Эвис: Заговорщик (СИ)

— Если судить по количеству легендарного оружия, то да… — уверенно подтвердила Вэйлька.
— Справедливости ради стоит рассмотреть и другую возможность… — буркнула Тина. — Эвисы могли поселиться в этом особняке и после них. Тем более что получить доступ к этому тайнику, как оказалось, не так уж и сложно.
Меньшица отрицательно помотала головой:
— Потомок тех, кто пришел в этот дом позже, был бы обычным человеком. А обычные люди не могут чувствовать пробуждение чужого Дара, не умеют им управлять и не превращают Дарующих в Пресветлая знает, что!
— А я всегда говорила, что Нейл особенный! — мурлыкнула Алька и провела пальчиком по рукояти чем-то приглянувшегося меча.
— Предлагаю убедиться в этом еще раз! — вдруг предложила младшая хейзеррка, вытолкала нас в большую комнату и закрыла дверь в малую. — Видишь прямоугольник? Положи на него правую ладонь, сосредоточься и «толкни» в него ощущением уверенности в том, что ты имеешь право войти в это помещение!
Я выскользнул из объятий Альки, подошел к указанному месту стены и… неожиданно для самого себя просто мысленно приказал замку открыться. А он повиновался!
— Ладонь, сосредоточение, какой-то там прямоугольник — все это ерунда! — хихикнула Тина. — Достаточно взгляда настоящего Эвиса — и открываются запертые двери…
— … возрождаются забытые легенды… — в унисон ей продолжила Найта.
— … а вам, красавицы, пора готовиться к приему! — закончил я, стягивая с себя нагрудник. Потом повесил его на место и повернулся к заулыбавшимся женщинам: — Значит, так: о том, что делать с находкой, подумаем потом. А сейчас быстренько забираем те драгоценности, которые подойдут к вашим нарядам, и идем, наконец, мыться…
…Увидев нас, подъезжающих к крыльцу, Бриел ар Маггор отодвинул в сторону какого-то парнишку в цветах Шеллов и, раскинув в сторону ручищи, рявкнул на весь Лайвен:
— Нейл, друг мой, ну наконец-то!
Я пережил звуковой удар по ушам без особых последствий, мои женщины — тоже, а большая часть тех гостей, которые находились рядом с хозяином поместья, от его густого и очень громкого баса либо шарахнулась в стороны, либо присела на месте. Мысленно посочувствовав беднягам, я осадил Черныша рядом с первой ступенькой, спешился, кинул поводья подбежавшему мальчишке, шагнул навстречу накатывающему, как строй тяжелых латников, мужчине и усмехнулся, увидев, как вытягивается его лицо:
— О-о-о!!! Поглоти меня Бездна, как же они хороши!!!
Поворачиваться я не стал. Так как прекрасно чувствовал легкое дрожание Дара и понимал, что мои женщины только что соскользнули со своих кобылок, одновременно скинули с плеч плащи и предстали перед хозяином и гостями особняка Маггор во всем своем великолепии.
Четыре роскошных платья отличались одно от другого только цветом: Майра была облачена в рубиновое, Алька — в черное с серебром, а Вэйлька с Найтой, похожие как сестры-близнецы — в бирюзовые. Но взгляд окружающих приковывали не высокие прически, не прямоугольные вырезы, выгодно подчеркивающие красоту груди, и не старинные украшения, а ножны цветов рода Эвис, открыто закрепленные на левых предплечьях.
Само собой, внимание привлекала и Тина — как закрытым платьем изумрудно-зеленого цвета, так и книжицей советника главы рода на поясе. Но она намерено шла в другом ритме и чуть-чуть в стороне. А четверка моих супруг двигалась слитно, потрясая окружающих еще и этим.
В общем, формальное приветствие главе рода Маггор я озвучил в мертвой тишине. И только тогда, когда Майра заняла место за одним моим плечом, Тина — за вторым, а троица мелких выстроилась за ними. А когда закончил, врезал кулаком по правой половине груди, чтобы порадовать хозяина дома воинским приветствием и, заодно, прервать всеобщее оцепенение.
Такое приветствие арру Бриелу пришлось по душе — он радостно повторил жест, затем приобнял меня за плечи и повлек вверх по ступеням. На ходу вытрясая подробности дуэли с дядей Энвером…
…Реакция благородных, уже собравшихся в большом зале для приемов, на наше появление мало чем отличалась от реакции тех, кто увидел нас во дворе: в помещении мгновенно стало тихо, а души тех, кто на нас пялился, полыхнули, в основном изумлением, восхищением и завистью. Впрочем, молчание было недолгим — сначала к нам двинулась улыбающаяся Дора, а за ней — дядя Витт и Наставник.
 
После короткого обмена приветствиями арр Бриел нехотя отправился встречать следующих гостей, а хозяйка приема, подхватив меня под руку, ослепительно улыбнулась:
— Особо не расслабляйтесь — на приеме Призрак и его Тени…
В общем-то, мы и не собирались: Вэйлька отслеживала и запоминала каждое сознание, в котором чувствовалось хоть что-нибудь недоброе, давала всем почувствовать те, которые оказывались достаточно близко, а особо подозрительные «передавала под контроль» кому-нибудь из девочек. Тина тоже не бездельничала — как и полагается советнице, стояла у меня за правым плечом и вполголоса озвучивала все, что мне следовало знать о том или ином госте, двигающемся в нашем направлении.
Кстати, уже через пяток колец у меня сложилось впечатление, что благородные, посетившие этот прием, ехали в гости к арру Бриелу только для того чтобы составить личное впечатление обо мне и моих женщинах. Это ощущение не пропало и позже. Просто слегка изменилось — если первые кольца с момента нашего появления в особняке нас только разглядывали и расспрашивали, то потом начали проверять на излом. Правда, делали намного менее изобретательно, чем Тина на своих занятиях, поэтому удивляли редко. А реагировать на привычные раздражители мои женщины научились очень даже неплохо. Вернее, не реагировать вообще — они вели себя так, как будто видели только меня, друг друга, друзей нашего рода и тех, с кем я разговаривал.
Само собой, тех, кого они «не замечали», это злило. Чем дальше — тем больше. И стражи через две после начала приема, когда вино, постоянно разносимое слугами, начало бить в головы, нашлась первая дура, решившая перейти от легких двусмысленностей к прямым оскорблениям.
— Дорогой, тебе не кажется, что от этих неоднократно объезженных кобылиц пахнет лошадиным потом? — поинтересовалась она у своего супруга именно в тот момент, когда «проплывала» в танце мимо нас.
Супруг набрал в грудь воздуха, чтобы что-то ответить, и окаменел. Еще бы, клинок Вэйльки, покинувший ножны на предплечье, уперся ему под подбородок. А точно такой же клинок, но только принадлежащий Майре, уже проколол горло его супруги, и покатившаяся по шее капелька крови стремительно унеслась к глубокому декольте.
— Арр, как, по-вашему, у вашей дамы не слишком длинный язык? — ледяным голосом поинтересовалась Дарующая у растерявшегося мужчины.
Он сглотнул.
— Вы потеряли дар речи, или в вашем роду право голоса имеют только женщины? — выгнув бровь и добавив в голос еще немного стужи, продолжила девушка.
— Пожалуй, слегка длинноват… — почувствовав, что теряет лицо, наконец, выдавил из себя ее «собеседник».
— Рада, что наши мнения сошлись! — согласно кивнула она и молниеносно убрала клинок в ножны. — Поэтому завтра к обеду жду от вас посыльного с его половиной…
— Простите⁈ — не понял он.
— Мы — на приеме. У друзей нашего рода! — короткими рублеными фразами начала объяснять «кобылица». — Портить такой прекрасный вечер не хочется. Поэтому я готова подождать. И принять ту, лишнюю часть языка, завтра.
— Да, но… — начал, было, он, но заметил, что я поворачиваюсь к нему всем корпусом, и торопливо кивнул: — Завтра к обеду. Половина языка. С посыльным!
— Ее языка! — уточнила девушка. И, очень нехорошо улыбнувшись, добавила: — Я проверю…
Когда пара, потерявшая всякое желание танцевать, скрылась в толпе, я дал почувствовать Вэйльке свое удовлетворение, а затем еле слышно поинтересовался:
— Почему именно так?
— Посмотри в правый дальний угол зала. Там, под парадным портретом кого-то из Маггоров, стоит мужчина в черном… — шепотом сказала Дарующая, и тут же дала почувствовать его сознание своим Даром. — Эта парочка работала на него и не испытывала ничего, кроме желания как можно лучше выполнить поручение.