Академия Грискор. Дилогия (СИ)

– Они потому туда и наведываются, – перебил его глава. – Проверяют сохранность защитных печатей. Убеждаются, что никто не приближался к сокровищнице.
– Сокровищнице? – Джейкоб качнул головой. – Под землей?
– Сокровища – это не только горы золота и драгоценностей, – глава ордена опустил глаза, а потом вскинул взгляд, смотря прямо на троицу Искателей.
– Ваша задача – найти эту сокровищницу, попасть в нее и принести артефакт. Срок выполнения – месяц.
На этом разговор был окончен. Но свет пролился лишь на те участки тайны, которые хотел открыть глава ордена.
Друзья не посмели обсуждать детали поручения, после того как переступили порог и оказались в коридоре. Лишь кивнули друг другу, подтверждая, что ввязываются во все это вместе. Пусть и только одному из них важно сохранить чужую жизнь.
* * *
И сейчас Найджел Харве разбирал магией завал, на который указывала стрелка. Булыжники медленно отлетали в сторону, поднимали пыль и практически беззвучно опускались на пол.
Искатель уже ощущал дуновение сквозняка, когда где‑то неподалеку раздался ужасающий вой. Холодящий душу и заставляющий сердце рухнуть в пятки.
Монстр!
Рядом.
«Ноа, прикрой, как обещал», – мысль промелькнула в голове Харве. А сам он спешно протиснулся в открывшийся лаз. Зацепился плечом за камень и ободрал кожу под рубахой. Но даже не поморщился. И не стал убирать булыжники, которые теперь перегораживали дорогу.
Времени практически не оставалось. Вскоре по трибунам должны пролететь имена победителей финала турнира по маглинингу. К тому времени древний артефакт уже должен быть в руках Искателя Истины. А сам он просто обязан оказаться как можно дальше от подвалов. Вновь обдурив стражников.
И надеяться, что шавки императора нескоро заметят пропажу ценного предмета из подземной сокровищницы.
Очередной рывок. И лаз закончился. Выпуская Найджела Харве в место, которого тут попросту не должно было оказаться. Место ему было не в катакомбах. А во дворце императора.
17. Табита Ваерс
Девушка до последнего не верила в то, что оказалась права. Что Томас Рожт подсказал верную тропку. Что Найджел Харве нашел сведения об архивах.
Толкнув дверь, Табита Ваерс шагнула в затхлое сырое помещение. На стенах висели давно не знавшие огня факелы, пол устилал слой пыли, грязи и песка. Вся эта смесь хрустела под плоской подошвой туфель.
Обратившись к чарам, первокурсница призвала несколько ярких светлячков, стараясь осмотреться.
Зал, в котором она оказалась, был не просто большим, а огромным. По крайней мере, ей так казалось. Но сколько бы девушка ни старалась, ей не удавалось увидеть ничего дальше кончика носа.
«Тут должен быть архив», – думала она, не понимая, почему свет не в силах ей помочь. – «Я видела знак на стене. Архив должен быть тут. Я должна отыскать записи».
Она шла вперед, призывая светляк за светляком. Будто свет мог что‑то исправить. Но ведь… он должен был все исправить!
Табита Ваерс начинала злиться, не понимая, что происходит. Магия отзывалась легко и играючи, показывая, что Грискор и место под ним на самом деле пропитаны всей той энергией, что девушке доводилось видеть.
В какой‑то момент она остановилась перед дверью. Дверью, которой еще мгновение назад не видела.
«Происходит что‑то странное», – подумала она, касаясь круглой металлической ручки. Такой теплой, будто ее подогревало пламя.
Та повернулась с легкостью. Будто не было сырости, что разъедала металл.
Не было многих веков, что течением времени уничтожали замок.
Табита шагнула вперед и на мгновение замерла, стараясь проморгаться.
Помещение, в котором она оказалась, стало таким светлым, что на глаза навернулись слезы.
Тысячи свечей в канделябрах на стенах. Пламя в каменных чашах на полу, огненные кристаллы под потолком.
Теперь она видела все, что ее окружало. Теперь зрение вернулось к ней в полной мере. И Ваерс не могла поверить собственным глазам. Потому что оказалась она в настоящей сокровищнице, о которых слагали песни и легенды. О которых говорилось в сказаниях и историях.
 
Кучи блестящего в пламени золота, начищенные до блеска металлические доспехи с незнакомыми гербами на нагрудниках и шлемах. Россыпь каменьев, волны шелка и бархата.
Алый с золотым. Синий с серебряным.
Табита неспешно шла вперед, рассматривая окружающее ее богатство. И не могла понять, как тут оказалась.
Она ведь шла за ответами. Искала знания. Бумаги. Записи об уничтоженных семьях. Истории о зверствовании Ифана Безумного. Но не сокровищницу какого‑то погибшего короля.
К ее удивлению, впереди виднелось окно. Овальное, вытянутое кверху. Но какое окно могло оказаться в подземелье? В подвалах под академией чародейства и ведьмовства?
– Я схожу с ума? – ошарашенно спросила себя девушка, но продолжила путь к окну, которое приближалось с каждым шагом.
По ушам неожиданно ударил стук каблуков о камень.
«Милред!» Это была первая мысль, что посетила ее голову в то мгновение. А потом Ваерс опомнилась.
Ну какая Милред? Откуда бы ей тут взяться?! Дочь графа ван Темпф отправилась с Гвин. И тут она никаким чудом оказаться просто не могла.
Еще один шаг. И еще один удар.
Табита вздрогнула, с ужасом понимая, что это она. Она стучит каблуками о камень. Но это ведь невозможно!
Просто… невозможно.
Опустив глаза, девушка чуть не вскрикнула.
Алый бархат обнимал талию, струился свободной юбкой вниз.
Платье. Такое же, как и на Праздничном обеде зимой. Только красное. Но… когда она успела сменить одежду? Где взяла этот наряд?
Табита тряхнула головой, стараясь хоть что‑то вспомнить. Но в голове нарастал лишь протяжный звон, как от колокола, что сообщал студентам академии о каком‑то важном событии.
Платье. Она одета в платье. И что с того? Ваерс еще раз тряхнула головой, забыв, что ее только что встревожило. Но разве это была важная мысль, если она ее забыла в то же самое мгновение?
Взглядом она нашла то самое окно, в которое ей до безумия хотелось выглянуть.
Окно.
С ним тоже была связана какая‑то мысль, но Ваерс никак не могла поймать ее. Та утекала сквозь пальцы, как шелковая нить. Невесомая, юркая, но такая манящая.
Сдавшись, девушка зашагала вперед, больше не вздрагивая от стука каблуков. А наслаждаясь этим звуком.
Еще шаг, и ее пальцы коснулись прохладного каменного подоконника. Окно, к которому она так стремилось, было тут – рядом. А за тонким стеклом, начиналась какая‑то небыль.
Табита Ваерс могла похвастаться тем, что видела более десятка селений и городов, пока добиралась до академии из Нес‑Тешаса. Но даже в своем длительном путешествии она не видела столь красивого города, как тот, что раскинулся за окном сокровищницы.
Крохотные белоснежные домики с яркими окнами, сияющими желтым теплым светом. Узловатые низкие деревья, чем‑то напоминающие фаербины, но с менее пышными кронами. Да и без вязи алых ягод, что своей кислотой и нотками горечи могли согреть в зимний день. Тонкие шпили на покатых черепичных крышах, белоснежные мостовые над тонкими звенящими речушками.
Ваерс рассматривала незнакомый город, раскинувшийся по ту сторону окна, с распахнутыми ртом. Не могла поверить, что все это на самом деле. Что где‑то тут – на расстоянии вытянутой руки – есть столь красивое место. И что она там еще ни разу не побывала.
«Конаул, оказывается, не единственный город поблизости», – подумала Табита.
– Как красиво, – прошептала она, скользя пальцами по гладкому стеклу. И неожиданно вздрогнула от какой‑то мысли, что мазнула ее холодным хвостом по руке.
«Я в подвалах академии!» – Нет, – девушка отпрянула от окна, путаясь в длинной юбке. Наступая острым каблуком на алый бархат подола. – Я в подвалах.
Тело прострелило острой болью. Она тряхнула головой, пытаясь понять, что из происходящего правда, а что вымысел.