Лорд в кандалах (СИ)

На кой нужна такая дорогостоящая и сверхсложная штука человеку, к чьим услугам телеграфный и телефонический аппараты судна 24 часа в сутки?
К сожалению, несмотря на то, что приписанные к «Плачу» специалисты были высокообразованными профессионалами, демонстрации кубика Эйдилла определенно не хватило для завоевания их доверия. С намеком выложив длинноствольный «атлас» на панель телефонического эфирного аппарата, я с досадой набрал нетипично длинный номер. Спустя две минуты хрипов и привычных переливчатых трелей мне ответили, на что я попросил пригласить на связь мессере Фаусто Инганнаморте, магистра первой ступени Первой Армии Инквизиции. Спустя пять минут напряженной тишины ответил один из его заместителей, знавших меня лично, и согласился, что отвлекать самого магистра для решения такой тривиальной задачи как временное отчуждение курьерского дирижабля не имеет смысла. Он взял на себя труд по переговорам с лицами, владеющими «Плачем», а через полчаса я уже поздравлял бледного старпома, а ныне капитана Людвига Вселаско, с новым назначением.
— Надеюсь, у вас нет похожего устройства, мистер Вселаско, — подкинул я кубик в руке, намереваясь покинуть палубу, — Было бы жаль еще раз тратить столько времени и сил. А теперь, будьте добры, курс на Рубцовск.
Стоит признаться себе в крупном везении. Не приди мне в голову мысль залезть на крышу, не получилось бы заметить брата, вполне профессионально оценивающего обстановку из-за угла здания. Не испугайся я, что дохлая черепица вот-вот хрустнет под моей немалой тяжестью, что спровоцирует Кристофера на стрельбу, я бы никогда не подумал десантироваться у него за спиной с одновременной выдачей пинка по братовой заднице. Идея прострелить ему ушибленный орган из «пугера» была на самом деле сырой и жалкой — я видел, что он в состоянии одержимости, поэтому просто опасался, что пинок не нанесет ему достаточно повреждений, а лишь приободрит. Проще говоря, идя по следу среднего Эмберхарта, я был почти уверен, что смогу его убить без особых проблем или победить в схватке, но вот взять живым? Это было за гранью фантастики.
Именно так думал и мой отец, высылая бедолагу-Кристофера на рискованное дельце. Любой дурак будет отчаянно сопротивляться до последнего, зная, что мне нужно, а уж тем более мои братья, кристально уверенные, что пощады не будет. Несмотря на то, что начальную школу жизни мы прошли почти одинаковую, Оливер и Кристофер были обычными гражданскими. Да, они знали, как себя вести, как стрелять, за какой конец держат меч, но боевого опыта у них было мало. Кристофер сдался… и правильно сделал, выиграв в итоге едва ли не больше, чем если бы меня убил. Ну, если верить словам некоего Шебадда Меритта о том, что скоро эфиру на планете крышка.
А в небольшом, но очень военизированном городе Рубцовске должен был обретаться последний брат, Оливер, занимаясь почти тем же делом, что и Кристофер — готовя ловушку. Ну, если так можно назвать миазменную тварь, которую планируется запустить мне через зеркало.
Русские являются не только нацией с большим сердцем, большими территориями и большими пушками. Зубы у них тоже большие, потому как имеют они их на целую кучу различной дряни в виде имеющих с ними общие границы соседей. Огромной империи досаждают все, кроме оседлых мирных финнов и, наверное, молдаван. Все прочие находятся в постоянной готовности подложить русским бяку покрупнее и лишь с одним из своих недоброжелателей они могут разобраться без политических коллизий. А именно с миазменными тварями Сибири, отрыгиваемыми регионом с завидной и омерзительной регулярностью. Ничего удивительного в желании прижать проклятых мутантов я не видел.
Отсюда и родился разрабатываемый в Рубцовске проект, привлекший внимание моих родственников. Ничего особенного. Коварные русские здесь вовсе не угрожали всему миру, пытаясь поработить сибирских тварей, и уж точно не вживляли управляющие интерфейсы какому-нибудь титану класса «пожиратель городов». Второе так вообще было чистой выдумкой желтых газетенок, популярных, кажется, в Италии. На Алтае «просто-напросто» пытались разработать универсальный вирус бешенства для своих дорогих сибирских соседей. Учитывая, что почти любая тварь была смертельна для человека, но ограничена дефицитом свободного хода от любимых загрязненных лесов, идея была прекрасной, но реализовать её пока ученым не удавалось из-за безумного количества мутаций у каждой отдельной особи.
 
Но кое-какие результаты у русских были. Эти результаты мой старший брат и должен был выпустить сквозь зеркало прямо мне в Холд, что, по уверениям Кристофера, имело прекрасные шансы прикончить как меня, так и большую часть населения Камикочи. Отличная идея, что и говорить, я точно не ожидал атаки такого рода. Бомбардировка? Да. Ядовитый газ? Легко. А вот нечто, связанное с миазменными тварями… это был бы сюрприз.
Большую часть дороги до Алтая я об этом не думал, справедливо рассудив, что не обладаю нужным объемом данных. Все придётся узнавать на месте. Вместо этого время было посвящено обдумыванию неожиданного жизненного поворота, сделавшего меня двоеженцем с тремя любовницами (в перспективе). При том, что мне, кроме Рейко, точно никто не был нужен.
Мыслительный процесс занял пару суток, а конечный результат размышлений позволил примириться самим с собой. Мне, по большей степени, было… всё равно. Если отбросить в сторону такую переоцененную в нашей среде глупость, как супружескую верность, как сделала это Рейко, то выигрывали все. Я получал много потомков и куда более надежный тыл для их воспитания, породнившись с Коулами. Женщины этого рода мало того, что выдохнули свободно, получив некие гарантии моих слов, так еще и будут бесценными и верными помощниками в воспитании. Миранда скорее счастлива, чем нет, хоть это теперь и налагает на меня удвоенные усилия по исполнению супружеского долга.
Чуть иным был вопрос с близняшками-блондинками. Я жутко удивился, когда фертильный декокт в их отношении сработал также, как и с Мирандой, но мои эмоции даже близко не стояли рядом с тем фонтаном, на который внезапно расщедрились молчаливые горничные. Они буквально начали оживать и преображаться, по словам Рейко становясь всё более человечными день ото дня. Странная метаморфоза, но ничего тревожащего, в отличие от навязчивого желания моей дорогой главной супруги присовокупить к этому паноптикуму не менее беременную Праудмур. Впрочем, на последнее я уже дал своё опрометчивое согласие, лелея лишь надежду, что миниатюрная инквизиторша зарядит мне по лицу в гордом отказе. Если допрыгнет.
Мда, с людьми куда проще, если ты можешь просто выкинуть их с высоты в два с половиной километра. Не то, чтобы я хотел все свои вопросы решать так, как с покойным капитаном, решившим поклевать с нескольких кормушек, но распыляться мыслями по нескольким направлениям в моем положении — категорически контрпродуктивно. Так что всю эту матримониальную ерунду я оставлю на ту, у кого много свободного времени и желания делиться мужем (кстати, не в первый раз!), а сам займусь важными делами.
Например, охотой на брата.
Заявиться в Рубцовск собственной персоной я не мог и не собирался, понятия не имея, как давно тут окопался Оливер и какими силами поддержки обладает. Этот вопрос решался маскировкой с помощью косметических средств, переданных мне Рейко через зеркало. Вместе с чемоданом накладных ресниц, париков, пудры, тональных кремов и закрепителей, что жена забрала из Камикочи, мне была прямо в руки запихана некая сонная и растерянно оглядывающаяся дева японского происхождения, откликающаяся на имя Момо Гэндзи. Всучив мне мою же телохранительницу, Рейко сделала задумчивый вид, а затем высказалась, что мол, не против будет, если и та присоединится к растущей семье. На это я уже обозлился сверх всякой меры, рявкнув так, что сероволосая сводница поспешно сбежала сквозь зеркальную поверхность.
 
Но, идея, посетившая Рейко, была хороша. В том плане, естественно, что поддержка в виде невинно выглядящей убийцы, которую совсем несложно замаскировать под беглую китаянку-прислужницу, сейчас будет далеко не лишней.