Боксер 3: назад в СССР (СИ)

Ничего я не сморожу. Потому что дальнейшие разговоры были бессмысленны. Договариваться с теми, кто этого не хочет, да еще имеет как минимум численное преимущество — дело безнадежное. Пора было начинать применять на деле то, чему меня хорошо учили в прошлой жизни и чему я теперь приехал по-новому учиться в Москве. Я демонстративно-нерешительно поглядел по сторонам, как бы растерявшись от таких недвусмысленных предложений — и еще раз убедился, что нападавшие заняли довольно четкую позицию: по одному спереди и сзади каждого из нас. Отлично. И очень удобно.
Ничего больше не выжидая, я резко двинул правым локтем, попав точно по носу тому, кто стоял сзади. Из его разбитого носа хлынула кровь. От неожиданности он схватился за нос и заорал. Я быстро применил удушающий прием, зажав его дурную башку рукой и тут же со всей силы отправив его отдыхать, валяясь по земле. Стоявший спереди бросился на меня с кулаками, но я вовремя перехватил его занесенную надо мной руку. Еще один удушающий, пара контрольных по подбородку — и он уже лежит рядом со своим товарищем.
Лева тоже не терял времени даром. Правда, он, как старший, поступил проще: взял своих гавриков и с размаху столкнул их лбами. Повторив эту нехитрую процедуру раза три, он убедился, что в ближайшие как минимум полчаса никакого сопротивления не последует, и взглянул на меня.
— Не сильно ты их? — спросил я.
— Не боись, не помрут, — усмехнулся Лева. — Ты-то своих тоже неслабо приложил. Ну и правильно, будут знать, как к честным парням соваться. А то ишь, разбежались — велики им подавай. А ты, кстати, молодец! Я, честно говоря, подумал, что мне сейчас за двоих махаться придется.
Ну вот, как я и думал. «Ты меня еще в настоящем деле не видел», — хотел ответить я, но сдержался.
— Обратно все равно лучше бы поехать какой-нибудь другой дорогой, — почесал я в затылке.
— Это да, — кивнул Лева. — Да я знаю здесь объездные пути. Не первый раз уже. Так что погнали в магаз, а обратно я покажу, где ехать.
— Вам это не поможет, — раздался уже не такой бодрый голос с земли. — Мы вас запомнили. Вы динамовцы, у вас значки, мы видели. Так что я брата позову, он из армии только что пришел, он вам бошки поотрывает.
— А у меня кореш всех таганских пацанов знает, он такую толпу приведет! — прерывая стоны, заявил с земли второй отдыхавший. — Вам кранты, короче! Не спрячетесь!
— Слушайте, помолчали бы, а, — возмутился Лева. — Нет, ты посмотри на них — только что огребли по полной программе, и еще что-то там пытаются доказать!
Не обращая внимания на стоны и угрозы, сменявшие друг друга у наших новых знакомых, мы сели на велосипеды и поехали в магазин — благо ехать оставалось уже недалеко. Мы сильно отвлеклись на общение с местным контингентом, и, скорее всего, ребята уже натаскали дров, развели костер и теперь ожидали только нас с продуктами, поэтому нужно было поторапливаться. Быстро и почти без очереди — от этой московской достопримечательности мы оказались спасены — всё закупив, вскоре мы, по очереди потряхивая сумкой, помчались обратно. По пути, как и планировали, сделали небольшой крюк, чтобы снова не нарваться на эту четверку юных бармалеев. Тумаки там не смертельные, а вот разозлить неудачный грабёж их должен был, так что нового общения с ними нам точно не хотелось.
— Ну наконец-то! — поприветствовал нас Антон Сергеевич. — Ребята, где вы ездите? Как будто пешком ходили, а не на великах! Мы вас тут уже заждались!
На берегу речки уже вовсю дымился костер, и импровизированная подставка под кастрюлю вместе с самой кастрюлей действительно ждала только нас.
— Так очереди ведь, Антон Сергеевич, — рассудительно ответил я.
Благо рожи у нас остались небитыми.
— Это да, — согласился тренер и протянул руку за сумкой. — Ну, давайте, что вы там привезли.
Я отдал Антону Сергеевичу авоську, Лева вынул из кармана сдачу. Содержимое нашей сумки (кроме хлеба, разумеется), было почищено, нарезано и заброшено в кастрюлю, в компанию к кускам пойманной рыбы. Да, ребята без нас времени зря не теряли!
 
Мы расселись на земле кругом и стали ждать, пока приготовится наша пища богов. Я переводил взгляд с костра, потрескивавшего дровами и выпускавшего ароматный дым, на небо, на котором солнце уже вовсю намекало о том, что близится вечер. Как же все-таки здорово, что Антон Сергеевич вытащил нас на эту рыбалку! Как ни крути, а вот такие посиделки на берегу реки, да еще с костром и с едой собственного приготовления — это ни с чем не сравнимый отдых. Как будто уходит все наносное, вся суета. И вот ты чистенький, беленький под широким небом.
Впрочем, это, наверное, во мне говорило мое «Я» из прошлой жизни — пенсионеры склонны к таким сентиментальностям. Вот Антон Сергеевич, мой ментальный ровесник, должен был сейчас тоже что-то подобное ощущать. Новый же я не мог дождаться, когда будет готова наша уха — очень есть хотелось после драки. И момент, когда Антон Сергеевич объявил о начале трапезы и раздал всем ложки и походные миски с ухой, показался даже торжественным.
М-м-м! Уха получилась настолько вкусной, что мы даже не обращали внимания на кипяток — лопали ее, обжигаясь, но все равно торопясь съесть еще хотя бы ложку этого удивительного лакомства.
А Антон Сергеевич тем временем вовсю расписывал нам перспективы участия в предстоящих соревнованиях.
— Имейте в виду, орлы, — говорил он, наливая добавки тем, кто уже справился с первой порцией. — Это не просто очередные выступления — вышел, отбарабанил программу и ушел. Там, помимо грамот, еще будет возможность заработать и настоящие спортивные звания. Поэтому я бы на вашем месте поднажал на тренировки.
— А мы тут пока на уху нажимаем, — хихикнул кто-то. — Кстати, вместо тренировки!
— Сегодня — исключение, — согласился Антон Сергеевич. — Ничто человеческое спортсменам не чуждо, и отдых на природе, как и здоровая и полезная пища, тоже важны. Более того — незаменимы! Но все-таки главное занятие в нашей жизни — это спорт! И все остальное должно быть подчинено ему. Ну или, по крайней мере, хотя бы не мешать.
— А вот вы сказали, что будут спортивные звания, — задумчиво произнес Лева. — А что, мастера спорта СССР тоже можно будет получить?
— Ну, если выполнишь нормативы — то хоть международного класса, — улыбнулся в ответ тренер. — Способен — пожалуйста! Но! Здесь важно не переборщить.
— Это в каком смысле? — не понял юный динамовец. — Что, разве у нас какие-то ограничения по количеству званий на всё «Динамо»?
Я тихо хмыкнул в тарелку и тут же снова занял рот душистым супом.
— Таких ограничений, конечно, нет, — спокойно, с едва заметным смешком ответил Антон Сергеевич. — Не переборщить — в том смысле, что если переоценишь себя, надорвешься — придется на долгое время забыть не то что о спортивных званиях, а и о спорте вообще. Восстановление будет долгим, да и после него в большой спорт возвращаются единицы. Так что нужно, конечно, стремиться к выбранной цели, но при этом трезво оценивать собственные возможности. Ну и, естественно, следить за своим организмом. Чутко реагировать на его сигналы, если что. Да и самому не устраивать своему телу ненужных встрясок, — с этими словами Антон Сергеевич со значением посмотрел на Дениса Бабушкина.
Денис вовсю наяривал уху и сделал вид, что не понял намека и вообще не слышал последних слов тренера.
— Значит, мы будем тренироваться с расчетом на звания? — не унимался Лева.
— Тренироваться мы будем с расчетом на результат, — строго посмотрел на него Антон Сергеевич. — А вот каким он будет — тут уж у каждого по-своему. Если потянешь на звание — молодец! Если пока нет — значит, будешь тренироваться дальше и готовить себя к следующим соревнованиям. Они ведь не раз в столетие проходят — на каких-нибудь уж точно блеснешь!
— Ага, а если не блеснешь — тогда уже и вообще ничего дальше не захочется, — удрученно проворчал кто-то.
— Если тебе от одной-двух неудач ничего дальше не хочется — тебе в спорте не место, — Антон Сергеевич назидательно поднял палец вверх. — Запомните все: неважно, сколько раз ты упал, важно, сколько раз ты поднялся! Многие сдаются раньше времени, а ведь в конечном итоге побеждает в нашем деле тот, кто встает и идет дальше, не обращая внимания на то, сколько раз он уже упал и кто как на это отреагировал.