The Walking Dead: проклятое перерождение (СИ)
Пол явно был в смятении, он и не знал, что сказать. Судя по его лицу, его кидало из одного мнения к другому, пока он, плотно не прикусив губу, всё-таки кивнул Эдмунд.
— Спасибо, — только и сказал Эдмунд, после чего выбежал из укрытия.
— Вернись, идиот! — крикнул я ему.
Не знаю, что он задумал, но единственное, что у него сейчас выйдет — это словить шальную пулю.
Однако Эдмунд переплюнул мои ожидания, он побежал в сторону другого окна и… выпрыгнул из него.
— Пиздец, — только и произнёс я.
Я говорил, что Эдмунд вырос? Забудте, это всё тот же подросток с шилом в заднице… минуточку, это он на крыше соседнего дома?
— Охренеть, — сказал Дима, который тоже заметил Эдмунда. — Он забрался к ним на крышу!
— Но он же не справиться со всеми в одиночку, — сказала Лилия, волнуясь о нём. — Ему нужно помочь.
— Сейчас сделаем, — вдруг сказал Джеймс и повторил безумный трюк Эдмунда.
— Я… не совсем это имела виду, — немного растерянно произнесла Лилия.
Ахуеть, надеюсь, больше никто не собирается сигать со второго этажа? Ведь так?
На всякий случай я посмотрел на Оливию.
— Что? — спросила она, заметив мой взгляд.
— Ничего.
Эдмунд и Джеймс, подстрелили стрелков сквозь крышу, выпустив свои очереди вслепую. После чего оба запрыгнули внутрь через окно, уже там завязалась перестрелка, которая, правда, вскоре закончилась, и из соседнего окна уже вышел Джеймс, показывающий большой палец вверх.
После такой новости, все заметно выдохнули с облегчением. Однако Пол не терял времени и побежал туда. И как бы мне не хотелось немного посидеть и отдохнуть, я решил побежать с ним. Ну, а со мной, разумеется, побежала Оливия.
— Алина, как ты? — спросил Пол девушку, присев рядом с ней, когда тот поднялся на второй этаж этого дома.
— Нехорошо, — честно ответила ему Алина. — Всё болит.
Она потёрла ладонью левую сторону лица, которая слегка опухла от ударов, а второй рукой держалась за бок.
— Её надо отвести к Джонатану, — сказал я.
— Да, — согласился Пол. — Но прежде…
Он перевёл взгляд на Эдмунда.
— Я… скажу это всего лишь раз, и не думай, что после этого, что-то измениться, — сказал Пол Эдмунду. — Спасибо…
Брови Эдмунда слегка приподнялись в удивлении, но затем его лицо озарила счастливая улыбка. Однако уже в следующую секунду раздался выстрел, и Эдмунд упал на пол.
Глава 47: Победа со вкусом поражения
Я, Джеймс и Оливия выпустили в ублюдка, который лежал на полу, и который выстрелил в Эдмунда, целую тонну свинца. После чего подскочили к Эдмунду, над которым уже собрались остальные.
— Держись, Эдмунд! — Джеймс тут же начал оказывать первую помощь.
Эдмунд же никак не отреагировал на слова Джеймса. Он вообще ни на что не реагировал.
— Эй? — подсел ближе Пол. — Ты же не собираешься помереть? Или ты думаешь, что так всё тебе проститься?!
Ответа Пол не получил.
— Да чёрт возьми! Не смей умирать! — прокричал Пол. — Я… я же не смогу продолжить тебя ненавидеть, после такого!
— Его срочно нужно отнести к Джонатану! — не сдавался Джеймс — Или…
— Вы оба, прекратите, — немедленно остановил я их.
— Но…
— Он уже мёртв.
Может показаться, что я слишком спокоен, но на самом деле я в бешенстве. Мне хочется рвать и метать, при этом орать во всё горло. Но сейчас не время терять голову, поэтому стиснув зубы, я сдержал в себе яростный порыв и продолжил говорить:
— Пуля попал в сердце, смерть наступила мгновенно.
Взгляды всех снова устремились на Эдмунда, и теперь они заметили смертельную рану. Хотя, возможно, они её заметили и раньше, просто… не хотели в это верить и сдаваться.
Вот только сейчас, верь не верь, но единственное, что мы могли — это смотреть на лицо молодого парня, на котором до сих пор была улыбка, были открытыми. Может быть, Эдмунд даже не успел понять, что произошло.
— Как же так… — словно не до конца веря, произнесла Алина.
— Джеймс, Пол, — обратился я к парням. — Помогите мне поднять его.
Не сразу, но ребята пришли ко мне на помощь и вместе мы спустились вниз, где нас радостно встретили остальные. Но увидев, у нас на руках тело Эдмунда, улыбки на их лицах померкли.
Да, наш ад, который начался из-за нападения, наконец-то закончился, и мы можем, наконец, вернуться к заслуженному покою… вот только, как же дорого нам стоил этот покой. Ведь жизни всех кого мы потеряли не вернуть, в отличие от домов и прочего, с этой утратой нам придётся жить, до конца своих дней.
***
— Всё готово, — тихо произнёс рядом со мной Джексон.
Он был довольно мрачен, но причины у него на это были — всё-таки большинство погибших были из его группы. Помимо Клинтона и Эдмунда погибли ещё люди и единственное, что меня слабо утешало в их смертях, — то, что это были мало знакомые мне люди, с которыми я перебрасывался лишь парой слов.
Сейчас вся наша группа стояла напротив погребального костра, где мы аккуратно сложили в ряд тела наших товарищей. Всеми нами было принято решение сжечь тела, так как в наше время закапывать трупы — плохая идея.
Врагов мы, разумеется, такой чести не удостоили и просто скинули их тела яму, которую залили бензином и подожгли.
— Хорошо, — ответил я Джексону. — Поджигайте.
Джексон кивнул, после чего кинул самодельный, горящий факел на гигантский костёр с телами, и то вспыхнул моментально. И сейчас, кроме как наблюдать, как горят теля наших друзей, нам ничего не оставалось.
От этой мысли, мои пальцы самопроизвольно сложились в кулак. Меня медленно переполняла злость на себя, за свою беспомощность. Ведь я пообещал себе, что сделаю всё, что угодно, но защищу своих людей и друзей, а что в итоге?
— Ты не виноват, — справа от меня раздался ласковый голос Оливии, чьи руки нежно обхватили мой правый, сжатый до белых костяшек, кулак.
— Как раз наоборот — виноват, — не согласился я с ней. — Ведь я лидер, моя обязанность была их защитить и…
— То есть это ты их убил? — перебила меня Оливия.
От такого вопрос, я слегка впал ступор, поэтому ответил не сразу:
— Н-нет, конечно.
— Ты защитил Джозефа, Ванессу и их ребёнка, а также меня? — Оливия сразу же задала мне следующий вопрос.
— Да, — ответил я ей.
— И что, получается? — риторически спросила она меня, поэтому сразу же продолжила. — Ты выполнил свои обязательства лидера и сам ты никого из наших не убил, так почему тогда ты направляешь свою ненависть на себя, а не на тех, кто виновен в нападении?
— Я… — мне не было, что ответить, потому что Оливия была права, что я ей и сказал. — Ты права…
И вот снова Оливия меня спасла от самобичевания и помогла утешить боль. Если бы мир не рухнул, у неё была бы отличная карьера психолога. А так, я безумно рад, что она у меня есть и готова всегда мне помочь.
— Спасибо тебе, — поблагодарил я ей, и разжав кулак взял её за руку.
На что уголки губ Оливии, слегка приподнялись.
Стояли мы все у погребального костра довольно долго, так как горел он хоть и хорошо, тел было немало.
— Знаешь, — внезапно произнёс Джексон, который всё также стоял рядом со мной. — А ведь Эдмунд, словно это предвидел.
— О чём ты? — спросил я его, не понимая, что он имеет виду.
— О своей смерти, — пояснил он мне. — За день до нападения, мы как-то с ним пересеклись и разговорились. Тогда он мне рассказал о своём прошлом до конца света, словно хотел исповедоваться.
— Просто совпадение, — высказал я свою точку зрения. — Сомневаюсь, что Эдмунд предвидел свою смерть. Просто он устал нести тяжесть вины за смерть Нолана, вот и решил хоть немного её облегчит, поговорив с тобой о своём прошлом.
— Скорее всего, — согласился со мной Джексон. — Я даже после его рассказа, понял, почему он побежал за нами тогда в городок.
— Да? — удивился я. — Можешь рассказать?
Про прошлое Эдмунда я ничего не знаю, а раз он умер, то расспросить у него уже нельзя. К тому же, когда, если не сейчас спрашивать о нём, пока мы его провожаем в последний путь?