Точку поставит сталь (СИ)
— Увы, это случайный фактор. Благодари отца, сисадда? Но кое-кто обязательно попытается обратить его себе на пользу.
Ч’айя всё же услышала, вздрогнула и проснулась. Умиротворение, пусть и мимолётно подаренное мной девчонке, смело, будто горстью холодной воды в лицо. Она села, подтянула одеяло до подбородка.
— Что происходит⁈ — пробормотала девушка, пока я продирался сквозь мицелиумные помехи и блохой скакал с одной прокламаторской станции на другую.
Отсекая одну из основных магистралей гнезда в западные районы, на дорогу и опоры силового коридора уронили ветростат. Хвост трансляции показал внушительный взрыв переполненных батарей, в ближайших кварталах началась паника. Кто-то утверждал, что это дело «Вёртких прыгунов», но бо́льшая часть свидетелей клялась, что это работа «Детей заполночи».
— Святая корова… — прошептал я.
Ч’айя дотянулась до настенной консоли и включила главную панель. Уставилась на экран, прокрутила пару станций, и на лбу её снова проступила глубокая завитушка.
— Это война? — прямо спросила она.
— Нет.
— Да.
Первое сухо выплюнул Диктатион через общие динамики комнаты. Второе — я, столь же негромко, но куда более зло. Девчонка среагировала мгновенно:
— Где находится Корень?
п.5.; г.2; ч.2
— Чего? — переспросил я, наконец отрываясь от гаппи.
И только через пару секунд осознал, что имелось в виду.
Да, «вторую дверь» действительно «открыли дуновением». И мицелиумный казоку-шин Песчаного Карпа тоже штурмом взяли. Но за прошедшие сорок с лишним часов я так и не удосужился уточнить, какие именно координаты удалось выудить после удачной атаки Зикро…
Фер вис Кри забрал управление консолью, поток прокламаторских станций сдвинулся в угол, а почти весь основной экран заняла карта Юдайна-Сити, огромного, разлапистого, весьма жуткого, если задуматься. Схема масштабировалась, позволяя заметить местоположения маячка Пузырей, а затем стремительно уменьшилась — в пустыне к северо-западу от гнезда вспыхнула новая точка.
Я нахмурился, пытаясь угадать расстояние. Если всё складывалось верно, речь шла о четырёх-пяти днях пешего пути. Стиб-Уиирта дошли бы за три. А мы? Сказать было сложно.
Ч’айя успела выкрутиться из-под одеяла (я всё равно умудрился бросить взгляд на крепкие ягодицы), накинуть и запахнуть халат, вместе с ним вновь примерив холодную сосредоточенность и готовность вернуться в строй. Застыв перед картой, она изучала её, чуть заметно шевеля губами. Уточнила, не дав голосу дрогнуть:
— Мы всё ещё способны спланировать экспедицию за пределы Юдайна-Сити?
— Вероятно.
Диктатион казался столь же безмятежным, хотя сейчас бы лучше применил поддельные эмоции, тогда я бы хоть понимал, чего ждать. Впрочем, оно и так становилось видно…
— Если мои подсчёты верны, прямо сейчас нам попытаются в этом помешать. Стратегия прямого удара на Пузыри не принесла плодов, и есть все основания полагать, что господин Шири-Кегарета перешёл к резервному плану — начал разжигать топку полномасштабного хаоса. Это не только даст ему рычаги для блокады западных районов, но и поможет максимально ослабить ваших союзников, чтобы вынудить обоих сдаться.
Новостные станции невольно приковывали взгляды: неподалёку от закусочной Щупа тетроны вступили в массовую поножовщину с местной казоку. Причём не с «Детьми заполночи» или «Вёрткими», а с откровенной швалью, опьянённой нарастающим запахом крови. А ещё от нас обоих не укрылось, что «мицуха» барахлит всё отчётливее, и я уже начинал подозревать, что это откровенно неспроста…
— Значит, он всё же разбил тарелку⁈
Сначала я снова не уловил, о чём именно спрашивает Ч’айя; отлепил взгляд от угла экрана, и выяснил, что параллельно та открыла на вспомогательном дисплее нашей уютной норки коллаж из целой дюжины дополнительных прокламаторских станций.
Как и предполагалось, теперь мицелистом (несмотря на сбои связи) становился любой не совсем трусливый чу-ха у окна на высотном этаже и с «болтушкой» на лапе. На большинстве записей был виден — с разных ракурсов, но повсеместно в режиме реального времени, — перекрёсток на юго-востоке Бонжура. И там тоже шёл бой, причём уже не на ножах. В комментариях, которыми пестрили станции, сообщалось, что на «сухие кольца» «Детей заполночи» внезапно обрушились многочисленные казоку-йодда «Уроборос-гуми».
Я беззвучно выругался. Меня так и подмывало задать наиглупейший вопрос, приходящий на ум любому свидетелю жутких событий:
— Всё это происходит прямо сейчас? Сию минуту, пока мы тут спим, суём под хвост и бегаем на тренажёрах?
Но я благоразумно смолчал.
Да, всё это происходило прямо сейчас.
Сука! Пока я отсыпался, Шири-Кегарета делал ответный ход⁈ Забрасывал Когтей «Уроборос-гуми» пакетами приказов во время редкого перехвата стержневого присутствия? Или всё рассчитал заранее, ещё до похищения ценных координат?
О, пусть расколется земная твердь и изольётся потоками жидкого огня в нору того зловредного демона, что далёким и тоскливым утром заставил Ланса Скичиру согласиться на разговор с Подверни Штанину! Не сделай я этого, многие славные чу-ха не скрутили бы…
— Хватит, — негромко распорядился Диктатион.
Наши болтушки отрубились одновременно со всеми дисплеями комнаты.
— Эй⁉
— Я принял решение ограничить массив поступающей информации. Сейчас это может помешать, изменить эмоциональный фон и заставить принимать опрометчивые решения.
— Я должен знать, что происходит!
— Ты и так это знаешь, Ланс. Не без влияния Абзу тетроны готовятся к началу операцию по умиротворению и приведению к доброжелательности. Мобилизованы силы ракшак центральных округов гнезда. Крупная группировка бронетехники на пути в Ишель-фав и окраины Колберга; мои Когти сейчас ведут переговоры о недопустимости таких действий. Также я фиксирую подготовку к точечной инфильтрации в Бонжур отрядов кубба…
— Специальные силы?
— Верно, Ч’айя. Кроме этого, собранные данные позволяют установить, что к операции подключаются мобильные соединения «Голубого Лотоса». Именно они отвечают за наращивание сил в Ишель-фаве.
Мне очень-очень-очень захотелось выпить, но я держался. Облизал сухие губы.
— И «Уроборос-гуми»?
— Верно. Официально они будут действовать независимо от вооружённых сил Смиренных Прислужников. Но анализ картины позволяет установить, что всё это — часть скоординированных действий. Ланс, предупреждаю, ты не должен давать волю эмоциям. Но обязан знать, что ещё через сорок часов власть «Детей заполночи» будет низвергнута, а сама казоку с вероятностью 89% поглотится кланом Абзу…
— Верни мне «мицуху»!
— Не имею права.
— Сука!
— У меня нет гендера, Ланс…
— Хватит скалить зубы, будто торговки с Базара Бедняков! — Окрик Ч’айи вышел одновременно мягким и настолько повелительным, что я мигом захлопнул пасть. Не отрывая взгляда от прокламаторских полотнищ, девушка уточнила, уже чуть тише: — У нас всё ещё сохраняется возможность покинуть Колберг и гнездо вообще? Прямо сейчас, сей же миг выдвинуться в сторону Корня?
— Сохраняется. Но количество корректирующих факторов увеличивается с каждой секундой. Лично я предлагаю выждать. Не менее ста часов. При любом исходе событий за этот период ни ракшак, ни «Лотос», ни «Уроборос-гуми» не пойдут на открытое противостояние с «Диктатом Колберга» и лично Хадекином фер вис Кри. Когда ситуация будет урегулирована, мы вернёмся к исполнению плана…
А затем Ч’айя вновь показала себя во всей красе. И не влюбись я в неё многим раньше, это обязательно случилось бы сейчас…
— Как бы не так! — отрезала она. Смежила ладони, будто для молитвы, и поднесла пальцы к губам. — Выжидать мы не станем. Более того, сейчас наступает самое время воспользоваться упомянутым хаосом и начать финальный этап. «Диктат Колберга» и его подчинённые кланы обязаны ввязаться в войну. Прямо сейчас. На стороне казоку Ланса, разумеется.