Сигиец (СИ)
— Ванна? — спросил ван Геер.
— Через полчаса будет готова, не извольте беспокоиться, — заверил управляющий.
— Я и не беспокоюсь, — фыркнул чародей.
— Желаете отобедать?
— Нет. У меня назначен… деловой обед на два часа.
— Изволите подать карету к назначенному времени?
— Нет, благодарю. За мной приедут.
— Что ж, в таком случае добро пожаловать в «Империю», мусье ван Геер, — еще раз поклонился Терье. — Чувствуйте себя, как дома, и не стесняйтесь, если вам что-нибудь понадобится.
Ван Геер погладил указательным пальцем правую бровь.
— Скажите, любезный Людвиг, не приехал ли мой дорогой друг и товарищ Финстер? — спросил он.
Управляющий озадаченно нахмурился.
— Боюсь, нет, — развел он руками. — Зарезервированный за ним номер до сих пор пустует.
— Хм, странно, — задумчиво протянул ван Геер, поглаживая бровь. — Он должен был прибыть еще пару дней назад.
— Полагаю, он просто задерживается в пути, — улыбнулся Терье. — Гарнунские ветра в это время года очень капризны. Хотя ваш друг и товарищ Саид ар Курзан прибыл еще вчера, к своему несчастью.
— Саид здесь? — удивился чародей.
— Ах, если бы, мусье, — скорбно вздохнул управляющий, сложив руки на круглом животе, — если бы… Мне, право, очень не хочется омрачать ваш приезд неприятными новостями…
— Не темните, любезный, — нетерпеливо проворчал ван Геер, звонко постучав тростью об пол. — Что случилось?
Людовик Терье набрал полную грудь воздуха, коротко взглянул на дорогого гостя.
— Мусье Саида убили, — сочувственно проговорил он, вкладывая в голос как можно больше трагизма. — Вчера, средь белого дня. Трагедия произошла прямо здесь, на Имперском проспекте, неподалеку от нашей гостиницы.
Ван Геер переменился в лице. Ровно на мгновение. Но исказившая его гримаса бешенства вынудила управляющего пожалеть о недальновидности и чрезмерно длинном языке. Людовик отступил ближе к ячейкам с ключами и сделал шаг к портье, словно пытаясь укрыться за ним.
— Кто это сделал? — спросил чародей, крепко сдавливая навершие трости.
— Неизвестно, мусье, — поспешно отозвался управляющий. — Убийце удалось скрыться с места преступления. Если желаете узнать подробности, вам в номер доставят утренний выпуск «Анрийского вестника».
— Я не читаю газет ни до обеда, ни после, — презрительно фыркнул ван Геер и склонил голову. Потер пальцем бровь. — Значит, придется назначить пару лишних встреч, — немного подумав, пробормотал он и взглянул на управляющего. Господин Терье с трудом удержался, чтобы неуютно поежиться. Ему показалось, что индиговые крапины в черных зрачках ван Геера пришли в движение. — Майнхэрр Людвиг, соблаговолите направить ко мне в номер посыльного.
— Бьянсур, сей момент, — поклонился управляющий.
— Не сейчас, — лениво вскинул руку ван Геер. — Когда смою с себя дорожную грязь.
Господин Людовик учтиво кивнул.
— Что-то еще? — чародей хмуро взглянул на него исподлобья.
Управляющему не очень хотелось говорить. Он, конечно, по-своему уважал дорогого гостя, но не считал его приятным человеком. Среди чародеев приятных людей просто не бывает. Хоть ван Геер и пытался сдерживаться, но природа всегда брала свое, хотя бы на долю секунды. Особенно если он получал неприятные известия. А так уж завелось с древних времен, что за неприятные известия, как правило, казнят гонца, а не отправителя.
Однако лгать или утаивать что-то от ван Геера — затея еще более глупая, чем просто огорчать его.
— Если честно, то да, мусье, — сознался управляющий с видом обреченного.
— Не тяни, — подстегнул чародей.
— Дело в том, мусье… — глазки Терье трусливо забегали из стороны в сторону и вдруг остановились на портье. — Поль! — Людовик настойчиво подтолкнул его в спину. — Рассказывай. Все-таки это случилось в твою смену.
Бледный «Поль» несмело подступил ближе к стойке, с храбростью загнанного в угол труса глядя на ван Геера.
— Вас спрашивали, му… мс… майн… майнхэрр, — сознался он.
— Кто?
Портье вздрогнул от его голоса и вытянулся, расправив плечи.
— Какой-то человек, майнхэрр, он не представился, да и вообще не отличался изысканными манерами. Спрашивал, проживаете ли вы в нашей гостинице.
Ухоженные пальцы чародея ловко побарабанили по костяшкам лежащей на навершии трости другой руки.
— И что ты ответил?
— Что за вами зарезервирован номер, но вас нет в городе… майнхэрр.
Ван Геер неопределенно хмыкнул.
— Что он еще спрашивал?
— Спрашивал, когда вы прибудете.
— И?
— Я честно ответил, что это мне неизвестно.
— Хм, — хмыкнул чародей еще более неопределенно. Движение индиговых крапин в черных зрачках стало настолько очевидным, что не заметить этого было уже невозможно. — Когда это было?
— Четыре дня назад, майнхэрр.
Ван Геер склонил голову набок, внимательно разглядывая «Поля», которому захотелось провалиться под землю. Вот только это вряд ли помогло бы.
— Как выглядел тот человек?
Портье растерялся. Его плечи поникли.
— Он… хм… высокий… Вот такого роста… хм… — «Поль» замолк, лихорадочно соображая, как можно подробнее описать того типа, в существовании которого сам не был до конца уверен.
Ван Геер потер бровь пальцем. Усмехнулся краем рта. Почти беззлобно, можно сказать, даже добродушно.
— Высокий, вот такого роста, и все?
— Простите, майнхэрр, — вздохнул портье, виновато опустив голову. — Он пробыл здесь не больше минуты, я совсем не запомнил его лица. Просто спросил о вас, а потом развернулся и ушел. Я его больше не видел.
— И за минуту он успел напугать тебя до дрожи, так? — догадался отчего-то повеселевший чародей.
— Да, майнхэрр, — кивнул «Поль». — Это был очень неприятный и страшный человек. Я пытался объяснить ему, что мы не разглашаем сведения о наших постояльцах, но он так смотрел, что я…
— Понятно, — небрежно отмахнулся ван Геер.
— Не беспокойтесь, мусье, — засуетился управляющий. — Отто и Поль уже получили строгий выговор. Больше этого не повторится.
— Конечно, — снисходительно кивнул ван Геер и вдруг мрачно усмехнулся: — Ну что ж, это многое объясняет. Майнхэрр Людвиг?
— Да, мусье? — с готовностью прислушался тот.
— Снимите бронь с номера Хуго Финстера.
— Почему, мусье? — опешил управляющий, переглянувшись с «Полем».
Чародей тихо рассмеялся, нездорово блестя глазами:
— Есть все основания считать, что гражданин Финстер уже не приедет.
* * *Маэстро влетел в ту самую забегаловку, расположенную в полуподвале высотного здания, в прохладный полумрак, пропитанный запахом табака, жареной свинины со специями и паров кирша и травяных ликеров. Бухнулся на ближайшую лавку, резную, с вытертым частыми посетителями лаковым покрытием, за стол, стилизованный под старину. Бруно слегка трясло, в боку покалывало. Он не бежал, но быстрая ходьба в неудобных туфлях вымотала сильнее любой беготни, обычного способа перемещения анрийских детей и подростков и экстренного для профессиональных нищих. Натертые ноги не успели толком пройти, что вызывало лишние мучения при каждом шаге и крайне раздражало и злило Бруно, поэтому в кабак, который наверняка назывался как-нибудь по-глупому «кафе», «ресторация» или «бистро», он влетел не в лучшем расположении духа.
Рядом возник официант — молодой парень в белом фартуке, вроде бы тот же самый, которого Бруно видел во всех забегаловках Имперского, где ему довелось побывать. За пару дней в заведениях «для приличных людей» Маэстро уже успел немного привыкнуть, что обслуга появляется словно из-под земли чуть ли не до того, как успеешь приземлить задницу. Бруно смутно догадывался, отчего халдеи настолько расторопны, но раздражать это не прекращало.
— Пива, — коротко бросил он, не дав официанту раскрыть рот.
— В наших погребах собраны десять сортов лучшего…
— Холодного, — бесцеремонно прервал его Бруно. — И поживее!