Осколки наших жизней (СИ)

― Подожди-ка, милая, ― Воис встал и одним быстрым движением освободился от остатков одежды. Его эрегированный член слегка подрагивал, а из маленького отверстия просачивалась жидкость.
На меня смотрели горящие карие глаза. Мужчина, облизывая тонкие, покрасневшие от моих поцелуев, губы, одной рукой обхватил свой член и стал проводить по нему верх-вниз. Он не торопился овладеть мной, ему доставляло удовольствие смотреть за моими движениями. Я приняла удобное положение на кровати, раздвинув шире ноги, покружила пальцами вокруг клитора, распределяя влагу.
― Мы еще кого-то ждем? ― томно спросила я, видя, как мой партнер, увлекшись любованием, не спешил переходить к действиям. ― Если да, тогда может мне стоит развлечь себя самой? ― мой палец раздвинул складки и вошел глубоко внутрь. Приоткрыв рот, я шумно выдохнула.
― Ну, уж нет. Этим я делиться не намерен, ― Воис вновь вернулся на кровать, резким движением подвинул меня за ноги ближе к себе и, не мешкая ни секунды, вошел.
― Ах! ― глубоко вздохнула я, запрокинув голову назад и выгнув спину.
Мои бедра подались вперед, под быстрыми и резкими толчками мужчины мое тело напряглось, а грудь стала трястись в такт его движениям. Мои глаза были закрыты, я получала наслаждение от каждого проникновения Воиса, от его грязных слов, которые он шептал мне на ухо, от его горячих поцелуев, оставленных на моих грудях и шее, от его укусов, которыми он метил мой живот, от сильных рук, от твердого пресса. Наши тела слились воедино, пот струился по моему лбу, по его шее, загорелым плечам и груди. Я жадно слизывала с него эти солоноватые капли и царапала спину. Языки вели друг с другом ожесточенную борьбу. Мои стоны, его глубокое дыхание. Я сверху, качаюсь на его бедрах, трусь своим клитором о его пах, ощущая его глубоко внутри. Он сзади, вжимается в меня все сильнее и жестче. Он опять сверху, переплетает наши пальцы и губы. Я чувствую его запах: дым и дерево. Вот его темные глаза, полные благоговения и восхищения. Я готова уже полностью раствориться в этом чувстве и рассыпаться на миллионы невидимых пылинок, которые так старательно смахивал со своего плеча сегодня Тэктос.
Тэктос.
Пылинки.
Они с Иби меня спасли.
Прилив.
И тут в моем сознании, словно гром среди ясного неба, возникли слова:
«Тебе стоит эти пару дней быть осторожной и контролировать свои эмоции, во многом Прилив зависит от них».
Возбуждение пропало за секунду, его сменил страх и нервозность. Мне больше не приносили удовольствия горячие губы Воиса и его уверенные толчки. Мне хотелось, чтобы он слез с меня, закончил все это, как можно скорее. Почувствовав перемену во мне, мужчина замедлился:
― Что-то не так?
Все не так.
― Я не знаю.
― У тебя опять началась головная боль?
Нет. Ты бы это заметил сразу.
― Да, начинается, ― я притворно сморщилась, будто бы мне становится больно.
― Я почти все, милая, потерпи, ― он продолжил в меня яростно толкаться, наращивая темп.
Я почувствовала свербящую боль в висках, на самом деле.
Нет!
Нет!
Нет!
Только не сейчас!
― Воис, остановись, ― прошептала я.
― Я почти закончил, ― прохрипел он, продолжая движение.
― Перестань, ― уже громче потребовала я, понимая, что в глазах темнеет, но точно не от удовольствия.
Я стала отталкивать парня от себя руками. Честно признать, я бы могла одним легким движением отшвырнуть от себя Воиса к самой стене. Он вылетел бы из меня быстрее, чем сперма из его члена, но мне не хотелось так поступать с ним. Он не виноват в том, что со мной происходит.
Блядь, чертов Тэктос! Даже заняться сексом нормально не дал! Я его знаю один день, а он меня уже бесит!
Совершив еще два коротких движения вперед-назад, Воис затрясся, крепче стиснул меня в объятиях, громко вскрикнул и обессиленно опустился на меня. Его голова покоилась на моей груди, и он не торопился из меня выходить. Мое дыхание стало успокаиваться, а зудящая боль понемногу отступать.
― Мне жаль, что у тебя не получилось сегодня, ― прошелестел Воис, поцеловав меня в грудь.
 
― Все в порядке. Ты все делал хорошо, ― похвалила его я.
Легонько оттолкнув парня, я встала с кровати.
― Ты куда?
― В купальню.
― Даже не полежишь немного со мной.
От удивления я даже повернулась к нему.
― Я никогда и не лежала с тобой. Обычно, мы сразу расходились после секса.
― Может, пора изменить нашу традицию? ― коварно улыбнулся он, поднимаясь с постели и подходя ко мне.
Ради, Нафисьерры, Воис! Что за чушь?!
― Старая традиция меня вполне устраивала, ― я улыбнулась ему, чмокнула в щеку и развернулась, чтобы выйти.
― Ты меня любишь? ― голос Воиса звучал спокойно.
Я обернулась к нему. За окном стало смеркаться, и от этого загорелая кожа мужчины выглядела еще прекраснее, его глаза горели. На худощавом, но сухом и мускулистом теле блестел пот. Он действительно был красив. Но всего этого было недостаточно, чтобы ответить ему «да».
― Ты мой лучший друг, Воис, так что да, я тебя люблю.
Не в том смысле, в котором он спрашивал, конечно, но никто не уточнял.
― Я не говорю о нашей дружбе! ― словно прочитав мои мысли, выдал он. ― Я говорю о твоих чувствах ко мне, как к мужчине. Мы вместе уже шесть лет, разве это не говорит о многом?
― Да, это говорит о том, что мы уже шесть лет хотим друг друга, и успешно удовлетворяем это желание.
― Ламара, хватит! Ты прекрасно знаешь, о чем я тебя спрашиваю! Ответь мне прямо!
― Я не люблю тебя, ― не раздумывая ни секунды, ответила я. ― Между нами просто секс. Я любила тебя, когда мне было тринадцать-семнадцать лет, но сейчас этого нет.
― Я тебя услышал, ― холодно ответил он, подхватив свои брюки и натянув на себя.
― Что-то не так, Воис? С чего у нас пошли разговоры о любви?
― С того, что я так больше не могу.
Все еще нагая, я рассмеялась, даже не потрудившись прикрыть себя хоть чем-то.
― Еще пару таких фраз, и я начну думать, что ты в меня влюбился.
Воис смерил меня суровым взглядом. Улыбка исчезла с моего лица.
― Ну, нет. Давай завязывай с этим. Не порть между нами ничего!
― Все испортилось еще шесть лет назад, Ламара, когда я впервые тебя поцеловал! ― со злостью выпалил парень.
― Ну, так бы и не целовал, в чем проблема?! ― взорвалась я. ― Я, что, упрашивала тебя.
Ноздри Воиса раздувались от бешенства.
― Я лучше пойду отсюда, ― спокойно произнес он, надевая рубашку.
― Как пожелаешь.
― Больше между нами ничего такого не будет.
В глубине души я даже почувствовала облегчение. Рано или поздно это должно было закончиться, и я рада, что у него хватило смелости об этом заявить первым.
― Это твое решение, Воис. Может, действительно так будет лучше, ― он молча прошел мимо меня. Практически скрывшись за дверью, я услышала тихое: ― Прости меня за все. Прощай.
Мое сердце больно сжалось. Мне захотелось побежать за ним, остановить, обнять и попросить не оставлять меня, но я не могла так эгоистично поступить с человеком, которым дорожу. Давно было понятно, что у меня с Воисом будут разные дороги. Сегодня я его отпустила, а он отпустил меня.
Взяв чистое полотенце, я пошла в купальню. Я просидела там, в горячей воде почти час, предаваясь безудержным рыданиям. Я не понимала, что именно я оплакиваю: мой разрыв с Воисом, нашу потерянную дружбу или мои предположительно появившиеся магические способности.
«Она маг, Иби. Сильный маг» ― вспомнила я.
― Ой, да пошел ты на хер, Тэктос! Пошел ты на хер! ― разозлившись, я со всей дури шлепнула по водной глади, и окатила себя водой.
― Лами, ты в порядке? ― в дверном проеме появилась Иби.
― Да, ― ответила я, вытирая свое лицо полотенцем.
― Воис приходил?
― Да.
― О, и как все прошло? ― воодушевленно спросила сестра.
― Мы порвали с ним.
― Ох… Мне так жаль, Лами, ― сестра наклонилась и приобняла меня за шею.