Рыбак из Зеленых Холмов: Западный Край (СИ)

— Ну как сказать… Для большей части наших солдат ваши боевые навыки находятся где-то на запредельном уровне, но для по-настоящему сильных воинов вы даже за разминку не сойдете. Тебе я уже не раз говорил, что слишком мягким быть нельзя — неуверенность сказывается на темпе боя и делает тебя уязвимым, а Даракас… Он слишком многого нахватался у темных эльфов и в случае попадания в гущу схватки, будет стараться поскорее из неё вылезти и уже потом постарается принять бой на своих условиях. Поэтому мы с ним в прошлом часто и ссорились — настоящий воин должен упиваться боем и ценить каждое его мгновение, а тут… — не переставая бить по статуе генерал тяжело вздохнул. — Нету больше достойных воинов. Нигде нету — ни среди эльфов, ни среди людей. Все стали какими-то… Мелочными? Жадными? Не знаю, как описать это словами… Знаешь, что запросил командир Копья Теок, за присоединение его бойцов к нашему маленькому восстанию? Восемь телег золота! И что самое страшное — мне пришлось брать их из своих личных запасов и тайно протаскивать на передовую, выдавая груженые монетами телеги за повозки с провизией! Мне, главнокомандующему нашей армии! Да если бы я пару тысяч лет назад сказал, что Великий Князь хочет посягнуть на власть командиров Копий — от Великого Леса и до столицы Фарола выстроилась бы живая очередь, из желающих оторвать ему голову, а теперь каждого приходится чуть ли не по несколько дней уговаривать! Причем ладно, если бы они мне не верили, это бы как раз было ожидаемо — но всем просто на это наплевать! Куда катится наш народ…
— За всех эльфов говорить не буду, но у меня есть кое-что, что может тебя порадовать. От отряда конного патруля из южной части Западного Края пришло донесение, что у них был замечен один из твоих старых врагов, Разим Уб…
БАМ!!!
Лирузиль ошарашенно уставился на обезглавленную цельнометаллическую статую, голову которой Красный Клинок просто снес одним резким ударом и теперь она торчала в стене, покрывшейся сеткой глубоких трещин.
— Хе… — седой генерал упер клинки в пол и облокотившись на них, тихо засмеялся. — Забавно… Мне на секунду показалось, что ты хотел сказать Разим Убийца Живых… — Красный Клинок поднял голову и с подозрением посмотрел на своего сына. — Мне же показалось, правда?
— Эм-м-м… Боюсь, что нет. — осторожно ответил Лирузиль, мысленно приготовившись к всплеску ярости вспыльчивого старика. — Пришло именно такое донесение: «Разим Убийца Живых был замечен в нашем лагере. Похищена большая часть документации и переписки, а также кошель с двумя сотнями золотых. Жертв и пострадавших нет, за исключением одного раненого.»
— А с чего они взяли, что это был именно Разим? — но Фирлик был внешне спокоен и сохранял абсолютное хладнокровие. — Он сам подошел к ним и представился?
— Один из бойцов в том патруле служил под твоим началом и был свидетелем резни «Кровавой Зари». Он видел этого ужасного человека своими глазами и подтвердил, что его внешность во многом совпадает с внешностью диверсанта, что проник в лагерь патрульных. Они даже примерный портрет сделали… — Серебряное Крыло достал из-за пазухи сложенный вчетверо лист бумаги и протянул его своему отцу. — Вот, можешь сам убедиться.
Красный клинок развернул пергамент и несколько долгих минут вглядывался в набросанный углем от руки рисунок, а после с уверенностью выдал:
— Это не он.
— Ты уверен? Судя по описанию…
— Похож, согласен, но это все равно не он. — Фирлик постучал пальцем по изображенному на пергаменте лицу. — Если художник не искажал черты лица — то это не может быть Убийца Живых, он слишком молод. Разим был заметно старше и вместо странного шрама на щеке(Чем он был нанесен? Ни на один из известных мне клинков не похоже… Орочья палица? ), у него половина лица была одним сплошным ожогом, причем отметина эта была явно от демонического пламени, а раны, нанесенные энергией хаоса невозможно залечить полностью и след от них в любом случае останется. Так что… — Главнокомандующий эльфийской армии отрицательно покачал головой. — Не может он быть Разимом, скорее всего — это его потомок. К тому же если бы это был он — на месте отряда патрульных мы бы нашли кучу изуродованных трупов, ведь жалости этот человек не знает и ненавидит нас довольно сильно.
 
— Мне кажется, или ты не слишком доволен появлением этого человека? — заметил некоторое напряжение в поведении Фирлика его сын. — Я думал, что сильный противник тебя обрадует…
— Если бы я смог сразиться с воином подобной силы — это был бы действительно королевский подарок, но эта тварь… Разим был силен, я бы даже сказал крайне силен и необычайно опасен даже для меня. — седой генерал провел пальцами по шраму, что пересекал его лицо. — Но он был не воином и не бойцом. Его стиль ведения схватки чем-то напоминал Даракаса с его подлыми приемами и ужимками наших темных сородичей, только у Убийцы Живых совсем не было никаких ограничений. Он мог особо мучительным способом убить твоих близких у тебя же на глазах, просто для того, чтобы ты потерял твердость воли и стремление к победе. И Разим даже не выходил на поле боя, если не был уверен, что точно возьмет над врагом верх. Такого противника очень сложно выманить на честный бой и еще сложнее получить от этой схватки хоть какое-то удовольствие. Мне удалось поймать его в западню лишь однажды, когда я сам стал приманкой и все равно целая сотня моих бойцов в тот день осталась лежать на земле… С другой стороны — людей он любил не больше, чем нас, так что если бы он дожил до наших дней, то проблемы фарольцам создал бы огромные… Но нам, вместе с людьми, тоже бы досталось.
— Ты думаешь, что он уже давно мертв?
— Честно? Не имею ни малейшего понятия. — пожал плечами Красный Клинок — Вообще-то люди столько не живут, во всяком случае — если они не маги. А чародеем Убийца Живых как раз-таки не был, хотя некоторые странные способности все же имел. Так что всякое могло случиться, ведь с места нашей последней схватки он ушел на своих двоих. — Фирлик снова вгляделся в присланный с депешей рисунок — Но парень на портрете совершенно точно не Разим. Хотя мне кажется, что где-то я его уже видел…
— На разосланных ориентировках того смертного, которого ищет Залик? Или может быть в захваченном нежитью городе? — поинтересовался у него Лирузиль, доставая еще один лист бумаги. — Взгляни, сходство между ними практически полное. А те отличия, что есть — скорее всего заслуга художников, что рисовали портреты по словесному описанию.
— Хм… Действительно. — главнокомандующий эльфийской армией перевел взгляд с одного рисунка на другой. — В Оросе мне было немного не до разглядывания этого смертного, да и капюшон его лицо хорошо скрывал…А портреты, что разослал нашим бойцам Залик я и вовсе не видел. Но это явно один и тот же человек. Получается, что в Оросе меня потомок Разима облапошил? Знаешь что? Пусть когда Ловчие Киала поймают эту хитрую скотину, перед тем, как отдавать его в руки Заклинателя Плоти, приведут этого смертного ко мне. У меня есть пара вопросов, на которые я хотел бы получить ответы…
— Думаешь, он знает, где может быть Убийца Живых?
— Думаю, он может знать, где можно начать его поиски. — тяжело вздохнул Фирлик, направляясь к выходу с арены. — Учитывая, что недавно доложили наши разведчики, работающие на том берегу Серебряной Реки, о наличии такого врага как Разим мы обязаны знать. Хотя бы просто жив он или нет — даже этого будет достаточно.
— Я только что вернулся с обхода малых лагерей, поэтому еще не знаю последних новостей. Стряслось что-то важное, о чем мне стоит знать? — Серебряное Крыло вопросительно посмотрел на своего отца.
— Теперешний король людей по имени Фаркус Третий наконец-то закончил собирать полки тяжелой конницы и в эту самую минуту они маршируют в нашу сторону. — мрачно и с некоторой долей предвкушения в голосе ответил седой генерал. — А это значит, что скоро война перейдет в горячую фазу. Готовь своих воинов к битве, Лирузиль. Настало время пролить немного крови смертных…