Остров Дохлого дракона. Часть вторая (СИ)

–Про магию, что ли? – скривился гном.
–Да, я сказал, что с помощью магии клад обнаружить нельзя.
–Нельзя, – как эхо отозвался шкипер.
– Но это простой клад, с золотом или серебром. А если там магический талисман, то Хулкур своим внутренним зрением его сразу заметит, – опять поднял руку колдун. 
А Ивашка поднял обе и подпрыгнул и заорал во всё горло, на весь остров, на весь мир.
–Эврика! Нашли!
Ну, это в сказках всё быстро делается, а в жизни всегда препятствия возникают. Вот и в этот раз. Только Ивашка рассказал всем о том, что клад теперь будет искать Хулкур с помощью магии, как погода резко изменилась. Словно сама природа встала на пути к сокровищам «Острова Дохлого Дракона». Налетел шквал. Притащил с собой кучу чёрных дождевых туч, и разразилась тропическая летняя гроза. Не хуже той, что чуть не пришибла Ивашку с Толстуном на острове «железного тролля». Хорошо, если на острове остался хоть один пятачок земли больше чем метр на метр, в который не попала молния. Ветер сразу же сорвал все палатки и унёс их в облака, лишь одна зацепилась за дерево, и её удалось стащить вниз под завывание бури и удары грома. В неё с трудом и завернулись кладоискатели. Правда, все уже были настолько мокрыми, что не стоило и скрываться от дождя – мокрее не станешь.
–А если молния в нас ударит? – высказал общее опасение Дюшка.
– Я прочитал охранное заклинание, – перекрикивая очередной раскат грома, успокоил всех эльф.
Но, честно говоря, страха это сообщение не убавило. Молнии порой врезались в кусты ежевики буквально в нескольких метрах от закутавшихся в палатку гномов. Баньши, кстати, туда не полез. Он хлопнул Ивашку по плечу, чтобы привлечь внимание и, указывая на дерево, прокричал:
– Я пережду грозу в дереве.
–А если молния угодит в дерево?
–Мне это не повредит, – и скрылся в пелене дождя. 
Что и говорить, в этот день, хотя гроза закончилась задолго до захода солнца, было уже не до кладов. Оставив половину матросов хоть как-то обустраивать разорённый лагерь, Ивашка с другой половиной, едва дождь прекратился, двинулся к берегу. Уж очень он беспокоился о корабле. И матросов взял совсем не зря. Одному ему бы до утра пришлось пробиваться через изуродованный бурей лес. Джунгли и так были едва проходимы, а теперь даже еле заметные звериные тропки были завалены вырванными с корнями деревьями, обломками ветвей и даже кучами водорослей. Уж эти-то, откуда в лесу взялись. Матросы разбирали завалы или пробивали новые тропинки в зарослях, если очистить старую не представлялось возможным. 
Продраться сквозь буреломы удалось уже под самый вечер. Зато Ивашка сразу успокоился – корабль был цел. Правда, шлюпки, оставленные на берегу, были разбиты вдребезги. Лишь обломки плавали у берега. 
–Надо зажечь три костра, – распорядился шкипер. 
Ещё перед отплытием он договорился с оставшимся за капитана Сержем, что в случае чего, Ивашка подаст кострами сигнал: Два костра будут означать «срочно нужна помощь», три костра – «всё в порядке».
Пока матросы собирали «сухие» ветки (это после такого-то дождя) и разводили костры, которые упорно не желали гореть, совсем стемнело.
«Тем лучше», – решил Ивашка, – зато точно костры заметят. Наконец, усилиями десятка легких костры удалось разжечь. А тут и ночь легла на остров. Заночевали возле костров, благо воздух был тёплым, короткая гроза не успела остудить океан. 
Чуть свет, даже не позавтракав, да и нечего было, двинулись назад в лагерь и поспели как раз к трапезе. Повара тоже провозились, разжигая костёр, чтобы вскипятить воду, кофейку горячего сварганить. Настроение было в лагере не ахти какое. Не очень-то гномы верили в магию, тем более после девяти впустую раскопанных холмов. Ивашка на это внимание не обращал, первым выпив кофе и сжевав, не чувствуя вкуса, лепёшку с куском копчёного мяса, он чуть не бегом поспешил к дереву, в которое залез Хулкур – «подкрепиться». И от нетерпения даже начал барабанить по стволу. Баньши почти сразу вытек из дерева и сконцентрировался из жёлтого тумана, понимающе улыбнулся шкиперу. 
 
–С какого холма начнём? – обведя рукой ещё уцелевшие бугорки, спросил он. 
–Да, какая разница. С любого, – нетерпеливо отмахнулся гном.
–И что я должен смотреть?
В это время к ним подошёл эльф. Услышав последний вопрос, он ткнул магическим жезлом (с которым почти не расставался) в сторону холмов и сказал:
– Я думаю, что это клад не простой, что зарыт, скорее всего, какой-нибудь волшебный талисман типа «Пламенеющего Ока» или «Жезла Земли». Поэтому нужно искать мощное голубое или желтое свечение. 
–Что ж, попробуем, – кивнул Хулкур и двинулся к ближайшему холму. 
Он сел, закрыл глаза и принялся раскачивать внутренний маятник, затем остановил его и, сосредоточившись на внутреннем зрении, взглянул на холм. Были, конечно, и синие и жёлтые линии, тем более после такой бури. Много растений, насекомых и животных было искалечено и убито. Да, жёлтых линий было много, но всё это были естественные линии, ничего магического в них не было. Хулкур уже было, собрался перейти на обычное зрение и сообщить об очередной неудаче Ивашке, но когда он уже поворачивал голову, взгляд его коснулся следующего холма и колдун увидел их. Три мощных потока энергии вырывались из-под земли. Один синий и два жёлтых. И сила синего потока была соизмерима только с силой полностью заряженного осколка зелёного камня – «Жезла Земли», как говорил эльф. Жёлтые тоже были не слабые, но до синего им было далеко, как ручьям до полноводной реки. Баньши просто упивался этим зрелищем, и не сразу сообразил, что его трясут за плечо.
–Ну, что? Что там? – это не выдержали нервы у Ивашки. 
Хулкур отключился от внутреннего зрения и с победным видом оглядел друзей. 
–Там, – указал он на святящийся холм.
–Ты уверен? – недоверчиво окинул взглядом «клад» Толстун. – Каким образом он третий – то?
–Я сейчас понял, – потупившись, признался баньши. – Я слишком долго жил среди гномов и стал думать, как вы. Третий от скалы не значит третий по счёту. 
–Как это? – не понял Ивашка. 
–Мы, баньши, считаем тройками. Вы – десятками. Третий – значит последний в тройке. Два ближайших и третий в самой ближайшей тройке. Это как видите и есть тот холм. Три ближайших холма к скале. 
–Да, – без особого энтузиазма протянул Толстун. – Мы тут пять дней пашем как проклятые, весь остров перерыли, а он, видите ли, забыл, как баньши считают. 
–Не обижайтесь, – всё ещё стесняясь своей промашки, извинился Хулкур. 
–Что уж теперь, – опять пробурчал Толстун. 
–Зато я могу вас обрадовать, не знаю как там насчёт золота, а целых три магических предмета в том кладе на самом деле есть. Причём один очень сильный. Примерно, как мой кусок «Жезла Земли». 
–Я чувствовал, – кивнул эльф.
–Вот уж на самом деле не зря сюда «дракончик» рвётся, – почесал затылок Ивашка.
– Давайте, начинаем, – первым опомнился Толстун и, схватив лопату, устремился к «третьему» в тройке холму.
Работали, что говорится, не за страх, а за совесть. Земля так и летела во все стороны. Прошёл от силы час и скрежет лопаты о металл возвестил, о том, что докопались, наконец. А ещё через несколько минут эльф торжественно вынес на всеобщее обозрение закованный в железо, перепачканный рыжей глиной сундук.
–Смотрите, дерево не сгнило ещё, – указал Толстун на почерневшие, но ещё прочные дощечки, – значит, не так давно и закопали.
–Интересно, кому пришло в голову закапывать здесь сундук с талисманами и ещё учить говорить об этом попугая, – склонившись над сундучком, пробормотал себе в бороду Ивашка. 
Клад был закрыт на замок, несоизмеримо большой по сравнению с самим сундучком. Замок, как и все железные части, сильно заржавел, к тому же ключа нигде не было видно. 
–Собьём, может? – Ивашка всё ещё стоял перед сундучком на коленях.
–А что, молиться на него? – Толстун решительно ухватился за кирку, которой ещё пять минут назад ковырял неподатливую глину острова.