( Не)нужный ребёнок для мага (СИ)

— Прости, — шепчу, погладив по волосам, наклоняюсь и целую в мягкую щёчку.
За полтора года она привыкла ко мне, а я к ней тоже, она совсем не доставляла хлопот.
Мой взгляд переместился на столик. Стеклянный шар с пушистой елью внутри притягивал взгляд. Беру его и переворачиваю. Снежинки завораживающе закружили вокруг хвойной веточки, опускаясь на дно. Я ошиблась, сказки нет, это всего лишь мои фантазии, жизнь другая, она больно бьёт и ранит…
Выхожу из комнаты, оставляя Лиси с няней. И направляюсь в ванную. Необходимо смыть все следы и чужой запах, привести себя в порядок.
Теперь понятно, почему Деслер не прикасался ко мне последние полтора месяца. Мысли продолжали атаковать одна больнее другой.
Нужно развестись с ним.
Ошарашено сомтрю перед собой, это решение приводит в тупик. Нет, нет, я не могу. А Лиси, как я её оставлю, она ведь сейчас нуждается во мне.
А как терпеть похождения Деслера? Как мне жить с ним дальше?
Внутри снова поднялся хаос и противоречия. Впервые я не знаю, что делать.
Выхожу из ванны, Кэт убирала игрушки. Женщина глубоких лет, в белом чепчике, добрыми глазами и заботливыми руками. Она давно служит роду Веньеров. Подхожу к ней.
— Кэт, скажи, ты знала об этом? — задаю тихо вопрос.
Женщина сжимает плюшевого медведя Лиси и отводить взгляд. Значит, понимает о чём я. По глазам видно что знала. Конечно! Это ты Марсэль была слепа и глупа. Но даже если бы я узнала сразу чтобы это изменило? Деслер, я только сейчас понимаю что всегда окружен женским вниманием другие восхищённо смотрели на него, а я гордилась что мне достался такой видный муж.
— Простите, госпожа… — она ступает, оставляя меня горящую в собственном огне злости.
Я долго смотрю перед собой, а потом поднимаю взгляд и смотрю на дверь нашей спальни. Сжимаю пальцы в кулаки, оставляя на ладонях полумесяцы, которые наливаются кровью. Иду в спальню, чувствуя что загоняю себя в клетку.
Деслер был уже в постели. В полумраке прохожу к кровати развязываю пеньюар и ложусь на самый край. От напряжения и сопротивления сводят мышцы. В голове зазвенело. Я лежу не двигаясь прислушиваясь к дыханию мужа, стараюсь не думать что тут побывала другая, передо мной.
Деслер вдруг шевелиться, поворачивается ко мне. Тяжёлая ладонь ложиться на моё бедро. Я прикрываю ресницы сдерживая себя, чтобы не одернуть от себя его руки. Но не могу себя пересилить, убираю, накрываюсь одеялом.
Буквально слышу как он скрипит зубами и жду самое худшего. Подбородок сжимает пальцы и резко дёргают заставляя повернуть к нему лицо.
— Забудь что видела, — глаза Деслера сверкают яростью. — Ты не должна была это знать.
— Но теперь я узнала.
— Значит делай вид что не знаешь, иначе будет хуже только тебе.
Я смотрела на него и приходила в смятение. И это мой муж? Его истинное лицо. Отвратительно. Как же я была слепа.
Я вырываюсь и сажусь. Уйти в другую комнату, но Деслер обхватил грубо за пояс и опрокидывает к себе, так чтобы я не смогла вырваться.
— Ты обязана исполнять супружеский долг, — сухо напоминает мне. — И спать со мной в одной постели. Не смей ослушаться, Марсэль.
Я отворачиваю лицо и не шевелюсь.
— Забыла кто ты — нищенка которую я взял в жёны и дал тебе всё, статус, имя, спас твоего папашу, из бедности тебя вытащил. Не забывай об этом. А вздумаешь уйти то я воспользуюсь законом и заберу всё что мне будет принадлежать по праву — заплатишь материальную компенсацию и родишь мне ребёнка. Только ни того ни другого у тебя нет, так что смирись.
Я содрогаюсь от его злого голоса. Деслер дышит шумно, напряжён как удав, готовый бросится на свою жертву.
— Не выводи меня больше и будь послушной, — предупреждает последний раз и ложиться рядом.
Прикрываю веки, облегченно выдыхая.
Но уснуть мне так и не удалось, всё стало чужим в один вечер.
Нисколько не жалею что провела время с другим. Никогда не забуду страстной пронзительной близости с тем мужчиной, самой лучшей в моей жизни.
  
Глава 2
  
Три недели спустя… 
— Эти продукты не сочетаются, — с недовольным лицом кладёт столовые приборы на стол Кларисс.
Мать Деслера, Кларисс Веньер, всегда была придирчивой, угодить ей крайне сложно, хотя теперь я понимаю, что придирчивой она была только ко мне. И требовательной. Раньше мне не так это бросалось в глаза, а сейчас вижу, что я как кость в горле.
Деслер вскользь бросает взгляд. Это наше фирменное блюдо с папой. И Деслер его тоже оценил, но сейчас молчал.
— Ба, я попросила леди Марсэль приготовить это блюдо, — вступается Лисандра, которая также сидела за столом семейного обеда.
— Милая, разве ты предпочитаешь говяжью вырезку?
— Да, мне сразу понравилось, как только первый раз попробовала.
Кларисс поморщилась, невозмутимо вздернув подбородком. С ребёнком, к счастью, она спорить не стала.
— И всё же оно какое-то сырое, как считаешь, Деслер? — переключилась на своего сына.
Муж взял салфетку и вытер подбородок, снова взглянул на меня.
— Тебе кажется, мама, Марсэль хорошо следит за поварами, — заступается за меня.
Вздёргиваю бровь и опускаю взгляд на свою тарелку. Есть совсем не хочется. Нет аппетита.
С самого Рождества с Деслером я мало разговариваю, между нами выросла стена. В какой-то момент я поняла, что это моя участь, и даже, кажется, начала принимать эту мысль, что вызывало беспокойство. Я не хочу так жить, быть вторым сортом. Хоть муж и вёл себя как обычно, как самый примерный семьянин, только всё это ложь. Никогда ему больше не поверю. Но самое ужасное — осознавать, что я не уйду, и Деслер прекрасно это знает. Я в ловушке. Если подам на развод, он потребует материальную компенсацию. И он не блефовал, когда говорил это с такой ненавистью.
Перевела взгляд на Лисандру. Заплетенные в косички волосы закреплены вокруг головы, украшены ленточкой, светлое пышное платье нарядно сидело на ней. При взгляде на неё моё сердце наполняется теплом, и от одной мысли, что придётся расстаться с ней, зудит тоской. Этого ещё не случилось, но я уже грущу.
Мы не ждали мадам Кларисс, она явилась к сыну совершенно неожиданно с предлогом, что желает навестить внучку. И задержалась. Сегодня третий день, как она в Фидельсе.
— И всё-таки такая еда вредна для ребёнка. Деслер, тебе нужно следить за этим, Марсэль неопытна в этом вопросе.
— Почему вы так думаете? — поднимаю на неё взгляд.
— Я не думаю, я знаю, — бросает в ответ.
Смыкаю губы. Что-то мне становится нехорошо. Беру стакан с водой и делаю глоток.
— Вот что я решила, — продолжает мадам, — поживу пока у вас.
Резкая тошнота подкатывает к горлу, мне делается так плохо, что даже руки пронимает слабость, и стакан едва не выскальзывает из пальцев.
— В этом нет необходимости, — не соглашается Деслер, кажется, эта новость его не устраивает.
— Марсэль, тебе плохо? — Лисандра трогает меня за плечо.
— Лисандра! Как ты обращаешься к миссис? — возмущается Кларисс. — Всё, я точно остаюсь.
Я делаю глубокие вдохи, чтобы снять дурноту, но всё только обостряется. Резко поднимаюсь из-за стола, понимая, что ещё немного, и…
— Что с тобой? — уже интересуется Деслер.
— Я сейчас, — бросаю и разворачиваюсь, быстрым шагом иду в туалетную комнату.
Слышу позади себя возмущения Кларисс, но мне не до этого. Склоняюсь над раковиной и открываю кран, набираю в руки воду, плеская в лицо. Как только становится легче, поднимаю взгляд и вижу своё отражение в зеркале. Лицо белое как полотно.
Всё из-за переживаний. В последнее время плохо сплю и ем.
Закрываю кран и застываю. В дверях словно тень возникла мадам Кларисс. Она окинула меня внимательным взглядом и, аристократично сложив руки, сказала:
— Я хочу поговорить насчёт Лисандры.
А нельзя было дождаться, пока я выйду из комнаты? Беру полотенце и промокаю лицо.