Академия Грискор. Дилогия (СИ)

– Союз с гарпиями?! – ужаснулся один из воевод. – Ваша милость, одумайтесь! Эти кровожадные твари крадут детей и раздирают на куски людей!
– Но пока они не нападали на наши поселения, – резонно заметила Гвин. – Да и к тому же, кто из нас не жаждет чьей‑то крови? Главное – разум. А гарпии очень даже разумны.
Видно было, что некоторые не готовы были согласиться с приказом Леди Севера. Но в открытую против нее пока не шли.
«Мир так шаток», – с грустью подумала она. – «Как снаружи, так и внутри».
– Есть ли еще вопросы, которые требует незамедлительного вмешательства?
– Нет, ваша милость, мы все решили, – отозвался лысый воевода, склонив голову.
– Хорошо, – Гвин встала из‑за стола, с грохотом отодвинув стул с высокой деревянной спинкой. – Ставлю вас в известность, что через три дня я покидаю Север. От моего имени будет вести дела Битван Итериус.
Она назвала имя того самого человека, которого отец пророчил в регенты на смертном одре. С этим точно никто спорить не собирался.
– Благодарю вас за доверие, – отозвался воин с седой бородой.
«И как они только приняли девчонку за главную?» – вновь подумала Гвин.
Девчонку, которой недавно исполнилось восемнадцать.
Валькирия не сомневалась, что все советники ждут того момента, когда она выйдет замуж и родит наследника мужского пола. Не зря ведь в ее комнате после каждого возвращения из путешествия девушку ждали приглашения на балы и послания от довольно знатных мужчин, желающих с ней познакомиться.
Но Умильтен не могла подвергать никого из них опасности. И с каждым новым днем ее положению все больше угрожало отсутствие мужского органа между ног.
Скоро наступит тот день, когда один из представителей иного рода решит сместить Умильтен. И вызовет ее на поединок. Валькирия не откажется.
Более того, она должна победить. И не только ради власти, которая ее совершенно не интересовала.
Гвин не хотела, чтобы взор богов вместе с их карой пал еще на чьи‑то плечи. Такой силы проклятие не всякий выдержит.
Не так давно девушка отыскала дневник матери. Долго ходила вокруг него, страшась взять в руки и прочитать написанное там. Очень долго. Пока в один из дней ее вновь не скрутило новым приступом.
* * *
Волчица учуяла кровь. Где‑то поблизости. Рассудок помутился.
Сопротивляться проклятию не было никаких сил…
– Вдохни! – приказал голос поблизости.
Валькирия хватанула ртом воздух. Перед глазами плясали искорки и огоньки. А такой сладкий и манящий запах крови не отступал.
– Успокойся!
Новый приказ. Но не для Гвин.
– Я сказал успокойся!
Еще одна более слабая вспышка боли. Кости захрустели, возвращаясь на свое исконное положение. И девушка смогла наконец вернуть самообладание.
– Нормально? – парень с растрепанными черными волосами и шрамом на щеке опустился рядом.
Только тогда Гвин поняла, что сидит прямо на полу. Рубашка задралась, обнажив живот. И дышит она так тяжело, что аж хрипит.
– Да, спасибо.
Ноа молча подал ей руку и помог подняться.
Валькирия приняла помощь. Она научилась принимать помощь.
Да, эти месяцы стали для нее новыми учителями. Более суровыми, чем те, с которыми ей доселе приходилось встречаться. И информацию они доносили более понятными методами.
– Ты будешь читать или как? – к Искателю вновь вернулся его привычный ехидный тон. За который Гвин хотелось придушить его чаще, чем прирезать.
– Я… – она протянула руку к потрепанному блокноту, обтянутому светло‑коричневой кожей. И тут же ее отдернула. – Я не могу.
– Это еще что за новости? – фыркнул он. – Еще скажи, что Леди Севера не умеет читать!
– Умеет! – Гвин распалилась за мгновение. – Но… я не могу! После смерти матери я не могу читать! Это даже хуже, чем появление монстра!
Усмешка на губах Ноа потухла. Он серьезно смотрел на Валькирию из‑под густых темных бровей. А потом поежился от холода, к которому все никак не мог привыкнуть, и протянул руку к блокноту.
– Ну, или ты сделаешь это сама, или я узнаю о тайнах вашей семьи, пока буду читать тебе вслух. Выбирай.
 
Оба варианта Валькирии не нравились. Но что, если мать писала там не только о своем досуге и том, как растет дочь? Что, если эта вещица, найденная только через столько лет меж половиц пола в родительской спальне, могла пролить хоть немного света на происходящее.
– Хорошо, – сдалась Умильтен. – Читай.
Ноа недоверчиво вскинул брови. Кажется, парень до последнего верил, что этим займется не он. А Леди Севера, за которой он последовал, после того как она сделала свой выбор.
– Ладно, – и вновь серьезный тон, который не так часто оттенял его речи.
– Давай посмотрим, может, тут и впрямь есть что‑то важное.
Он сел в кресло, поежился от прохлады. Хотя помещение прогревал камин. И приступил к изучению дневника.
У них ушло несколько дней – почти все то время, что Гвин планировала провести дома. Но кое‑что все же удалось обнаружить.
– Так, есть три новые зацепки, – известил Ноа одним из вечеров.
Гвин вернулась с показательной тренировки и сейчас стояла у камина, отогреваясь. Почему тренировка была показательной? Потому что уже начали шириться слухи о том, что не стоит бабе занимать место во главе жестокого автономного севера. И ей стоило показать всем, что она не кисейная барышня. Жизнь Валькирии вновь стала борьбой. Хотя… разве это не всегда было так?
И не помешало слухам шириться даже письмо от самого императора. В котором Ифан Безумный поздравлял Леди Севера с новыми обязанностями. И напоминал о долге.
Никого на Севере не заботил император, а очень зря. Теперь Гвин знала тайну того, как он взошел на престол. И если бы этот человек захотел, Север бы прогнулся. Но либо императора не сильно интересовали горы и ледники, либо за всеми его действиями, а точнее, бездействиями, скрывалось что‑то намного более страшное.
– Что за зацепки? – отмерла она, возвращаясь мыслями к делу.
– Первая: ты знала, что монстр просыпается не в первый раз? Твоя мать описывала то, что сама была волчицей…
– Что?! – Валькирия дернулась и резко обернулась. Выбитое плечо вновь разболелось. Наверное, повязка сползла.
Отец говорил ей о проклятии мамы. Но Гвин не могла даже подумать, что оно было такой же силы.
– Да, вот смотри, – Ноа повернул к ней блокнот и только спустя мгновение опомнился. – Ну да… В общем, она впервые обернулась в день свадьбы с твоим отцом. Говорит, что случилось это после брачной ночи. Если бы тогда окна были закрыты, возможно, она бы загрызла Лорда Севера. А так ей хватило сил и самообладания выпрыгнуть на улицу.
– Ничего не понимаю, – тряхнула головой Гвин.
– Обращалась она редко. Но если это случалось, старалась сбежать как можно дальше в горы, чтобы не навредить людям.
– Логично.
– Но после твоего рождения приступы прекратились.
– Что?!
Голос ее зазвенел, а голова разболелась.
– Гвин, – тон Ноа внезапно стал грустным. Он поднял на девушку глаза. – Она знала, что проклятие перешло на тебя. Подозревала.
Валькирия вцепилась пальцами в спинку кресла. Кожа, которой оно было обтянуто, заскрипела и лопнула под ее ногтями, обнажая внутренности.
«Мама знала, что я опасна», – билась в ее голове мысль. – «Знала, что я могу ей навредить. Но все равно пустила меня той ночью к себе. Она знала. Знала!» Это разрывало Гвин на куски. Уничтожало. Слезы подкатили к глазам.
– Эй! – Ноа напряженно замер. – Что?
– Ничего! – она отвернулась, уставилась на пляшущие язычки пламени.
Несколько раз вдохнула, пытаясь успокоиться. И уже ровным голосом произнесла: – Что еще?
– Еще я нашел легенду, – зашелестел страницами Ноа. – В ней рассказывают как раз о богах севера. И вот среди них была богиня‑волчица.
Предполагаю, что если мы имеем дело с божественным вмешательством, то оно исходило от нее.