Мертвая вода (СИ)

Что он и проделал, едва приняв моряков из шлюпок на борт.
* * *
Почти два десятка кристаллических датчиков зависли в разномастных сосудах с дистиллированной водой. Процесс дистилляции Феликса вспоминала матерясь и сквозь зубы, но необходимое оборудование все-таки удалось воспроизвести.
Теперь вода служила для считывания информации с кристаллов, побывавших в тумане и водах проклятого архипелага. Над каждым сосудом Феликса и Маронда установили маленькие зеркала: походные, собранные у всех девушек с борта «Ока Бури», одолженные у тех моряков, кто привык бриться, даже драгоценные, извлеченные из сокровищницы в трюме.
— Скучаю по лаборатории, — бросила Маронда, глядя на клубящийся над кружками, плошками и котелками разноцветный туман. — По серебряным уловителям… тонкостенным колбам…
Феликса покосилась на нее и приподняла бровь.
— Да, я по-прежнему недолюбливаю алхимию, — отреагировала старуха. — Но сейчас-то у нас другая задача.
— Да. Другая. Только я уже не уверена, что она нам по силам.
— А ты изучала демонологию? — поинтересовалась Брисигида. Жречество немало времени уделяло изучению всех существующих и существовавших темных тварей, которые могут угрожать человеку, в том числе, конечно, демонов.
— Ну так, поверхностно…
— Поверхностно по твоим меркам или по общепринятым? — хмыкнула жрица.
— В смысле по моим? — возмутилась Феликса.
Маронда и Брисигида переглянулись и почти одновременно рассмеялись.
— Можешь не сомневаться, ее величество императрица — практически демонолог, — съехидничала старушка. — Поверхностно — значит, она изучала только теорию и только в рамках общих пособий по работе с астральным планом.
— В таком случае, учитывая, что специализированные пособия в нашей стране уничтожаются, — улыбнулась Брисигида, — ты скорее всего изучила всю доступную теорию.
Феликса поджала губы.
— Ну а если и так? Если бы я сказала, что прекрасно ориентируюсь в вопросе, ты бы возмущалась, какая я несносная всезнайка, — проворчала чародейка, — как все мои однокурсники…
Маронда вздохнула и посмотрела на нее искоса.
— Вот уж не думала, что тебе было дело до того, что говорят о тебе твои ровесники.
— Может, и было.
Все трое некоторое время молчали, глядя как цветной дым курсирует между водой и зеркалами. Наконец дым иссяк, и они пошли снимать зеркальные уловители.
— Поздравляю вас, дамы, — дрогнувшим голосом выговорила Феликса.
— Матерь Триединая, — выдохнула Брисигида. — Это же сигнатура Древнего!
— Древней, — машинально поправила Фель, — лепестки на вихрях вовнутрь…
Маронда хохотнула.
— «Поверхностный» магистр поправляет углубленно изучавшую демонологию жрицу, картина маслом… М-да. Мало того, что Древняя. Тип видите?
— Суккуб, — хором ответили жрица и чародейка, разглядывая отпечатанную на зеркалах сигнатуру. Брисигида продолжила: — Да еще и в собственной плоти. Получается, что туман — не атакующая мера, а защитная… как теплица для растения. Кусочек астрального микроклимата. Но ей все равно нужна подпитка.
— Мы все знаем, чем она питается, — поморщилась Феликса. — Отвратительно.
Брисигида тяжело опустилась на одну из импровизированных лавок из поваленного ствола. Она выглядела так, будто ее только что ударила молния — и она выжила.
— Невероятно. Ты была права! — Она закусила ноготь большого пальца и продолжила рассуждать, быстро и лихорадочно, глядя в никуда. — По какой еще причине Древняя могла остаться среди людей?
— Она одна из Хранителей Пути, очевидно… — согласилась Маронда. — Без нее до Острова Жизни никогда не добраться.
— Но как договориться с таким существом? — всплеснула руками жрица. — Не жертву же ей приносить…
— Нет, — прервала ее Феликса. — Я думаю, такое мощное хаотичное существо могли сделать хранителем только ради испытания. Если приносить ей жертвы или душу обменять — попадешь к ней в плен, а пути не найдешь.
Брисигида покачала головой, и ее губы едва дрогнули в странной улыбке.
— Никак не привыкну к мысли, что мы отправляемся искать легенду. Даже в Арделорее в Остров Жизни верит не каждый.
 
— Подумаешь, — Феликса пожала плечами. — В Кузуре уже забыли, что слово нимфа не всегда обозначало прелестную юную девушку.
— А Ринна, возможно, последний человек, кто помнит слово «хольда», — поддержала ее Маронда. — Я думала, что хоть ты к моему пророчеству относишься серьезно…
Она тут же зажала рот обеими ладонями.
— Твое пророчество, — отчеканила Феликса. — Ты передала его мне, но никогда не говорила, что ты — автор.
Маронда скрестила руки на груди, готовясь защищаться от нападок ученицы, как она делала это в Академии. Феликса вздохнула, увидев знакомый жест, и осадила себя. В груди клокотало, в висках билась чудовищная пульсация, но она начала вдыхать и выдыхать, пока клокочущий ком не ослаб.
— Не понимаю, какие у тебя могли быть причины скрывать от меня, что ты оракул. Что ты предрекла не то апокалипсис от моих рук, не то мою изощренную смерть, — выговорила она наконец. — Но какие-то были наверняка. Ха! Я могла бы и догадаться после твоих выкрутасов с башней.
Старая волшебница опустила руки, посмотрела на ученицу, слегка наклонив голову, и широко улыбнулась.
— Да уж, — насмешливо проворчала она. — Могла бы.
Она присела на лавку рядом с Брисигидой. Феликса села по другую сторону. Брисигида деликатно коснулась ее плеча и ободряюще улыбнулась. «Кажется, заметила, — поняла Феликса. — Заметила, что я успела разозлиться».
— Ладно, дамы! — сказала Маронда спустя пару минут. — Пора приниматься за работу. Теперь, когда мы знаем зверя, можем точить рогатину и готовить капкан. Благо материала достаточно. Узнала императорскую сокровищницу в сворованном добре?
Феликса кивнула.
— Гномы Драконьих островов не продавали свои работы абы кому. Я видела ожерелье… — Феликса коротко рассказала о колье, которое ей предлагал Мордред. — Многие сундуки имеют замки, которые даже мне непросто раскусить, магические преграды. Я смогла открыть примерно половину, или, скорее, немногим меньше половины.
— Хорошо, что ты теперь императрица, — буркнула Маронда, — а то пошла бы под трибунал за взлом императорского имущества.
У Феликсы резко вытянулось лицо.
— Я овца, — призналась она. — Магические печати настроены на официальный титул, то есть его обладателя. Если указ подписан рукой Леветира, это перенастроило все магические печати на мои показатели. Я могу открыть их, просто коснувшись пальцем.
— Вот почему новый правитель вывез эти сундуки, — догадалась Брисигида. — Надеялся найти мага, который рискнет здоровьем и попробует их вскрыть.
— Ага, здоровьем, — Маронда покрутила пальцем у виска. — Жизнью, не меньше! А что из этой сокровищницы нам может пригодиться?
— Почти ничего, — Брис развела руками. — Нас в первую очередь интересуют камни, так или иначе символизирующие кровь, предпочтительно полудрагоценные…
— Но драгоценные лучше накапливают магичекую энергию, — нахмурилась Феликса.
Брисигида покачала головой.
— Нам не нужно вкладывать много энергии, — пояснила она. — Многие маги исходят из этого, когда делают защитные амулеты от астральных сущностей. Но это ошибка, которая часто стоит им свободы воли, а потом и жизни. Я видела таких, когда меня отправляли с братом и Лаэртом…
Маронда взглянула на нее и тут же опустила глаза.
— Слишком уж долго ты ходила в послушницах, — едва слышно проворчала волшебница. — Вот и попала на грязную работу.
— Работа как работа, — Брисигида вздернула подбородок. — В императорские советницы я все равно никогда не годилась.
 
— Правильно, — проскрипела Маронда, глубоко нагнув голову, — не годилась. И сейчас не годишься. Тебе предназначалось более почетное занятие. С которой твоя предшественница, говорят, не справилась катастрофически.
— Ты о чем? — перебила ее Феликса. — Какая работа?