Коллектор (ЛП)

— Он прав, — говорит Ректор. — Мы не можем убить его пулей. Но этот пистолет выведет его из строя на несколько дней, и за это время мы перетащим его тело вниз и запрем его в вечной пытке. Ты хочешь этого для него?
Грудь Чарли поднимается и опускается так быстро, что я боюсь, как бы у нее не остановилось сердце.
— Делай, что я сказал! — кричит Ректор ей в лицо.
Ее тело неудержимо трясется в ответ на его слова, и мне приходится закрыть глаза от этого зрелища. Если я подниму пистолет к виску и всажу себе пулю в голову, это все закончится? Нет. Они просто будут давить на нее чемто другим, пока она не рассыпается в прах. Единственное, что я могу сделать, это умолять ее не давать им то, что они просят, и молиться, чтобы они не причинили ей вреда.
Чарли открывает рот.
— Не надо, детка, — умоляю я. — Вспомни, как ты получила свою рану. Вспомни своих родителей.
Лицо Чарли искажается от боли, как будто она вспоминает о потере. И я вдруг понимаю, что это было самое худшее, что я мог произнести. Ее глаза распахиваются, и она откидывает голову назад.
— Я не могу потерять тебя, — шепчет она.
— Нет, — говорю я, но понимаю, что уже слишком поздно.
Чарли закрывает глаза и мягко говорит:
— Я хочу быть красивой.
Как только слова слетают с ее губ, из моей груди вырывается печать, пересекает расстояние между нами и присоединяется к свету ее души. Затем, так же тихо, как вздох, вокруг Чарли вспыхивает яркий свет. Он парит там, как теплый кокон.
И пока я кричу, безупречная душа Чарли медленно плывет ко мне и грациозно скользит в мое тело.
Глава 52
Да будет свет
Ректор громко смеется, прижимает Чарли к себе, облизывает ее нежную шею и бросает ее на землю.
— Хорошая девочка, — говорит он, не сводя с меня глаз. — Контракт выполнен. Мистер Уокер собрал твою душу, и теперь мне просто нужно забрать его в ад.
Мои руки прижимаются к груди. Не могу поверить, что у меня ее душа, что я все еще могу забрать ее без манжеты. Это неправильно.
Ректор жестом показывает Энтони убрать пистолет с моей головы и отступить, и он это делает.
— Это должно быть достаточно легко. Я почти уверен, что нас пятеро мы сможем спустить вниз без каких-либо проблем. Но следить за вами последние несколько дней было очень неприятно, и мне хочется выпустить пар, — Ректор поднимает пистолет в мою сторону и целится.
— Нет! — Чарли вскакивает и бросается между нами. Громкий треск гремит слишком громко, и мой разум кричит. Я вижу, как моя девочка падает, и все вокруг меня начинает крутиться. На секунду даже Ректор, кажется, в ужасе от того, что только что произошло. Но тут Чарли откатывается в сторону, держась за руку, и я вижу, что пуля только задела ее.
Ректор заливается смехом.
— Вот дерьмо, — говорит он. — Я думал, что убил ее. Этого, конечно, не было в моем списке дел, так что я чертовски счастлив, что она все еще дышит. Босс, вероятно, был бы не очень доволен этим.
Меня тошнит от облегчения, когда вижу, что с Чарли все в порядке, и понимаю, что, что бы ни случилось сегодня вечером, у этих парней нет приказа убить ее. По крайней мере, пока. Но это не меняет того факта, что Ректор чуть ли не убил ее. Ослепленный смесью ярости и страха, я мчусь к Ректору, больше не заботясь о том, что коллектор позади меня может выстрелить. Я бросаюсь на него, и мы падаем на землю. Мы боремся, и мне удается забраться на него. Я хватаю его голову и дважды ударяю ею о землю, пока не чувствую, как ствол его пистолета упирается мне в живот, готовый выстрелить.
Ректор улыбается.
— Спокойной ночи.
Внезапный голос гремит по лесу.
— Остановись!
Все озираются, чтобы увидеть, откуда исходит звук. Воспользовавшись шансом, я отскакиваю назад.
— Ваше оружие позорит даже таких, как вы. Бросайте их на землю, — приказывает голос. — Сейчас же.
Я прищуриваюсь и смотрю, как в поле зрения появляется парень. На вид ему чуть больше двадцати, у него светлые волосы до плеч. Он высокий, с расправленными плечами, его темные глаза пронзают Ректора.
 
— Крэйвен, — кричит Валери.
Парень, Крэйвен, быстро поворачивается и смотрит на Валери. Затем его взгляд возвращается к Ректору.
— Кто ты, черт возьми? — спрашивает Ректор.
Крэйвен свирепо смотрит на него. Медленно он снова повторяет.
— Опусти. Свое оружие. Сейчас же.
Его манера речи кажется царственной, но Ректор только закатывает глаза и говорит.
— Кто-нибудь, пожалуйста, уберите этого парня.
Кинкейд бежит к Крэйвену, и внезапно все вокруг заливает белый свет. Он исходит от тела Крэйвена, и мне приходится прикрыть глаза. Когда свет отступает, я отдергиваю руку и задыхаюсь.
Тело Крэйвена окружают два огромных белых крыла. Они выгибаются над его головой и тянутся к небу, и он выглядит полным задирой.
Я бросаю взгляд на Ректора, лицо которого на мгновение застыло в панике. Затем он оглядывается на своих коллекторов, и рявкает.
— Я сказал, взять его!
Коллекторы, больше боясь гнева Ректора, чем Крэйвена, бросаются к крылатому парню. Кинкейд ближе всех, поэтому он добирается туда первым. Крэйвен оборачивает крыло вокруг своего тела и размахивает им. Движение настолько быстрое, что я чувствую порыв ветра на своем лице. Кинкейд летит по воздуху и с глухим стуком врезается в дерево. Я не уверен, но мне кажется, что Кинкейд не дышит.
Ректор, кажется, возмущен тем, что Крэйвен только что сделал с его коллектором.
— Освободитель! — ревет Ректор. — Ты хочешь войны?
Пока Ректор отвлекается, я бегу к Чарли. Но останавливаюсь, когда он прыгает передо мной. Его лицо. Что-то не так с его лицом. Как будто его кожа слишком туго натянута на кости. Я делаю шаг назад, хотя все во мне кричит о Чарли. Ректор по-птичьи наклоняет голову, и тут я слышу за его спиной леденящий душу треск. Он снова и снова топает правой ногой в землю.
— Ты хочешь войны со мной? — он снова кричит, и мне кажется, что земля дрожит. Позади Ректора Чарли спотыкается. И тут я вижу, что заставило ее пошатнуться.
Массивные черные крылья медленно вытягиваются из спины Ректора. Они не такие, как у Крэйвена. Они не покрыты перьями и не светятся. Вместо этого у него крылья, как у летучей мыши, гладкие, как новая кожа, и обтрепанные в нескольких местах. Моя челюсть отвисает, когда он бьет крыльями один раз, заставляя порыв ветра хлестать меня по лицу. Ректор сгибается в талии, как будто собирается прыгнуть. Я уверен, что он собирается зарезать меня, но потом замечаю, что его глаза все еще прикованы к Крейвену.
Ректор прыгает, и как раз в тот момент, когда он собирается перелететь меня, Чарли прыгает ему на спину.
Я не могу поверить в то, что вижу, пока Чарли и Ректор не падают на землю. Она сбила его с ног. Моя Чарли… только что сразила демона с долбаными крыльями.
На этот раз я добираюсь до Чарли с запасом в несколько секунд. Я поднимаю ее, в то время как Ректор забывает о душе Чарли и бросается на Крэйвена. Оставшиеся коллекторы Ректора, явно ошеломленные тем, на что он способен, продолжают пытаться бороться с Крэйвеном. Макс и Валери рядом с Крэйвеном, пытаются освободить его от других коллекторов, чтобы он мог сосредоточиться на борьбе с Ректором.
— Беги, идиот, — кричит Валери. — Уберите ее отсюда!
Так я и делаю. Я киваю Валери, потому что не уверен, что когда-нибудь снова увижу ее или Макса, и убегаю. Рука об руку мы с Чарли преодолеваем почти полмили, прежде чем меня пронзает агония, и я падаю на землю. Боль обжигает мою голову изнутри и скручивает мышцы, пока я не начинаю кричать.
 
Чарли застывает в беспокойстве.
— Данте, — говорит она между тяжелыми вздохами, — что случилось?
На мгновение я не понимаю. И поэтому пытаюсь встать. Но когда меня снова ослепляет боль, я вспоминаю, почему это происходит. Я помню, что я убрал, чтобы спасти Чарли. Я вспоминаю, что мой конец близок.