Переплет 13 (ЛП)

Прерывисто выдохнув, я кивнула. — Спасибо.
Он долго смотрел на меня, прежде чем смиренно покачать головой. — Я скоро вернусь, хорошо?
Кивнув, я смотрела, как он выходит из комнаты, подождала, пока он уйдет, прежде чем упасть на кровать.
— Боже, — воскликнула я, яростно смахивая предательские слезы. — Возьми себя в руки, Шэннон.
Даже не думай о том, чтобы что-то ему рассказывать.
Его отец — адвокат.
Ты же знаешь, какие они.
Они будут вовлечены, и вас всех разделят и отдадут под опеку.
Как Даррен…
Собака Джонни придвинулась ближе ко мне, отвлекая меня от моего срыва, и положила голову мне на бедро.
— Привет, — всхлипнула я, опуская руку на ее голову.
Сьюки ткнулась мордочкой в мою руку и лизнула мои пальцы.
Ее привязанность только заставила меня чувствовать себя хуже.
Я этого не заслужила.
Я только что солгала её хозяину.
— Хотела бы я, чтобы у меня была собака, — прошептала я ей, сосредоточив все свое внимание на ней, отчаянно пытаясь блокировать свои мысли. — Такая же, как ты, — сказала я ей, когда поднял ноги на кровать и повернулся к ней лицом. — Если я когда — нибудь заведу собаку, то это будет собака, похожая на тебя, потому что ты такая красивая. Да, это так.
Она вознаградила мое внимание, забравшись ко мне на колени — или, по крайней мере, попыталась.
Она была взрослым лабрадором, и я, вероятно, весила меньше, чем она.
— Чего ты хочешь? — Прошептала я, почесывая ее шею обеими руками. — А? — Щекоча ее уши. — Ты хочешь, чтобы я тебя погладила?
Она виляла хвостом как сумасшедшая и осыпала меня мокрыми собачьими поцелуями по всему лицу.
Это было приятное развлечение, и я подавила смех от ее энтузиазма.
— Какая хорошая девочка, — ворковала я, увлекаясь с ней игривой борьбой. — Это верно. Ты лучшая девочка. Так и есть.
Ободренная моим ответом, Сьюки взобралась на меня, навалившись всем своим весом мне на грудь и заставив меня плюхнуться обратно на подушки.
— Что? — Я хихикала сквозь слезы, когда трепала ее за ушами. — Я тебе нравлюсь?
Она застонала глубоко в горле, ее одобрение было очевидным, когда она растянулась на мне и уткнулась в мое лицо своим мокрым носом.
— Спасибо, — похвалила я, когда она хлопнула лапой по моему плечу. — Ты такая воспитанная девочка, что даешь мне лапу.
— Твоя форма все еще влажная, но я все равно поднял ее …
Пораженная голосом Джонни, я попыталась сесть, но не смогла, потому что Сьюки все еще была в режиме игры в полную силу.
— Сьюки, ложись, — приказал Джонни напряженным тоном, не сводя с меня глаз.
Послушная, Сьюки немедленно слезла с меня и неуклюже спрыгнула с кровати, ее лапы скользили по деревянному полу.
— Вон, — скомандовал Джонни, держа дверь открытой, все еще наблюдая за мной.
Сьюки вышла из комнаты, и он быстро закрыл дверь с грозным выражением лица.
Бог…
— Прости, — прохрипела я, приподнимаясь на локтях. — Я просто, эм, играла с твоей собакой.
— Не извиняйся, — ответил Джонни напряженным голосом, подходя к кровати, бросил мою форму и опустился на край.
Держась ко мне спиной, Джонни наклонился вперед, его мышцы напряглись под золотистой кожей, положил локти на бедра и сделал несколько успокаивающих вдохов.
И затем он сделал то, из-за чего, я знала, я потеряю бессчетное количество лет сна: он повернулся ко мне лицом, схватил обе стороны моего полотенца и сдвинул их вместе.
Чтобы прикрыть меня, я поняла.
Потому что я, очевидно, не удержала полотенце.
Потому что давайте посмотрим правде в глаза, это была именно та удача, которая мне выпала.
— Мне так жаль, — выдавила я, подавленная.
— Все в порядке, — сказал он мне хриплым голосом.
— Я … ты видел…
Он кивнул.
О боже!
— Мне так жаль.
— Перестань извиняться, — ответил он напряженным голосом. — Здесь не за что извиняться.
— Мне жаль, что тебе пришлось увидеть, — выдавила я.
Джонни покачал головой и снова повернулся ко мне спиной.
— Не извиняйся передо мной за то, что я тебя увидел, — простонал он, уронив голову на руки. — Черт!
 
В этот момент мое сердце так сильно билось в груди, что я обнаружила, что дышу быстрее, выдыхая короткими, тяжелыми вдохами.
Что я должна была делать?
Бежать?
Уйти?
Прятаться?
Броситься на него?
Я не знала.
Я понятия не имела, что делать.
Я знала только, что мое тело приросло к его матрасу, а глаза были прикованы к его мускулистой спине.
— Сейчас я отвезу тебя домой, — наконец тихо заявил Джонни, все еще держа голову в руках.
— Да, хорошо, — прошептала я, когда звук моего пульса стучал в ушах.
— Это то, что я собираюсь сделать, — добавил он, хотя я не был уверен, обращался он ко мне или к себе. — Я отвезу тебя домой, — повторил он, но не сделал попытки встать.
Прошло несколько секунд, в течение которых он оставался совершенно неподвижным.
Не в силах выносить напряжение, нарастающее в его спальне, я протянула руку и коснулась его лопатки. — Джонни?
Небольшая дрожь прокатилась по его огромному телу.
И затем он повернулся ко мне лицом.
— Я не могу быть с тобой наедине вот так, — прошептал он, глядя мне в глаза. — Я… — Он прерывисто выдохнул. — Не здесь… не тогда, когда ты так выглядишь.
Его глаза были горячими и полными неуверенности и дико блуждали по моему телу.
Его грудь поднималась и опускалась в быстром темпе, отражая мою собственную.
Я посмотрела ему в глаза, чувствуя, как мое сердце сжимается так сильно, что трудно дышать.
Одним взглядом я почувствовала, что столкнулась с ним.
Это было мгновенно и шокирующе.
Я отчаянно нуждалась в нем.
Весь он.
Каждая деталь и часть.
Бушующие гормоны, подстегнутые моими измотанными эмоциями, прямо тогда взяли верх над моим здравым смыслом, заставив меня сделать что-то совершенно нехарактерное.
Прерывисто дыша, я протянула руку, схватил Джонни за шею и притянул его лицо к своему.
А потом я поцеловала его.
Я понятия не имела, что делать дальше, моя храбрость покинула меня в трудную минуту, когда я опустилась на колени на его кровать и взяла его лицо в свои руки.
Глаза Джонни были широко открыты и смотрели на меня, явно ошеломленные, когда я прижалась губами к его губам.
Но он не целовал меня в ответ.
На самом деле, я была почти уверена, что он не дышал.
Мои действия превратили его в камень в моих руках.
Мои глаза были широко раскрыты и выпучены, когда я прервала поцелуй и в ужасе уставилась на него.
— Мне так жаль, — выпалила я, оскорбленная.
— Все в порядке, — сказал он мне, тяжело дыша.
— Нет. — Я яростно покачал головой. — Нет, это не нормально.
— Шэннон, все в порядке…
— Боже мой! Что я сделала?
— Шэннон, — уговаривал Джонни, теперь более твердым тоном. — Остановись. Все в порядке …
— Это не нормально, — выдавила я, слезая с кровати и отступая, задев при этом его комод. — Я просто — о боже!
Отшатнувшись назад, я покачала головой и протянул руку, чтобы предупредить его, когда он сделал шаг ко мне. — Мне действительно жаль, — Шэннон, все в порядке, — сказал Джонни, подняв руки вверх. — Просто перестань ходить вокруг да около на секунду и поговори со мной, ладно?
Я не переставала двигаться.
И я не остановилась, чтобы поговорить.
Потому что я не могла.
Я была в режиме полной паники, и на этот раз мой инстинкт бегства сработал.
— Мне нужно идти, — объявила я, униженная.
— Нет, ты не понимаешь, — спокойно ответил он. — Мы можем поговорить об этом.
— Нет! — Покачав головой, я проскользнула мимо Джонни и схватила свою одежду с кровати. — Мне нужно уйти, — добавила я, прежде чем убежать в ванную и запереться внутри.
— Шэннон, давай, — позвал Джонни, постучав в дверь. — Открой дверь.