительность на смертном одре амбал.
— Да, — коротко ответил я, поднося пилюлю ко рту Дмитрия с приказом, — Не глотай, сначала разжуй.