Сон в летнюю ночь (СИ)

— Десятки людей ворвались через ворота. У них в руках оружие и они вступили в схватку с нашими воинами.
— А где Кабор? — спросила я, уже бросившись за ширму для переодевания.
— Он руководит обороной этого здания. Кругом суматоха и неразбериха. Не понятно кто сюда прорвался: то ли разбойники, то ли сами жители. Лагерь за стенами горит, его подожгли, людей убивают. Ничего не понятно, — торопливо говорил Гавр, стоя у окна и выглядывая наружу, — Вам необходимо спрятаться. Вот Ник выведет по потайному ходу за стены замка, а там нас ждет отряд воинов, специально выделенный комендантом.
— Так что же случилось? — вышла я из-за ширмы, поправляя свой мужской костюм для верховой езды и прилаживая к поясу ножны со шпагой.
— Как сказал управляющий Гонир, к вам пробивались толпы как снаружи, так и внутри, с требованием информации о настоящем положении в империи и их охране на местах. Он увещевал их подождать до утра, пока вы отдыхаете с дороги и что вы их обязательно примете и все расскажите. Но нашлись какие-то возмутители спокойствия и настроили всех требовать вашего присутствия тотчас же. Народ легко взбаламутить, но трудно успокоить.
Тут я вспомнила и свой мир, когда пришла перестройка, а за ней и переворот. Тогда тоже собирались по площадям и улицам, возникали и стихийные митинги, кроме специально проводимых. Даже идти мимо было опасно, так как возбужденная орава могла взяться за «оружие пролетариата» — камни и арматуру. Тогда многие погибли, а не несколько человек, как писала потом пресса. Сколько было крови и убитых, знали только свидетели происходившего хаоса. Безвластие — самое опасное время в государстве. И пока всё восстановится, будут и убитые и разброд с шатанием, а с ними и смута в головах простого люда.
— «Не дай Бог увидеть русский бунт», — вспомнились слова Екатерины Второй, после Пугачева.
И тут тоже было похоже на местный беспорядок и даже скорее мятеж, если нашлись зачинщики безумства.
Скоро двинулись все вместе к тайному ходу и покинули замок на лошадях, в окружении нескольких солдат во главе с тем же молодым Контиком. Отъехав на небольшое расстояние от замка, спрятавшись за кустами, я уже могла разглядеть картину осады. Действительно, лагерь горел, слышались крики и визги, дым и запах чувствовался даже на таком расстоянии. Воины на стенах пытались отогнать толпу за воротами, которые били в них длинным толстым бревном, разбегаясь и вновь толкая его в тяжелые двери. Слышался даже стук и треск, но окованные железом крепкие створки не поддавались и кроме того из явно злобной настроенной группы уже выбивались стрелками отдельные особи. Раненные и убитые загораживали вход, и все трудней был подход к воротам. Вскоре прорыв угас сам собой и отхлынувшая толпа начала рассасываться по территории, занявшись грабежом местных проживальщиков. Тут же открылись створки ворот, и из замка показался большой отряд вооруженных солдат под командованием самого Кабора. Воины вступили в схватку с грабителями и быстро навели порядок, кого уничтожив, кого забрав в плен, а кто и сам умчался на лошадях. Но тех догоняли и рубили с плеча. Вскоре я увидела, как кто-то поднял белый стяг, как и положено при сдаче и ситуация начала выправляться. Проблема решалась на глазах: успокаивался народ, уже не слышались отчаянные крики и начали уборку и восстановление утраченного и разбитого. Мужчины собирали раненых и убитых, женщины искали своих детей и родных.
Мы тоже решились вернуться в замок, так как убедились, что возникший мятеж был подавлен, и люди успокоились. Пройдя тем же тайным ходом, я вновь прошла в свои апартаменты. Там уже хозяйничала Серина. Она заплакала, увидев меня, и я принялась ее успокаивать.
— Прости, что не смогла предупредить тебя, — гладила ее по руке, — меня внезапно вырвали из постели. Я даже сообразить не успела. Но всё закончилось.
Она кивала, вытирая глаза краем фартука.
— Всё же, как она любит свою Галану, — вдруг позавидовала я, поглядывая на бледное лицо пожилой женщины, которая всё это время переживала, не зная, где её названная дочь.
 
Пришел Гавр и позвал меня в кабинет на совет. Там я встретила всех: Кабора, Сурита и Гонира, а также представителей от баронов, местных купцов и ремесленников с арендаторами. Все встали при моем появлении и склонились в поклоне. Я села за стол и показала всем присесть.
— Я слушаю вас и прошу по очереди и кратко, — сказала я и вгляделась в лица подданных, пытаясь понять, что они хотят и как мне действовать. Выслушав все их вопросы и претензии, сделала вывод, что они ждут от меня защиты и восстановление утраченного. И то и другое я обещала им устроить, и попросила успокоить своих домашних и слуг и разойтись по своим местам, то есть вернуться в свои земли.
— Поймите, — увещевала я их, — нельзя покидать свои дома без стОящей опасности. А её и не было, только слухи. Они-то и спровоцировали вас на странные действия и как результат на организацию разбойничьих ватаг местного разлива. Власть ушла вместе с вами, и ваши дома остались без хозяев. А это и стало возможностью грабежа и насилия. Теперь возвращайтесь и наведите у себя порядок и прекратите панику. В столице организован Совет по выбору главы государства. Думаю, что скоро мы узнаем его имя, и всё восстановится в прежнем течении. А сейчас прошу успокоиться и заняться своими делами.
Они разошлись удовлетворенные и моим спокойствием и словами. В течение всего дня подводы со скарбом и людьми покидали замок и таже оставляли свои места за стенами все остальные. Обозы растянулись по всей дороге вплоть до самого леса и вскоре все ушли, оставив после себя грязь, разор и мертвых. Собрав бригаду слуг, повелела очистить площадь замка и территорию, прилегавшую к нему. Трупы похоронили, землю обработали и удалили остатки пожарища.
Выглянув со стены, я была удовлетворена порядком, который навели и, наконец, смогла спокойно поговорить со своими слугами, разъяснив тем, что всё восстановлено, и они, как обычно, могут заняться своими прямыми обязанностями. Ведь их можно было понять, когда они остались один на один с толпой испуганных взбаламученных людей, ищущих защиты и опоры за стенами замка. Они сбились с ног, ухаживая за ними, исполняя их желания и приказы. Тем более что заступиться за них было некому, да и некогда ни управляющему, ни коменданту. Всё пустили на самотек, и тем самым создавая ещё больший хаос. Теперь же они смогли успокоиться и работать в прежнем режиме.
— Хозяйка дома, наконец, приехала, — передавали они из уст в уста, и тем самым утешаясь и расслабляясь.
Всё входило в обычную колею.
  
Глава 21
 
Не успели мы успокоиться, как под стенами замка рано утром показался отряд с каретой, на дверцах которой были имперские вензеля. Сильный стук в ворота и крик:
— Именем короля, открывайте!
Кабор, выбрался за ворота и прочитал кристалл, переданный ему главой отряда. Кивнув, приказал страже открывать, и кавалькада въехала на площадку перед зданием. Конные спустились на землю и бросили удила в руки подбежавшим слугам. Кабор приказал отвести прибывших воинов в казарму, а главу и старшего офицера пригласил пройти в дом.
За мной забежал слуга и сообщил, что меня ждут внизу в общей гостиной. Приведя себя в порядок, и еще раз оглядев в зеркало, я спустилась вместе с Гавром в комнату, где обычно принимала всех посетителей. Сейчас увидела там двух уставших мужчин среднего возраста. Они были в запыленной одежде и взволнованы. Это читалось в их лицах и осанке. Как только я вошла, они тут же низко склонились в поклоне.
— Ваше высочество, — начал один из них, тот который был в гражданском платье, — Я граф Дарринг, представитель от Временного совета империи должен передать Вам послание из рук в руки. После его ознакомления, прошу ответить без задержек, так как время — деньги, как говорится.
И он, улыбнувшись, еще раз поклонился, передавая кристалл. Я приняла его и прокатила между ладонями, слегка нагревая. И тут же передо мной раскрылся экран и слова, которые заставили меня ахнуть от удивления, и не поверить своим глазам. Я держала приглашение…на трон? Меня выбрали кандидатом?