"Фантастика 2024-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
При первой попытке штурма силами спецназа силы правопорядка были уничтожены более чем на 95%. Во время второго штурма солдат из национальной гвардии перебили, не дав подойти близко к стенам стадиона. Потом та же участь постигла танковый батальон Лос-Анджелеса, так и не доехавший до места событий. Никто не думал, что террористы будут иметь воздушное преимущество на территории США, атаковав столь дерзко.
На фоне этих событий шли переговоры между «Храмом Душ» и Белым Домом. Террористы требовали ухода президента с его поста и отказа правящей партии от дальнейших посягательств на власть. На девятнадцатом часу, после казни четырех тысяч заложников, террористы, не выдержав давления, взорвали все ошейники смертников, покинув стадион через подземный тоннель.
Прайс нарисовал на доске хронологическую линию событий.
— Такова официальная версия, Прайс. Наша задача — найти этих ублюдков. Прошло уже две недели, а мы, черт возьми, топчемся на месте. Есть новости от криминалистов? Баллистиков? Службы георазведки?
— Торес, не грызи мой мозг! Мне и жены хватает. Она меня за все это время видела всего два раза. И не делай такое лицо! Я люблю свою жену! Баллистики говорят то же, что в и прошлый раз. Патроны нестандартные, калибр около 10 мм, состав металлов не дал никаких зацепок. Гильз, сама понимаешь, нет. Образцов захваченного оружия тоже нет, но уже готова копия из пластика, напечатанная в научном отделе. Фрагмент экзоскелетной брони, полученной от подбитого танком бойца в северном вестибюле, показал, что сама броня превосходит все известные в мире разработки. Сплав самой рамы экзоскелета тоже вызвал восхищение в лаборатории. Состав известен, но как его сделали, никто не знает.
Торес устало потерла руками лицо.
— Санта-Мария! Как меня достала эта неизвестность! Команда Джозе Унико из ЦРУ считает, что мы ищем каких-то призраков. О деятельности наемников, известных как «Храм Душ», никто никогда не слышал. Кто они? Частная военная компания или террористическая организация? Мы не знаем их лиц, мотивов поведения, национальности и религиозных взглядов. Черт, мы сражаемся с врагом, о котором ничего не известно! Был бы хоть один свидетель! Один выживший в той мясорубке со стадиона, и мы могли бы пролить свет на картину событий. Куда увели двести отобранных заложников? Их трупов, не считая парочки, так и не нашли.
Указав на карту стадиона, Прайс дополнил:
— Подземный тоннель, по которому они уходили, продолжают расчищать. Нам достоверно известно, что они эвакуировались через тоннели метро, через которые ранее попали на стадион. Где именно они вышли на поверхность после этого? Следы ведут в разные стороны. Камеры ничего не показывают. Уже понятно, что их взломали задолго до теракта.
— Дайте мне рычаг, и я переверну весь мир. Нам нужна путеводная нить в этом лабиринте. Кто они? Куда ушли? Каковы цели теракта?
***
# 1-е сутки после теракта / 76 дней до события Точки Ноль (посещения хосписа)
Адрок Халдери, двадцать один год.
Помню день, когда все в моей жизни в очередной раз встало с ног на голову. Это было уже после того, как я сбежал со стадиона, никому об этом не рассказав. Хочешь выжить, будешь молчать и не о таком. А там творилось такое, что даже моя психологическая устойчивость полетела к чертям. Я видел смерть и раньше, в детстве, во время расстрела соседей в Сирии. Потом на улицах осажденного города, когда искали гуманитарную помощь от Красного Креста. На самой границе и по другую ее сторону после неудачных допросов. Казни проводились по законам военного времени. Я многое видел за те полгода. Многое, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что творилось на стадионе.
Ощущение сразу после пробуждения было странным. Открываешь глаза и понимаешь, что часть тебя умерла там, на стадионе. Психологическая невинность? Скорлупа мирной жизни последних семи лет? Вместо горечи утраты, наоборот, ощущал странную переполненность и жар. Навалилось чувство безысходности перед всеми теми событиями, что происходили в моей жизни за последние шесть месяцев. Отец, боровшийся с раком легких четыре года, сказал на днях, что ему осталось жить меньше трех месяцев. Потом знакомство с Ричардом и его отцом в одной из больниц, когда я отвозил своего на лечение. Сублимацию, эффект наложения одного на другое в полной мере я ощутил именно этим утром. Что делать в череде ситуаций, в которых ты осознаешь все грани собственного бессилия? Стадион, стадион, чертов стадион…
Я проснулся поздно вечером пятого июня, слушая, как с кухни пансионата, в котором я жил, доносился голос диктора с новостного канала. Спал меньше шести часов. Захват стадиона начался вчера и закончился только сегодня. Миссис Шепард, хозяйка нашего заведения, включила свой ноутбук на полную громкость, чтобы все, кто был на кухне, могли слышать последние новости с места событий. Передавали сводки погибших, опознанных по документам, непрерывно крутя прямой эфир с кадрами, снятыми с вертолета над стадионом. Его крыша обрушилась от последнего, самого мощного взрыва, ухудшая условия для поисковых работ спасателей. Как я и боялся, ни одного живого человека до сих пор не нашли. Сублимация, эффект наложения действий «Храма Душ» и последнего взрыва, вызванного, по их словам, правительством, отказавшимся идти на сотрудничество. Я опять думал об этом?! Да, я, кажется, не в себе. Шок еще не прошел полностью.
Я жил в пансионате миссис Шепард при биотехнологическом колледже Лос-Анджелеса, в северо-восточном округе. В крыле для парней обитало всего шесть человек, и еще четыре комнаты пустовали. В крыле девушек восемь комнат заняты.
Проснулся поздно, ближе к полуночи. Все тело болело, желудок урчал от голода, а голова спросонья и от сильного недосыпа соображала крайне туго. В полуметре над моей кроватью завис почти прозрачный кубик чего-то неизвестного. Я попытался отмахнуться от этой штуки, но стоило к ней прикоснуться, как она превратилась в подобие геля, намертво окутав кисть правой руки. Сон как рукой сняло!
Мигом выскочив из кровати, я в панике тряс кистью, бормоча что-то невнятное с вставками мата через слово. Не хватало мне еще руку дома потерять! Непонятная субстанция перетекла с кисти на запястье, приняв форму сплошного браслета с семью гранями. Прозрачный цвет сменился на кислотно-зеленый, потом на коричневый, остановившись на матово-черном. Над одной из граней выскочило трехмерное голографическое изображение с текстом.
«Регистрация нового CARD-браслета в инфополе планеты. Серийный номер устройства WHI-0-0-1227. Присвоен уникальный номер пользователя HU04856. Режим работы… пионер, автономный, отсутствует планетарное подключение к инфосети. Обнаружен пакет технологических карт [Пионер]. Ранг доступа пользователя — личный, гражданский, расширенный. Статус — доступны Помощники, Сборщик сырья, Вербовщик».
«Синхронизация с мировым временем по точке бифуркации пространства… Интерпретация данных в планетарном исчислении времени. До оптимальной точки слияния 4152:42:10… 09… 08… 07…»
«Стадия Ноль, Адаптация. Задача пользователя: ознакомление с возможностями CARD-устройства. Время на прохождение стадии 79:58:52…51…»
«Внимание! Низкий запас энергии. Текущий показатель 0,01/1000 Ам».
Пока крутил запястьем и так и сяк, понял, что голограмма интерфейса управления менялась в соответствии с тем, какой из семи граней поверхности он повернут вверх. В зеркале эта трехмерная голограмма тоже отражалась, а значит, видна всем, а не только мне. Семь граней — это семь проецируемых экранов с разной информацией. На первом были Системные Сообщения. На втором — Активные Устройства с двумя шкалами наверху 0/8 и 0/5. На третьем — Личное Хранилище емкостью в сотню килограмм, которое сейчас было абсолютно пусто. На четвертом — трехмерная Карта радиусом около пяти метров от меня. На пятом — Контакты и Сообщения, тоже абсолютно пусто, что неудивительно. На шестом — Технологические Карты производства предметов. На седьмом — нервно моргающий красным Статус браслета, намекавший на недостаток энергии. Графа с ее показателем показывала 0/1000 Ам. Ткнув на нее, получил подсказку.