Сейн. Путь чести (СИ)

— Сейн, ты дурной? — шепнула она, улыбаясь.
— Тише, Мири, спи. — устало сказал я, поглаживая влажную ладонь.
— И ты спи, чего дурью маешься? — слабый смешок и взгляд, полный нежности — У меня уже морщинки на пальцах.
— Хворь смываю, не видишь что ли? — нахмурился, наверное не понимает еще ничего.
— Умник, у меня ведовская кровь. Она выжжет заразу сама, не надо ничего мыть.
— Оттирается же, смотри. — не унимался я.
— Знаешь, так, действительно, проще, только холодно. — Мирида осторожно вытянула ладонь из моей руки, спрятала под одеяло и отодвинулась к стене, освобождая место — Ложись, надо отдохнуть.
— Прям с тобой? — наконец, улыбнулся я, почувствовав облегчение — Не боишься?
— У тебя другие варианты есть? — шумно выдохнула веда, опустив ресницы.
В ответ, я молча лег рядом, нежно обняв девчонку и прижимая к себе. А она лишь удобнее устроилась в моих объятиях и через минуту засопела, согреваясь теплом моего тела. Моя. Живая. Слава всем святым!
  
Глава 18
 
Я проснулся ближе к закату, веда все еще спала, а в доме было подозрительно тихо. Аккуратно выбрался из импровизированной постели, поднялся и вышел на улицу. Почему так пусто? Странно. Надо добыть немного еды для нас с Мири, пока она не проснулась. Я направился в сторону ближайшей лавки по узкой каменистой дорожке, а мне на встречу вылетел, кто бы вы думали, розовощекий, полностью здоровый, активный мальчишка, Матеуш.
— Сейн, здравствуйте! — засиял пацан, сжимая в руках сверток — Дедулечка наказал вам харчей принести, вот я туточки с тепленьким!
— Привет, Матя. — улыбнулся в ответ, поражаясь, как быстро дети перенимают манеру разговора у старших, ладно про коз и трещины пока не упоминает — А где все?
— Так, стал быть, сборище на центральной площади! — начал объяснять Матеуш, направляясь к дому — За школу воюют с городничим, прикидываете?
— И как? — с интересом спросил я, неужели прислушались? Сами собрались?
— Городничий этот, чтоб его свинюки подрали, отпирается, говорит ни одного талара не брал, все в казну отправляет — пацан искренне разозлился — А вы дом-то его бачили? Дворец себе отгрохал, ирод проклятый!
— Так.
— Прижали его наши! Дедулечка мой родненький переговоры ведет, вы б видали! — с гордостью сказал малец, шагая в дом. — Уже на ремонт выбил, теперь за книги новые торгуется!
— Прекрасно! — выдохнул я, помог чем смог, а нам пора в путь, всего три дня осталось, чтобы спокойно пройти третье испытание.
— Ну не мед, конечно! — совсем по-взрослому сообщил Матеуш — На иструменты, да на материалы для починки денег даст, а вот ремонтировать самим надобно, но эт мелочи, так ведь?
— С этим разберемся, не переживай, малой! — потер затылок, надо задержаться еще на денек, оценить фронт работ, помочь.
— Тетенька Веда! — заверещал пацан, увидев копну рыжих волос, выглядывающую из-за простыни.
— Матя, мы же договорились! — засияла веда, выбираясь из укрытия — называй меня Мири, хорошо?
— Спасибо, Мири! — мальчишка подбежал к рыжей и крепко обнял.
— Перестань, милый, как ты себя чувствуешь?
— Хорошечно! — не отлипая протянул малой — А еще я у деда спросил, он разрешил жениться!
— Рано тебе еще, парень. — улыбнулся, наблюдая трогательную картину.
— Может и рано, но невесту я уже выбрал, так что подрасту и сразу свадьбу сыграем, да? — пацан вопросительно уставился на Мири, не выпуская ее из объятий.
— Ты вырасти сначала, — засмеялась веда — а там посмотрим!
— Чего? — нахмурился я — А вдруг у Мириды уже жених есть?
— Моя веда! — отрезал пацан — Никому не отдам!
— Понял, умник! — усмехнулась Мири, сверкнув зелеными глазами.
— Это мы еще посмотрим — свел брови, жадно рассматривая веду. Мою веду.
Через час вернулись хозяева дома с отличными новостями. Федосил с упоением рассказывал о переговорах, как они собрались почти всем городом и пришли брать штурмом дом городничего. Обещали выселить его из дома, заколотить двери и окна, голодом морить и другие ужасные вещи, а он… Он даже не догадывался, что им нужна школа. После закрытия никто даже не пожаловался, что детям негде учится. Перешептывались, косые взгляды бросали, а восстановить не просили. Странное поведение, для человека его должности, но ничего не поделаешь. Люди повозмущались, поругались и начали договариваться. Делиться мужчина, конечно, не хотел, поэтому было решено, что он оплатит все материалы и закупит новые книги, а за работу мастера денег не возьмут и ремонт горожане проведут своими силами. Я внимательно выслушал старика, условия, конечно, не честные, но выгодные. Да и аванс городничий дал, так что завтра приступаем. А пока Мири снова надо отдохнуть, так что мы собрались и направились в таверну, в свою комнату с мягкими уютными кроватями.
 
Веда удобно устроилась и быстро уснула, предварительно еще раз пояснив, что много сил потратила, надо восстанавливаться. Я прилег, успел подумать, что заснуть будет сложно, и уже через несколько минут провалился в сон.
Среди ночи я проснулся от знакомого чувства. Святыня. Зовет. Тянет. Я, наверное, сам никогда не пойму, как это работает. Мы провели в городе несколько дней, рядом с ней, а она молчала. Почему?
Веду беспокоить не буду, пусть восстанавливается. Быстро поднялся, натягивая рубашку и штаны, вышел на улицу и устремился вперед. Совсем рядом, метров семьсот, в сторону леса. Я ускорил шаг, проходя по мощеным улочкам, между невысоких домов. Город спал, на улицах пусто, но это к лучшему. Вперед, надо бежать. Виднеется окраина и темный густой лес впереди, еще чуть-чуть. Я делаю последний рывок, цепляюсь ногой за что-то мягкое, влажное и с грохотом падаю на землю. Что за…
— Уррррр! — шар темной свалянной шерсти, размером с автомобильную шину, раскосые желтые глаза, тонкие лысые лапы и огромные уши, как у фенька.
— Святые… — нечто толкает меня в плечо и скалится. Два ряда мелких острых зубов заполняют небольшой круглый рот, а над ним подрагивает крупный черный пятачок, прямо как у свиньи.
— Хозяин! — пищит оно и прижимается ко мне грязным мокрым боком — Шлип запутаться, а ты спасать Шлип!
— Оно говорящее! — с отвращением шепчу я, пытаясь отлепить от себя скользкую массу, но тщетно.
— Ш-ш-шлип! — оно издало странный звук и откатилось, давая мне возможность подняться.
— Слушай, извини, но мне идти надо… — зверь, или что это, вцепилось в мою ногу мертвой хваткой.
— Ты х-х-хозяин, я — Ш-ш-шлип! — заурчало оно, перебирая тонкими лысыми лапами — Ш-ш-шлип с-с-лужить!
— Да не надо, у меня дела, говорю же… — тряхнул ногой и замер, осознавая, что зов прервался. Черт! Святыня больше не зовет, я опоздал? Оглянулся по сторонам, закрыл глаза, пытаясь сосредоточиться. Короткая вспышка и снова тишина. Нет, не зовет. Проклятие! Все из-за этой… из-за Шлипа. Чем бы оно не было.
— Прости, дружище, но мне, правда, пора. — я отлепил нечто от своей ноги и направился в сторону таверны — Нам завтра ещё школу строить..
— Шлип с тобой! — пискнуло существо, запрыгивая на спину — Помогать строить!
— Ну уж нет!
— Да-а-а-а! — довольно протянуло оно — Ш-ш-шлип всегда рядом!
— Отвали, говорю! — завелся я — Нельзя со мной!
— Ш-ш-шлип нельзя прогонять! — обиделась зверюга, больно ущипнув меня за руку — Дружить!
— Слушай, давай проваливай, я не могу тебя с собой взять. — я медленно шагал к таверне, в надежде, что новый знакомый отвалит — Я спать хочу, мне отдохнуть надо, завтра длинный день.
— Спать! — зашипел Шлип и дернулся, ударяя меня в спину так сильно, что я упал и отключился.
 
Очнулся, судя по всему, часа через два. Светает. Мимо проходят люди, бросая недоумевающие взгляды, за кустом притаились дети, перешептываются и таращатся на мохнатое нечто, которое храпит рядом. Что ж, мерзкий новый знакомый, пора прощаться, дети позаботятся о тебе. Тихо поднялся, чтобы не разбудить существо и спешно зашагал к таверне, от греха подальше! Ох и не везет мне в Кариаде на ночных знакомых!