Игрушка для дракона (СИ)

— Поздно — вздыхаю я — Уже хозяйское мясо съел. Выкручусь, как-нибудь. Да и деньги нужны. Ты мне скажи, он что, в трактире будет наезжать?
— Наезжать? — не поняла девушка — А! Ясно. Нет. Выйдешь по нужде, или к своим пойдешь, вот он тебя и прихватит. Хозяин запрещает драться в трактире, тут же башку набьют. Поберегись, красавчик…давай, я оплачу мясо, чтобы не должен был, и пойдешь к своим. А потом…найдешь меня после закрытия. Мое имя Лили. Споешь мне…ну и…поболтаем о жизни.
— Нет, Лили…деньги нужны — улыбаюсь я — А насчет найти тебя…всегда готов! Ох, как готов! Просто аж не терпится тебя…найти! Так бы тебе поиграл, что всю жизнь вспоминать будешь!
— Все вы так говорите — грустно вздохнула девушка — А потом рассказывает, что устал, что день выдался тяжелый, и вообще…ладно, делай что решил. Только потом не жалуйся!
Лили отошла от столика, а я отхлебнул из кружки и усмехнулся: «Меня царицей соблазняли, а я не поддался!». Интересно, сам музыкант ее заслал, или по собственной инициативе подошла? Скорее всего первое, хотя могу и ошибаться. Пугнуть меня решил парень. Ну что же…посмотрим, что у него получится. Я не шаман, но в бубен постучать могу.
  
Глава 14
 
Играл он хреново, без всякого сомнения. Пел еще хуже. Даже не пел, а бормотал какую-то хрень нараспев, без рифмы и пауз. Но деньги ему все равно кидали. То ли привыкли, то ли просто как нищему (альпийское нищенство, святое дело!). Кстати, таким уж огромным он и не был, как запугивала меня официантка. Ну…рослый, да, плечистый, но не более того. Чтобы нечто звероподобное — такого нет.
Я вообще-то драться на люблю, хотя приходилось не раз, и не два. Когда ты играешь в ресторане, а также на свадьбах и поминках, то обязательно сталкиваешься с пьяными людьми, а пьяный человек всегда немного идиот. И даже много идиот. Начинают докапываться, нести какую-то хрень вроде: «Я тебе плачу, ты обслуга, лабух сраный, делай, что я тебе сказал!» — и тогда уже в ход идут твердые тупые предметы — и не только голова. Руками бить нельзя — распухнут, а то еще и палец сломаешь, и тогда — полный аллес капут. Музыкант без пальцев все равно как слепой художник. Я обычно старался бить подручными предметами — стульями, бутылками, а то и кирпичом. Получалось вполне недурно — кунг-фу отдыхает.
В общем, здешний музыкант меня не напугал. Потому, когда он отправился смочить глотку, я с чистой совестью и спокойно отправился на возвышение, которое можно было бы называть и подиумом, и сценой. Под стук ложек и гул голосов достал свою гитару, и начал играть.
Сыграл обе песни, которые спел хозяину трактира, еще несколько баллад, даже «Естедей», и ту сыграл. Просто так, ради удовольствия. Люблю я эту песню, мелодию моей юности.
Играл часа два, чувствуя, как зал буквально впитывает мою музыку и откликается всей душой. Простые люди, не избалованные исполнителями. 
Впрочем, что значит «чувствовал»? Мне деньги, кидали, и хорошо кидали! Медь, серебро — сыпались благодатным дождем! Я не собирал — заканчивал одну песню, начинал другую, а монеты подбирала и складывала в кошель одна из официанток, то ли по своему желанию, то ли хозяин трактира ей подсказал — он все это время сидел у двери в свой кабинет и слушал меня, время от времени довольно кивая головой.
В трактир набилось столько народа, что не хватало мест — люди стояли у выхода, у стен, между столами, подавальщицы сновали, разнося напитки и закуски — люди ели прямо стоя, с чашек, захватывая содержимое щепотью.
Когда закончил играть, кошель, который заранее приготовил, попросив его у охранника каравана, наполнился практически доверху, сделавшись увесистым, как приличная гирька. Уходя, не глядя, на ощупь, цапнул из кошеля пару монет и сунул их официантке, заведовавшей моими финансами. Может и не следовало давать,она пару-тройку монет сунула себе в лиф (видел, да), но пусть уж порадуется. Что деньги? Пыль! Еще заработаю. А девчонке может они нужнее, чем мне.
— Остаться не хочешь? — спросил меня трактирщик, перехватив у самого выход.
 
— Нет, извини — пожал я плечами — В столицу нужно.
— Домой? — понимающе усмехнулся он — Жаль. А то…здесь всегда есть слушатели, и платят хорошо. Даже моему придурку, которого с тобой и сравнивать нельзя. Тут место хорошее, перекресток трактов, всегда полно народа. Ты бы скоро дом построил, жену нашел…вон какие у нас девчонки красивые! Жил бы в свое удовольствие! Не жену, так…смотри, как на тебя девки смотрят, так бы и сожрали. Красавчик, музыкант! Я бы к своей дочери тебя точно не подпустил. Хорошо, что у меня нет дочери…хе хе… Ладно, шагай, парень, удачи тебе. Понимаю, что не нашего полета ты птица.
А на улице уже темно. Похоже, что не два часа я играл, а дольше, гораздо дольше. Стало прохладнее, с гор потянул свежий ветерок, принесший запах дыма и конского пота. Я не знал, где буду спать — в каком из фургонов, наверное, в том, в котором ехал, на мешках то ли со шкурами, то ли кожами. Воняло от них совершенно отвратно — чем-то химическим, видимо средствами обработки, но мне по большому счету пофиг. Главное, что от дождя прикрыт, да не на сырой земле сижу.
Вокруг — ни души, только у входа в трактир стоит группа то ли возчиков, то ли охранников, и пьяными голосами что-то бурно обсуждают. Потом один запел песню, и я с удивлением узнал «Балладу о наемниках». Вот так и уходит в народ песня, и никто не узнает, кто ее запустил.
Подумал немного, и решил пойти искупаться. Весь день в пылИ, в потУ, да и в трактире было жарко от толпы людей, от жара с кухни. Гигиену, однако, надо соблюдать, даже если людские болезни меня теперь не берут. 
Впрочем, это лишь предположение — что не берут болезни. На деле я еще не попробовал. И надеюсь — пробовать не придется. Может тут и нет никакой чумы, или там проказы с сифилисом?
Купаться, конечно же, выше по течению реки — ну не в помоях же плескаться? Кстати, хотел я сказать трактирщику по этому поводу, но передумал. Скорее всего, меня даже не поймут. И вообще — какое мое дело? Мир не мой, земля не моя… да, я пока что не чувствую себя аборигеном этого мира. Мне все время кажется, что я…в мультике, что ли. Или это мне снится. Может и в самом деле лежу где-нибудь в больничке, в коме после попадания пули в голову, и нормально так галлюцинирую. Ну а что? Объяснение ничуть не хуже других.
Осматриваюсь…тихо вокруг. Никого.Светит луна, почти такая же, как земная, только размером побольше — вон как все освещает, будто прожектор. А может мне только кажется, что она больше земной. Просто воздух чистый, вот и свет яркий. 
Вижу тропинку, идущую вдоль берега, туда мне и дорога. Иду, наслаждаюсь ароматами ночи — что-то цветет, наподобие ночной фиалки. Запах свежий и сладкий. Когда приезжал к бабушке в деревню, всегда наслаждался запахом цветов — бабушка целую грядку высаживала под окном, так что в моей комнате всегда пахло фиалками. Хорошо!
Удара я не почувствовал. Обычно в книжках пишут что-то вроде: «мелькнула тень, и…» — никакой тени не мелькнуло. Вот сейчас я иду, и…уже не иду. Хоп! И занавес. Вероятно так бывает, когда пуля попадает в голову. 
Хмм…что значит — «вероятно»? Уж я-то это знаю наверняка. Смешно…некогда смотрел хороший сериал «Клан Сопрано», так вот закончился он странно — народ ничего не понял. Сидит главный герой в кафе со своей семьей, обедает, и вдруг…опа! Черный экран. Никто из зрителей так ничего и не понял. И только через время я узнал, что такова креативная задумка авторов сериала — показали, что происходит, когда человеку выбивают мозги. Бам! И «черный экран». Интересно, откуда они все это узнали? Попаданцы? Испытали на себе?
Очнулся я на земле. Голова болела, бока болели, все тело болело так, будто его долго и сильно били. И голоса:
— Зачем ты так?! Я же тебя просила не трогать его! Забрали бы деньги, и пусть идет! Такой красивый парнишка! Скотина ты, Перас!
— Пошла ты на…! Что, влюбилась в этого красавчика?! Я тебе уже не по нраву?! Ладно…давно я тебе жопу не рвал, сегодня накажу.