The Walking Dead: проклятое перерождение (СИ)

— Оливия!..
Та ослабила хватку и обернулась, готовясь сразу же атаковать с места. Но за спиной никого не оказалось.
Зато неожиданно Оливия почувствовала, как её талию крепко обхватили ноги Элизабет и уже в следующую секунду, перед глазами у неё всё перевернулось, и теперь уже она лежала на полу, а сверху была Элизабет.
— Ты сильная, очень сильная, — сказала Элизабет, с неровным и частым дыханием, — ей пришлось собрать немало сил, что было сложно из-за голода. — Вот только тебя можно перехитрить. Ты говорила, что хочешь доказать себе, что лучше меня, но кто сказал, будто я не буду ничего делать и позволю тебе это? Нет, наоборот, это я буду доказывать тебе, что лучше тебя, — Элизабет приблизилась к лицу Оливии, поднеся свои губы к уху девушки, и тихо прошептала ей. — Лисичка.
Затем Элизабет встала с Оливии и протянула ей руку.
— Но так уж и быть отвечу на твой вопрос, — сказала Элизабет, когда Оливия взяла её руку и поднялась. — Да, я волновалась. А теперь давай соберём то, что нашли и поедим — из-за этого мини представления, я потратила слишком много сил и сейчас упаду, если не поем.
Оливия была слегка ошарашена и удивлена, из-за быстрых, но решительных действий Элизабет, которых вчера не было, поэтому в ответ она смогла только кивнуть.
Подняв найденную Оливией еду и забрав консервы, которые оставила Элизабет, когда услышала шум, они приступили к трапезе. Поскольку девушки были очень сильно голодными, они решили съесть хотя бы часть еды уже сейчас, не обращая внимание на мерзкий и едкий запах магазина.
Сначала они ели в тишине, но в голове Элизабет появилась интересная мысль. Ей захотелось расспросить Оливию про Джейкоба, чтобы узнать, что с ним происходило эти полтора года, и насколько сильно он изменился. Нет, конечно, Элизабет понимала, что Джейкоб уже изменился, но ей хотелось узнать насколько сильно и как это произошло с ним.
— По его приказу убили ребёнка и беременную женщину! — при мысли об изменениях Джейкоба, Элизабет вспомнились слова Люка.
— Оливия, скажи, почему Джейкоб, убил друзей Люка? — спросила она Оливию.
Да, Джейкоб, уже отвечал на этот вопрос, когда его задала ему Клементина во время «экскурсии» по Эдему. Но ответом было лишь его мнение, сейчас Элизабет хотелось узнать мнение Оливии. К тому же от этой ситуации можно будет пойти дальше и разузнать от неё были ли уже… подобные ситуации до друзей Люка.
— Потому что они ранили меня, — ответила ей девушка, в своей безразличной манере. Однако во взгляде Оливии виднелся лёгкий, едва уловимый, интерес, от внезапного вопроса.
— Но это был несчастный случай, — они не хотели этого, — сказала Элизабет, вспоминая, рассказ Люка.
— Это неважно, — равнодушно ответила ей Оливия.
— Что?
— Это неважно, — повторила Оливия. — Потому что будь я на месте Джейкоба, и это его серьёзно ранили, я убила бы всех, кто к этому причастен. И мне было бы абсолютно плевать, кто это — мужчина или женщина, старик или ребёнок. Джейкоб — для меня самое дорогое на свете, и каждого, кто причинит ему серьёзный вреда, я заставлю пожалеть об этом. Если ты забыла, я готова была и тебя уничтожить, за то, что ты его ударила.
— А теперь ты этого не хочешь?
— Ты была… прощена, — ответила ей Оливия, намотав на палец, один из локонов своих серебреных волос, а вторым пальцем аккуратно провела по своим губам, явно намекая на вчерашний поцелуй.
На короткое время щёки Элизабет вспыхнули, но девушка быстро отбросила смущение.
— И всё же, это… слишком жестоко, — сказала Элизабет, покачав головой и возвращаясь к первоначальной теме. — Ведь в чём виноват ребёнок?
— Если тебе будет проще, — сказала Оливия, распутав закрученный локон волос на пальце, — то Джейкоб, не знал, что там есть ребёнок и уж тем более не знал, что там есть беременная женщина. Их смерть — непредвиденные и случайные потери. Но, Элизабет, Джейкоб, конечно, напал на них из желания отомстить, однако он также опасался повторного нападения, на группу, ведь не было известно, насколько они опасны. Джейкобу приходится делать вещи, которые некоторые в группе считают неоправданно жестокими, но он их делает исключительно ради выживания группу. Без этих действий Эдема могло бы и вовсе не существовать.
 
— То есть, помимо друзей Люка были и другие? — голос Элизабет не был удивлённым. Она опасалась, но ожидала, что Джейкоб сотворил ещё что-то.
— Были, — кивнула Оливия.
— Например?.. — не особо уверенно спросила Элизабет.
С одной стороны, она, опять же, хотела узнать, что происходила с Джейкобом всё это время без неё. Но с другой стороны, к ней начал подступать страх. Страх того, чего она может узнать.
Оливия ответила не сразу. Многие подумали бы, что девушка просто проигнорировала вопрос, но не Элизабет, которая научилась понимать и распознавать эмоции Оливии. Поэтому Элизабет видела, что та, скорее всего, думает — рассказывать или нет.
— Как-то раз в пути, — сказала Оливия, решившись всё-таки рассказать, — мы проезжали по дороге в горах. На крутом повороте, задняя часть автобуса съехала с дороги и стала свисать над склоном. Сначала все думали, как бы вытащить, если не автобус, то хотя бы людей из него, но потом вдруг появились ходячие и мы оказались в ловушке. Мы бы там погибли, если бы Джейкоб тайком не решился, скинуть автобус, чтобы освободить нам перекрытый им путь.
— И ты… не остановила его?
— Я ему помогла, — ответила Оливия, после чего подсела к Элизабет ближе, из-за чего её холодные глаза начали давить на неё. — Иначе мы бы погибли там все.
— И… — Элизабет нервно сглотнула образовавшийся ком в горле. — И… как много приходилась так поступать Джейкобу?
— Достаточно, чтобы группа смогла выжить, — расплывчато ответила Оливия. — Скажи, неужели ты перестанешь его любить, после того, как узнала, что ему приходиться делать?
— Если бы это было так просто, то вряд ли бы у нас Джейкобом, появилась крепкая связь, — ответила Элизабет, предав голосу твёрдости.
Джейкоб совершал такие поступки и при ней: например, на ферме Сент-Джонсов, он помог убить Ларри. Тогда Элизабет страшно на него разозлилась, но начать ненавидеть или перестать любить не смогла. Так что то, что ей рассказала Оливия, её огорчило, шокировало и расстроило, но не смогло оттолкнуть от мужа.
Оливия внимательно смотрела в глаза Элизабет, будто старалась разглядеть в её словах ложь. Спустя некоторое время в тишине, Оливия отступила, видимо не найдя фальши.
— Однако меня кое-что пугает больше, чем поступки Джейкоба, — сказала Элизабет.
— Что же?
— Твоё поведение, — ответила Элизабет, но увидев недоумение на лице Оливии, начала пояснять. — Из всего, что я знаю тебе, мне стало понятно, что ты слепо соглашаешься с его любыми действиями и решениям, и поддерживаешь их. И я догадываюсь почему: ты говорила, что твой брат, был для тебя целым миром, но, когда он погиб, Джейкоб заменил его тебе и стал твоим новым миром, поэтому его решения и поступки определяют картину твоего мира.
— К чему ты ведёшь?.. — хоть лицо Оливии ни капельки не изменилось, Элизабет заметила, как та сжала кулаки добела.
— К тому, что это неправильно, Оливия, — как можно спокойнее и мягче, ответила Элизабет.
На сей раз она не хотела задеть Оливию, как это была в лесу у домика. Сейчас Элизабет хотела ей помочь.
— Джейкоб не Бог, он — человек, который может ошибаться, — продолжила говорить Элизабет, всё так же мягко и спокойно. — Но у Джейкоба есть… — Элизабет ненадолго замолчала, собираясь с решимостью признать, факт, о котором ещё несколько дней назад она не могла даже, и подумать, — …мы с тобой. Наш долг, как самых близких и дорогих ему людей, помочь ему найти правильное решение, а не слепо принимать, каждое его действие.
— Но…
— Я поняла, что он делает это ради группы, — ответила Элизабет, предвидев слова Оливии. — Но скажи, что будет, если он укрепиться в этом мнении? Что он тогда сможет оправдать? И не выйдут ли такие действия уже не в пользу, а во вред группы?