Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

Мы, скрепя сердце, отправились в следующий дом, не ожидая ничего хорошего. 
Шли молча, лишь изредка отец с Харви перекидывались незначительными замечаниями. По пути я сдернул травинку и, засунув ее в рот, стал задумчиво её там перекатывать между зубами.
Очевидно, что ворон не пытался одержать быстрой победы над нами – иначе он уже нас бы раздавил. Пока он только игрался. Видимо он не воспринимал меня как противника всерьёз. Или у него еще не было достаточных сил. Ну что ж, в любом случае, ему же хуже. 
Время у нас поджимало. Нужно было в срочном порядке разобраться с дарами Матери-Богине дома Аркасов. Поэтому мы решили в этот раз обойтись без церемоний. Вновь не обнаружив стражника у дома, вошли в калитку, и сразу стали тарабанить в дверь, не ожидая, что нам откроют. Но к нашему удивлению на пороге возник возмущенный старый слуга. 
Слуга оглядел нашу компанию так, точно мы нищие пришедшие к нему в дом за подаянием. Только сейчас я понял, что недавняя расправа над семьей Сконе не могла не сказаться на нас, и вид мы имели и вправду потрепанный. 
– Приветствую вас, ваша светлость Герберт, – почтительно поклонился он отцу и с порога отшил нас, – к сожалению, мой хозяин не может вас сегодня принять. 
– И вам доброго дня! Мне необходимо срочно поговорить с его светлостью Аркосом по вопросу, не требующему отлагательств, – холодно ответил этому зазнайке отец. 
– Мне очень жаль, – непробиваемо отчеканил слуга, – приходите в другое время и желательно о приеме извещать заранее.
Такой резкий отворот поворот явно выходил за все рамки приличий. Лица отца Харви и Фила вытянулись. 
– Почему вы позволяете себе такое обращение с гостями?! – взорвался отец. – Причина отказа в визите?!
– Вы явились в дом незваными, – продолжал настаивать на своем слуга, хотя гонор свои поумерил, но было ясно, что пропустит он нас, только через свой труп, что ж в случае нужды…. – У хозяина сейчас важная встреча. Он не может вас принять.
Мне надоели эти глупые препирательства. Времени на это не было. Я вышел вперед и сделал едва уловимое движение. В горло слуги уткнулся кончик моего меча.
– С кем? И где? – угрожающе поинтересовался я.
Слуга мелко задрожал. Отец поджал губы, Харви одобрительно усмехнулся.
– Его светлость Аркос принимает у себя в кабинете сэра Мерлина по очень важному вопросу! – дрожащим голосом объяснил слуга, обнимая себя руками. – Велено никого не пускать! Уберите оружие!
– Проводите нас в кабинет Аркоса, – спокойно потребовал я.
Старика было, конечно, жаль, но выбора он нам не оставил. Слуга с надеждой посмотрел на моего отца, но отец не оправдал его надежд.
– Нам необходимо увидеть вашего хозяина, – кивнул отец, выразив полную солидарность со своим непутевым сыночком. 
– Это скандал, Ваша светлость, Герберт! Вам не простят такой наглости! – провожая нас в кабинет, продолжал бухтеть слуга. 
Мы вступили в светлые и чистые хоромы, по стенам картины, предметы роскоши. Пахло цветами. На контрасте с домом Сконе здесь было так уютно, человечно. Здесь царила жизнь, а там – смерть, черная беспощадная…
– Я бы на твоем месте переживал не об этом,– посоветовал я слуге, – а о том, чтобы мы простили твое хамство.
Слуга замер у входа в кабинет в нерешительности. Я отодвинул его в сторону и распахнул дверь. 
Оказалось, мы опоздали на долю секунды. В центре комнаты стояло два человека. Аркос медленно оседал с пробитой рукоятью меча головой к ногам Мерлина. А мерзавец самодовольно ухмылялся, держа в руках мантию. 
Мерлин обернулся на звук. При виде нас злобно оскалился и кинулся к окну. 
Я рванул к нему. Однако оказалось, что в комнате, кроме Мерлина и Аркоса, было еще три человека, которые выползли из своих углов и преградили мне путь.
Мерлин бросил стул в окно. Стекло со звоном осыпалось мелкой крошкой. 
Я махался мечом с троими. Пока отец Харви и Фил не подоспели на помощь. Я оставил приспешников Мерлина на отца, Харви и Фила, а сам вырвался из оцепления. 
Мерлин уже выпрыгнул в окно. Я следом. Осколки стекла все же поранили кожу. 
 
Мерлин оторвался недалеко, и я в два прыжка нагнал его. 
Мы скрестились взглядами. У Мерлина был взгляд волка, вот его истинная сущность и проявилась окончательно, от доброго малого не осталось и следа. Он без излишних прелюдий материализовал свой меч. И видимо рассчитывая на легкую победу перешел в наступление. 
Однако, несмотря на то, что я был вымотан за эти дни донельзя, легкой добычей я становиться не собирался. Меня захлестнул азарт. Во мне распахнулись соколиные крылья, они давали мне силы, ловкость, выносливость. Я видел намерения противника и легко отражал удары. 
Мерлин был скорее лицедеем, но не бойцом. Он быстро начал сдавать и перешел в защиту.
Я чувствовал, что еще пару выпадов, и я достану выдохшегося противника. 
Но тут случилось то, что я не мог предвидеть. В лицо мне задул ледяной ветер. На землю упали тени. В доли секунды небо почернело и с оглушительным карканьем в меня стремглав спикировали сотни черных птиц. Вороны окружили, завертелись в безумном вихре вокруг меня. Перед глазами мелькали крылья, клювы, когти. Птицы царапались, выклевывали куски мяса из моего тела. 
Я пытался отбиться мечем, но злосчастных птиц было слишком много.
Меня одолела такая безудержная ярость. Она обожгла золотым огнем. Огонь во мне стал нарастать, шириться, пока не заполнил собой все сознание. Я завопил и резко раскинул руки. 
Воронов смело золотой волной огня. Их прах схватил ледяной ветер и унес на Север. Сам же я соколом парил в небе. Высмотрев на земле точку Мерлина, я спикировал ему на башку. 
Мерлин не хотел расставаться с мантией. Мне пришлось пустить в ход и клюв, и когти, и крылья чтобы вырвать её из его цепких пальцев. Наконец, хорошенько исклевав этого урода, мне удалось отнять мантию из его рук. 
В ипостаси сокола пленить Мерлина у меня все равно бы не вышло. А после обращения в человека я был бы слишком слаб. Поэтому мне ничего не оставалось, как вернуться со своей добычей к дому Аркосов. 
Меня ждали на заднем дворе пять точек: Фил, отец, Харви, Аркос и слуга. Значит Мерлин пришиб Аркоса все же не до смерти. Одной бедой меньше. 
Я приземлился на землю и обратился обратно в человека. Так как обращение в сокола было недолгим, меня не стало, как это обычно бывает, выворачивать наизнанку. Я лишь предстал перед всеми абсолютно голым и чувствовал головокружение, жажду и голод.
Аркос выступил вперед. Высокий долгорукий мужчина с черными волосами с проседью у висков смотрел на меня с почтением. Он поклонился мне.
– Спасибо, сокол, что спас мою жизнь и честь. Я этого не забуду. 
– Это мой долг, – вежливо кивнул и протянул ему мантию.
Аркос с благоговением принял её. И внимательно стал рассматривать, по лицу его скользнула тень. Он поднял на меня потерянный взгляд. 
– Ты был очень храбр, сокол. Ты победил стаю воронов… – тихо сказал Аркос. – Но тебя соколенок, как и меня, обдурили. Мерлин подменил мантии – это не дар Матери-Богине. Это обычная мантия.
– Ты уверен, Аркос? – перепросил отец.
– Геб, я не спутаю мантию Матери-Богини ни с какой другой, – с нотками раздражения отрезал Аркос. – Это подделка.
– Значит, у них теперь все дары Матери-Богини, – отрешенно констатировал я. 
Меня душили эмоции. Хотелось закричать, затопать ногами. Но я не давал волю чувствам. Нельзя было ронять достоинство. Голый топающий мальчик не внушит людям надежду на спасение. 
– Хотите сказать, не только меня обокрали? – с плохо скрываемым облегчением переспросил Аркос.
– Я хочу попросить вас дать мне поесть, попить и какую-нибудь одежду, – не утруждая себя больше объяснениями, попросил я Аркоса. – У нас сегодня есть еще одно неотложное дело. 
– Все что пожелаете, мой друг, –вновь поклонился Аркос и дал знак слуге. 
  
Глава 25
 
В трактир «Скажи друг и войди» мы все равно пришли с запозданием. По дороге я утолял свой зверский голод пирогами, и мы обсуждали план действий.