Мертвая вода (СИ)
Чародейка закричала от жара. Раскаленный металл внутри и огонь снаружи — так она могла бы чувствовать себя в преисподней. Феликса не выдержала и исторгла из себя весь металл. Перья брызнули от нее смертоносным веером. Капли жидкой стали на мгновение повисли сверкающим туманом — и опали серебристой лужицей.
Чародейка оглянулась на противников. Пироманта отбросило к борту двумя маховыми перьями. Одно торчало чуть выше паха, второе пробило шею. Но ран на теле виднелось куда больше. Мантия и рубашка насквозь промокли и окрасились багрянцем. Феликса снова огляделась в поисках Беора, но увидела только несколько окровавленных стальных перьев. Кровь стекала по ним к Феликсе, хотя перья ровно лежали на досках…
Она обернулась слишком поздно. Беор вцепился ей в горло и поднял на вытянутой руке.
— Долеталась, птичка! — оскалился пират.
Феликса согнула ногу в колене и дотянулась до голенища. В глазах темнело. Блод Беор держал во второй руке саблю с широким клинком; лезвие коснулось ее живота и врезалось выше, выше, выше…
Последним усилием Феликса воткнула Беору под подбородок длинный узкий кинжал. Убило его это или нет — она уже видеть не могла. Она даже не почувствовала, как острие его сабли вышло у нее между лопаток.
* * *
Маронда всегда действовала тонко. Дерущиеся моряки даже не заметили маленькую старую женщину с посохом, деловито снующую между ними. Щит, наложенный Брисигидой, надежно охранял ее от случайных ударов. Волшебница на ходу ставила пиратам колдовские подножки, вызывала икоту, спазмы и прочие мелкие недомогания, которые здорово помогали команде «Ока». Прямо перед ней, повинуясь звону латунных бубенцов, громко чихнул матрос-пират. Противник тут же проткнул его саблей. Маронда перешагнула через тело, едва заметно вздохнув.
Краем глаза она видела сражение гигантской пумы и антимага в черно-белом одеянии. Марсовую площадку повредило одним из книппелей, и стрелку-ассасину пришлось спуститься на палубу. Рогатая кошка изворачивалась всем телом, избегая ударов и выстрелов асассина. Тот норовил отойти подальше и выстрелить из очередного орудия. Пума настигала его в один прыжок, отскакивала от клинка, и все начиналось по новой.
Сама Маронда опасалась подходить к антимагу. Колдовское чутье указывало на плотную защиту от магии, а значит, она бессильна против него. Здесь нужна боевая магия, взаимодействие с окружением — в этом Маронда была не сильна. «Стальная Гарпия, вот кто здесь нужен, — невольно подумала Наставница. — Но она, увы, занята другим. Если Данатос не словит снаряд крупного калибра, у него будет шанс».
Чародейка собиралась отыскать на корабле ветродуя. Он оказался куда искуснее плененного Ксантрия и вполне мог устроить команде с «Ока Бури» серьезные проблемы. Она обещала позаботиться о нем и собиралась свое слово сдержать.
— Берегись! — услышала она крик.
Прямо на нее летела мачта с поднятыми парусами. Маронда сделала шаг под паруса и произнесла простенькое заклинание, волшебный клинок. Он вспорол парус. Парусина опала вокруг Маронды сероватым полотном. Слева послышался недовольный рык: похоже, мачту каким-то образом свалил антимаг, чтобы лишить Данатоса подвижности. Черно-белая фигура мелькнула возле реи, достала пистолет…
— Да прям! — фыркнула Маронда и выставила обе руки в сторону ассасина.
Два тонких каната бросились к антимагу, как ядовитые змеи. Один обвил запястье, и рука с крупнокалиберным пистолем дернулась вниз. Второй незаметно обмотал ноги. Асассин попытался сделать шаг и упал.
У обломка упавшей мачты Маронда увидела наконец ветродуя. Он тоже ее заметил и уже плел какое-то хитрое заклятие. Чародейка не стала мудрить: еще один канат обвил магу шею. Тот пытался разрезать его заклятием. Маронда заставила щепки из остатков мачты впиться ему в ладони. «Попробуй, поколдуй с окровавленными руками в занозах, — злорадно подумала она. — Хотели обыграть старушку Маронду? Надо было придумать что-то получше!»
Посиневший ветродуй упал на палубу. Маронда брезгливо отряхнула руки и вдруг дернулась от боли. Боль казалась несильной. Волшебница подумала, что наткнулась на торчащий гвоздь или щепку, но встретилась глазами с антимагом. Правую руку всё так же связывал канат. В левой он держал дротик с каким-то зельем.
Второй такой же торчал у Маронды в бедре. Магические барьеры не спасают от оружия, обработанного зельями по рецептам ассасинов-антимагов.
Чародейка подняла юбку и бросилась бежать обратно на «Око Бури».
— Лаэрт! — заорала она на ходу. Голос предательски сорвался. — Лаэрт! Выключай шарманку! Меня подстрелили.
— Что? — испугалась Брисигида. — Как подстрелили? А барьер?
— Антимаг, — коротко бросила старуха, силясь отдышаться. — Данатосу нужна помощь.
— Присмотрите за Брисигидой, — попросил Лаэрт. Он обращался к Кистеню и Ринне, стоявшей на капитанском мостике.
— Я присмотрю, — кивнул Кистень. — Девочке пора забраться повыше.
— Девочка и здесь неплохо справляется, — поджала губы Ринна. — Но ты прав, старик. Ветродуй еще жив?
Маронда поежилась. Лаэрт как раз закрыл глаза и прервал поток силы. Она тут же стала зябнуть, хотя и так лишилась магии на какое-то время из-за дротика ассасина.
— Нет, — ответила она. — С этим все кончено.
— Тогда проблем не будет, — уверенно заявила Рин и ловко полезла по канатам и рангоуту наверх, на марсовую площадку.
* * *
Лаэрт перемахнул через фальшборт и прыжками пробирался между дерущихся моряков. Защитное заклятие Брисигиды висело и на нем, но против антимага оно не поможет. Зато оно оберегало его от мушкетных выстрелов. Команда «Ока Бури» почти не пользовалась огнестрельным оружием — только канониры и Ранжисона могли похвалиться богатым арсеналом. Зато противостоящие им пираты Беора уже успели расстрелять все свои запасы пороха.
Данатоса нигде не было видно. «Странно. Такой туше едва ли можно спрятаться на корабле, — забеспокоился Лаэрт. — Разве что…» Он быстро понял, что произошло. Рядом с упавшей мачтой сражался ассасин в черно-белом — сразу с шестью противниками. В одном из них он узнал темнокожего гиганта с белыми татуировками, Ранжисону. В одной руке сардан держал тяжелый мушкет незнакомой Лаэрту конструкции, в другой — огромный серповидный клинок. Клинком Ранжисона атаковал антимага, а мушкетом пытался бить, как дубинкой — судя по всему, он уже сделал выстрел и теперь не мог найти момент для перезарядки.
Лаэрт на ходу скинул из рукава в ладонь метательный клинок и бросил его в антимага. Ассасин перехватил его полой короткого плаща. Он улучил момент и выстрелил Ранжисоне под колено из маленького пистоля. Сардан упал, перекатился и встал в нескольких метрах от него. Он выронил свой мушкет и теперь отступал под натиском узкого клинка. Остальные пятеро, которые пытались достать ассасина, уже не могли сражаться. Лаэрт мог только надеяться, что кто-то из них еще жив и просто без сознания.
— Ранжисона, в сторону! — рявкнул агент, доставая из второго рукава еще один кинжал.
Сардан отшатнулся и бросился на землю ничком. Кинжал свистнул над плечом антимага у самого уха и сдернул с того капюшон. На лице ассасина промелькнуло удивление. Лаэрт подскочил к нему, уклонился от удара и рубанул карабелой снизу вверх, метя в подмышку. Антимаг вывернулся, достал из хитрой кобуры небольшой пистоль и прицелился в Лаэрта. Он успел подбить руку антимага с зажатым оружием и нанес удар сверху. Противник отпрыгнул, перекатился и снял со спины тяжелый капсюльный револьвер.
— Такого даже у меня на вооружении не было, — присвистнул Лаэрт. — Дашь погонять?
Вместо ответа ассасин выстрелил. Лаэрту пришлось приближаться к нему дикими прыжками по зигзагообразной траектории. Антимаг палил по нему гораздо чаще, чем любой другой стрелок. Наконец агент кувырком выкатился к нему, поднялся и махнул антимагу по ногам. Тому снова пришлось достать клинок.