Адмирал Империи 28 (СИ)
И среди этого хаоса в полумраке мерцающих огней аварийного освещения царила поистине жуткая картина. Повсюду, куда ни кинь взгляд, виднелись неподвижные тела и корчащиеся в агонии фигуры жалких остатков команды вражеского линкора. Кто-то из умирающих «янки» судорожно зажимал кровоточащие раны трясущимися руками, из которых толчками вырывалась и растекалась по палубе темная, почти черная кровь. Кто-то уже затих навеки, безвольно привалившись изувеченным телом к покореженным переборкам или развороченным осколками пультам.
Вокруг же царило сущее светопреставление, по всему периметру рубки вспыхивали ослепительные всполохи выстрелов, грохотали взрывы брошенных гранат, звенели, высекая сноп искр, столкнувшиеся лезвия штыков. В воздухе стоял невообразимый гул, словно рев тысячи разъяренных демонов — русские и американцы ожесточенно сошлись в рукопашной, молотя друг друга, круша черепа, полосуя глотки плазмой штыков и сабель.
Таисия Константиновна словно вихрь пронеслась по залитому кровью полю боя, сокрушая противников и прорубая себе путь к главной добыче — командующему «Мичиганом» коммандеру Парсонсу. Дик Парсонс, еще несколько минут назад бросивший надменный вызов княжне, теперь в ужасе озирался по сторонам, явно ища пути к бегству. В безумных глазах застыло выражение первобытного, животного страха вперемешку с растерянностью и непониманием происходящего. А когда его блуждающий взгляд остановился на безжизненном теле раскинувшегося у самых ног энсина Дженкинса, разорванного практически пополам прямым попаданием из ручного гранатомета, по лицу коммандера пробежала нервная судорога. Из разинутого в безмолвном крике рта вырвался полувсхлип-полустон.
— Мда, Дженкинс, не зря ты так боялся штурма…
Оценив обстановку быстрым взглядом, Таисия взмахнула клинком, указывая на стоявшего вдалеке коммандера Парсонса:
— Этого взять живым, любой ценой!
«Морпехи» с «Пантелеймона» ринулись вперед, но в тот же миг откуда-то сбоку, словно черт из табакерки, вынырнули двое американских офицера, до того затаившихся за одной из приборных панелей. В то время как Парсонс ринулся прочь, в сторону одной из боковых дверей, ведущих из центра управления в смежные отсеки, офицеры, прикрывая отход своего командира, с ревом кинулись наперерез атакующим русским, извергая в них шквал раскаленного металла из штурмовых своих винтовок. Шедший первым космопех с «Пантелеймона» рухнул как подкошенный, очередь прошила его грудь навылет, пробив пластины скафандра словно картон. Второму и третьему повезло чуть больше, они успели отпрянуть и залечь, открыв ответный огонь.
Вспышки близких выстрелов на секунду ослепили Тасю, но она быстро сориентировалась. Молниеносно перекатившись в сторону и вскинув винтовку, она всадила короткую очередь точно в голову ближайшему врагу. Пули разнесли его шлем, словно переспелый арбуз, заливая все вокруг кровавыми ошметками мозгов. Второй американец уже разворачивался в ее сторону, вскидывая оружие, но Романова опередила его на долю секунды. Два гулких выстрела слились в один, и крупнокалиберные пули пробили «янки» грудь и горло. Захлебываясь собственной кровью, «морпех» завалился на спину, нелепо взмахнув руками…
Однако эта короткая, но яростная стычка дала Парсонсу драгоценные мгновения форы. Петляя меж покореженных пультов и искрящих проводов, запинаясь о лежащие тела своих же товарищей и что-то крича от страха срывающимся фальцетом, коммандер ломанулся куда-то в сторону технического коридора, явно намереваясь улизнуть с поля боя. Но Таисия Константиновна уже почуявшая запах крови, не могла позволить такой жирной добыче он нее ускользнуть.
— Куда собрались, коммандер? — шепнула сама себе великая княжна, срываясь с места в сокрушительном спринтерском рывке, пускаясь за американцем вдогонку.
За спиной Тася оставляла ревущих в азарте боя «преображенцев», добивающих последних защитников командного отсека «Мичигана». Уцелевшие американцы, видя тщетность дальнейшего сопротивления, бросали оружие и поднимали руки вверх в надежде спастись. Дух защитников линкора был окончательно сломлен…
…Настигнуть и сбить с ног улепетывающего со всех ног Парсонса труда не составило. Таисия в несколько прыжков нагнала беглеца и, с размаху всадив бронированный ботинок под колено, заставила того грохнуться плашмя на пол. Брыкающегося и вопящего что-то нечленораздельное коммандера, словно нападающий регбист мяч в тачдауне, Тася приложила затылком об пол так, что несмотря на шлем у того искры из глаз посыпались. А затем, рывком перевернув пленника на спину и оседлав, принялась остервенело месить кулаками по забралу. «Ратник-500» — последняя модель бронескафандра, в который сейчас была облачена княжна, без труда позволял это делать…
Избиение продолжалось недолго, бронестекло забрала буквально через несколько секунд уже было вырвано с корнем, а измочаленный и контуженый Парсонс явно плохо соображал, что происходит. Из разбитого носа хлестала кровь, заливая и без того перекошенное от боли и ужаса лицо американского коммандера. На лбу вздулась громадная багровая шишка, это Тая всего лишь пальчиком бронированной перчатки случайно пару угодила в лицо бедолаге, чуть не превратив физиономию коммандера в отбивную, Таисия рывком содрала с него помятый и залитый кровью шлем, отшвырнув прочь.
Великая княжна скривилась и, рывком приподняв Дика Парсонса за грудки, с нескрываемым презрением процедила ему в лицо, кривя губы в брезгливой ухмылке:
— Кстати, помнится, вы совсем недавно бравировали и грозились меня осчастливить, а коммандер? Что ж, должна признать, вам это удалось! Я полностью удовлетворена исходом нашей встречи. Правда, думаю, не совсем тем способом, на который вы изначально рассчитывали, не так ли?