"Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Ты все мои мысли читаешь? Впрочем, неважно. Да, буду рад любой помощи.
— Тот-кто-звался-Сиятельным открыл четыре витка спирали сущности. Его тело может использовать естественный тип гармонизации. Двуживущий может пожелать заложить образ Сиятельного в естественную для его тела технику гармонизации, тем самым решив вопрос с уникальностью своей личности.
— Так просто? И никаких подводных камней?
— Действует запрет на распространение информации о данном типе гармонизации.
— Пожалуй, я откажусь. Будет интересно повоевать с системой убеждений Сиятельного на моем игровом поле. Мне нравятся его поступки, но претит его бескорыстие. Люди не ценят то, что получили просто так.
— Да будет так. Естественный тип гармонизации будет доступен двуживущему как новому владельцу тела.
Другого решения я все равно не видел. Становиться фанатом своего дела, как Сиятельный, — все равно что второй раз пойти на духовное самоубийство. Не-не-не! Это моя жизнь, и только я ей буду управлять.
Потихоньку, день за днем, я становился более зрелой версией Сиятельного. Кто я? Анжи Ганет, уже взрослый парень, проживший всю сознательную жизнь на полях виртуальных сражений. Мечи, магия, подземелья, целая эпоха разрушений и завоеваний. И вместе с тем я Адрок Халдери, подросток, прошедший непростой путь от жителя Сирии до становления символом надежды. Пора! Все проблемы с телом решены.
Сиятельный Анжи Ганет скоро вернется на Землю!
Джон Голд
Следы Сиятельного. Книга вторая. Белоцветье.
Пролог.
Пролог.
Сейчас мне страшно. Я прошел сквозь ад, заставляя его обитателей содрогаться от ужаса от упоминании моего имени. Покорил земли мертвых, обитель оживших ночных кошмаров и дважды встречаясь с их хозяином. За относительно короткую жизнь, от моей руки пало так много разумных, что ими можно населить целую страну. Я сам трижды был краю смерти, так и не пережив четвертый. Наверное, в совокупности весь этот жизненный опыт помог мне осознать, что именно сейчас произошло.
Вокруг абсолютная тьма, без звуков и запахов. Впереди за столом сидит нечто внешне выглядящее, как образ мужчины с едва заметной серебристой аурой. Нейтральное спокойное выражение лица с легким намеком на безразличие. У него впереди вечность, ибо передо мной не человек. На ум приходит только термин Апостол. Я утратил свое физическое тело и эфирное тело, став просто душой, висящей перед ним.
Не знаю, как именно я умер, встав с того проклятого инвалидного кресла в обители Фаркопа. Сейчас это уже не важно. Все равны перед смертью. Нет смысла в деньгах, красивой внешности и репутации, когда тебя уже похоронили на кладбище. Я мертв. Наверное, только моя близость со смертью, позволяет мне понять все до того, как будет задан первый вопрос. Нечто шепчет мне, что есть право всего на три и каждый из них, будет стоить мне частички себя старого.
Апостол терпеливо ждет. Ему некуда торопится, находясь в этом странном месте. Вокруг только тьма и мы вдвоем.
- Почему я здесь и мне даровано право разговаривать с вами?
Все тот же шепот, говорит о том, что я не стою и дорожной пыли, под ногами существа подобного ранга. Боги не играют в человеческие игры.
Мужчина оперся головой на руку, приняв позу мыслителя.
- Дитя, в нижнем мире Земли, ты был единственным кому за всю его короткую историю, должны были боги, а не он им. Пантеону богов Карна требовалось место, населенный город полный эманациями веры, ставший в итоге святой землей. Лос-Анжелес, был одной из трех культурно-религиозных столиц мира. Имя Сиятельный, доставшееся тебе по наследству, передавалось из уст в уста до самого прихода Океана Хаоса. Ты пробыл в обители Фаркопа двадцать два года, дитя. И стоило тебе покинуть его темницу, как ты мгновенно умер, растворившись в водах Океана Хаоса. Однако законы кармы нерушимы, даже перед лицом богов. Любой долг кармы должен быть перекрыт равным делом. Наша встреча, это плата за твои деяния и высший из возможных даров для простого смертного.
Прошло больше двадцати лет… Значит земляне уже переселились в мир Карна, последовав за Обществом Первых Людей. Все это уже не имеет значение. Единственное, что важно, это нынешняя беседа с Апостолом от пантеона богов Карна. Сама встреча, с ее многочисленными ограничениями, происходит не потому, что они хотели мне что-то рассказать, а из-за долга кармы и некоего встречного предложения, до которого я должен сам додуматься. Второе, и есть тот самый величайший из возможных даров для простого смертного. Другими словами, есть некий выбор.
Можно потратить право на второй вопрос, ценой еще большей утраты себя. Или сделать выбор, озвучив свои пожелания к тому, что я хотел бы получить в будущем.
- Мистер, из того что вы предложите, я выберу тот вариант, в котором будет возможность заниматься магией. Пусть не сразу, но шанс должен быть.
Чувствую, как потратил право на второй вопрос своей просьбой. Моя душа страдает от утраты осколка самой себя. Ах да… это последнее, о чем я могу попросить.
- … тогда пусть третьей моей просьбой будет, осознанность в новой жизни. Я не хочу, как в прошлый раз, потратить впустую отпущенное мне время, работая на людей, которых не знаю. И делая вещи, которые не люблю. На краю смерти, это два моих величайших сожаления. От всего сердца, от всего, чем когда являлся Анжи Ганет и Сиятельный, я прошу посвятить мою душу магии.
Пару мгновений Апостол медлил с ответом.
- Ты просишь о трех вещах, дитя. Не держи на нас зла, за то, что сразу после рождения, нам придется взыскать с тебя образовавшийся долг кармы. – он встал из-за стола – Я Авиур Тенеций, младший Апостол бога Карденона, путеводителя между жизнью и смертью, признаю благочестие твоих желаний. Если в поисках магии, ты сможешь достичь материковой части Карна, посети собор Совета Церквей. Я дарую тебе право вспомнить, кем ты был в прошлой жизни… Анжи, сын Персеи ДеБран, “Ока Хаоса” и Терцио Ганета, по прозвищу “Белоцветье”.
Часть первая. Глава 1. Нареченный.
Часть первая. Два пути к свободе.
Глава 1. Нареченный.
Знаю, в это невозможно поверить, но я осознал себя, как разумное существо еще находясь в утробе матери. Тяжелый выдался период для нас двоих! Она куда-то носилась, что-то делала, постоянно плакала, а я болтался в околоплодных водах, слушая ее приглушенные стоны. Ни вкуса, ни запахов, ни осязания, ни зрения! Ты просто висишь в состояние абсолютной расслабленности, не понимая, где заканчивается твое тело и начинается мир за его пределами. Пробудившееся сознание ухватилось за щекочущее чувство маны и начало с ним играться.
Сразу после рождения, меня разлучили с матерью, отправив в учреждение с точно такими же ничего не знающими о внешнем мире детьми. Ясли! А днем позже, во время церемонии наречения, священник с головой пса-добермана дал мне имя Лоан, в честь первого дня и первого месяца в году. Псоглавы, далеко не самые плохие рабовладельцы. Игривые и кровожадные мурмурианцы, вечно спокойные флораны, хищные ящеры лингри, глуппые кобальды, воинственные орки, хаотичные гоблины. В мире Карна обитает много удивительных созданий. Про драконов, обычно говорят только плохое. Про эльфов из Альфхейма возвышенное. Про гномов, вечно странное и нецензурное. Как может одна раса быть лучшими мастеровыми и заядлыми алкоголиками одновременно?
В младенчестве, когда другие дети, ползая по полу яслей, пробовали все на вкус, заталкивая игрушки в рот и нос, я насыщал их маной, а потом щупал, трогал, нюхал, стучал ими о стену. Мана повсюду! Если человек сильный, в его теле больше маны, чем в других. Через больные тела, она течет неправильно, местами искажаясь. Ветхие стены, крысы под полом, артефакты и ядра монстров. Провода электропроводки в стене. Благодаря экстраординарной чувствительности к мане, мне открылся удивительный мир, который другие люди почти не замечали!