Испытания госпожи Трейт (СИ)

— Пока что ничего особенного. Она действительно закончила всенаучку на теор магии. С отличием, между прочим. До университета училась в Тайринке. Числилась в аспирантуре потом перешла в исследовательский центр.
— Причины увольнения?
— Пока выясняем. Сам понимаешь королевский ИЦ это тебе не университет, там все засекречено. Но, если тебя это утешит, на психиатрическом учете не состояла!
— Утешит. Что еще?
— Родилась в Лестренже, отец — целитель. Четыре брата, две сестры. В университетском досье не указано, чем занимаются. Кстати, я вспомнил, где я слышал эту фамилию, нам на лекциях рассказывали про Найджела Трейта, маг криминалиста, одного из первых. Он до заместителя главы департамента по маг контролю дослужился. Известная личность была в определенных кругах. Не знаю, правда родственник или просто однофамилец. Выяснить?
— Все выясняй, — кивнул я задумчиво.
— Зря ты березу приказал выкинуть, — внезапно произнес Брайан на полном серьезе. — Притащил бы послезавтра в ресторан даме ее транспорт. Невероятно романтический жест!
— Катись к черту, — привычно отозвался я и повесил трубку.
С романтическими жестами без тебя разберусь, не маленький.
Я поднимался по лестнице на второй этаж дома и думал о том, что сегодняшний день был каким угодно, но не скучным.
К различного рода экзальтированным персонам, которым от меня что-то было нужно, мне было не привыкать. Причем персоны были самого разного рода, не обязательно женского. Зато у персон женского рода намерения лежали обычно в несколько иной области.
В мой кабинет за все то время, что я работаю врывались секретарши в панике, партнеры в гневе, защитники чьих-нибудь прав в желании доказать мне, что я негодяй. Люди вообще почему-то считали, что ворваться в кабинет — это очень эффектный способ чего-то добиться (как по мне, так обратного, ну да ладно). А усиленная охрана — дело неудобное в первую очередь для меня самого. Не говоря уже о том, что имидж всего боящегося человека — не для меня. Личная безопасность на то и личная, чтобы заботиться о ней самостоятельно.
Так что госпожа Трейт была далеко не первой женщиной, которая нагло заявлялась ко мне без приглашения, чтобы что-то потребовать. Однако первой — которой нужен был не я, а какие-то исследования на моем заводе.
Красивая женщина. Яркая.
Это было первое, что я подумал, когда Оливия Трейт угодила в паутину защитного заклинания. Широко распахнутые серо-голубые глаза, изумленно округлившийся ротик и пышные волосы редкого карамельного оттенка, который я потом мимоходом обозвал рыжим.
Еще я успел подумать, что я с ней точно не спал и даже слегка посожалеть этому факту. И да, она была права — мне действительно было очень любопытно узнать, зачем ко мне вломились на этот раз.
Признаться, ее заявление меня раздосадовало. Защитники окружающей среды — весьма унылые ребята, ученые — еще и зануды. А эта, ко всему прочему, еще и неудачливый ученый. И было крайне наивно с ее стороны полагать, что я допущу к генератору девицу с улицы, которая к тому же еще и маг, для того чтобы проводить неведомые замеры.
Информацию я, конечно, принял к сведению и намеревался при случае проверить, но на завод я сегодня заехал ненадолго, впереди маячила важная встреча и было просто не до сумасшедших дурочек, даже если они прехорошенькие.
Поэтому я ее выставил. И намеревался больше никогда с этой дамой не встречаться.
Ровно до того момента, как, случайно глянув на дорогу, увидел вдалеке уныло бредущую вдоль обочины фигуру с далеко не дамской сумочкой.
— Где улица Сквозняков знаешь? — бросил я водителю. Адрес всплыл в голове сам собой, впрочем, на память я никогда не жаловался. — Дом три.
— Да, господин Уолтер.
— Притормози возле дамы. Если сядет — повезешь туда.
— Как прикажете, господин Уолтер.
Я затруднялся сказать, что меня дернуло — ошметки маменькиного воспитания, любопытство или обычная жалость, но было приятно увидеть улыбку на личике Оливии Трейт, когда та села ко мне в машину.
И она снова меня удивила. Вместо того, чтобы умно помалкивать и радоваться тому, что не придется торчать под дождем, или на худой конец попытаться со мной позаигрывать или расположить к себе каким-либо другим способом, она отмахнулась от моих уколов на тему работы, как от чего-то совершенно несущественного, а потом и вовсе снова затянула ту же речь, которую я единожды уже отказался выслушать.
 
Речь была мне неинтересна. Информацию я уже получил и разберусь с ней сам.
А вот госпожа Оливия Трейт — очень даже.
Яркая женщина. С чертовщинкой (ведьма на березе, это ж надо!), но при этом какая-то… неиспорченная. Она то ли не понимала своей привлекательности, то ли не хотела ей пользоваться.
И тот, и тот вариант цеплял. Заводил даже.
С характером. Люблю таких. Чтобы и обертка на уровне, и блеск в глазах, и умение отстаивать свои интересы.
Они напоминают мне мои Ястребы. Умно, со вкусом и знают себе цену.
Ладно, госпожа Трейт, вы меня убедили, я хочу с вами встретиться.
Забавно получилось, правда.
Кажется, она так и не поняла, что я назначил ей совсем не деловую встречу.
Тем интереснее.
  
Испытание 2
 
Флора
Под утро мне приснился сон. Тревожный, яркий и будоражащий. Мрачно медитируя на утренний кофе, я пыталась вспомнить, о чем он — и не могла. В память сохранила только горько-сладкое мятущееся ощущение…
Интересно, это хорошая примета?
Я старалась не шуметь — Лив еще спала.
Вчера она до поздней ночи сидела, обложившись литературой, от справочников до периодики, и что-то лихорадочно выписывала, считала, чертила графики…
Подбирала аргументы. И, подозреваю, собиралась заниматься этим и весь сегодняшний день тоже.
Как по мне — хватило бы грамотно подобранной блузки.
Такой, чтобы будила воображение, и одновременно давала понять — ни-ни! Не для тебя ягодка росла!
Но Лив иногда бывала чудовищно упряма.
Откуда у нее это странное убеждение, что пользоваться женским оружием в научных целях неприемлемо? Лично я полагала, что хоть мир и не стоит на месте, а все равно женщины пока что находятся в том положении, когда на свою пользу стоит оборачивать все. И если в довесок к умной голове у тебя есть еще и привлекательная внешность, то тут уж сам Бог велел!
Вообще, наверное, именно поэтому у подружки личная жизнь и не складывалась. Она не могла принять себя как ученого и женщину, вот и вляпывалась в то, что те, кто видел в ней женщину не хотел иметь дело с ее мозгами. А те, кто восхищался ее мозгами, в упор не различал за ними женщину.
А ведь, казалось бы, такая, как она, давно уже могла быть счастливой женой и матерью.
Лив умная — по-настоящему умная, без дураков, без скидок на женский пол. Возможно, чуть менее умная в житейском плане, но мы, люди науки, пожалуй, все в какой-то степени этим страдаем.
Красивая.
Из очень хорошей семьи, с положением и связями — она приехала в Карванон и поступила на обучение в школу по протекции самой герцогини Тайринской (светлая ей память!). Дед занимал едва ли не высший для человека его происхождения пост в департаменте магконтроля. Отец — известнейший целитель.
Но при этом Лив была — веселой, доброй и простой. Редкое сочетание. Добрая душа, она сама по себе редкость, а в довесок ко всему остальному…
Нас свела случайность, но этой случайности я была крайне признательна. И уже спустя год совместной жизни воспринимала Оливию как сестру. Временами непутевую младшенькую, временами… едва ли не двойняшку.
Я вздохнула над кофе и вернулась мыслями к предстоящей деловой — хе-хе! — встрече. Пусть я не смогу заставить подружку всерьез отнестись к Энтони Уолтеру как кандидаты в мужья, но полностью профукать шанс я ей тоже не позволю.
Если он мерзавец, она в него и так не влюбится. Но вот присмотреться — просто обязана!