Дайте мне меч, и я переверну мир! Том 1 (СИ)

Томаш налился краской.
– Заткнись, вырожденец! – выдохнул он. – Скоро все, кто еще сомневался, это поймут. 
– Главное, чтобы они не поняли, что ты баба, – нарочито безразлично усмехнулся я. 
– Если я баба, отчего ты спрятался за спину герцога? – резонно спросил Томаш с презрительной улыбкой. – Пользуешься мнимым предлогом, чтобы продлить себе жизнь на три месяца? Кстати, осталось только два.
– Отчего же свою жизнь прячу? Я может о твоей пекусь, – не подавая виду, что задет, пожал я плечами.
– Думаешь, успеть сделать свои подлые делишки? Я все знаю, Эрик, тебе не удастся это провернуть!
– Посмотрим, Томаш! – этот блондинчик меня достал, и ощущение было каким-то противным, что он на что-то упорно намекает, а я упорно этого не могу понять. 
– Значит, ты и не думаешь отрицать?! – глядя на меня, как на сумасшедшего удивился он. 
– Отрицать что? – раздраженно поинтересовался я. 
Руки чесались материализовать меч и покончить уже с этим. 
– Я все знаю, Эрик. Мне Роджер все рассказал про твои планы, – выпалил Томаш и тут же поняв, что сморозил лишнюю информацию, прикусил язык. 
Выдавать Роджера явно в его планы не входило.
– Томаш, ау! Нахрена мне делиться своими планами с Роджером?
– Тебе не отпереться, Эрик, твоя песенка спета. В любом случае скоро я поквитаюсь с тобой и у тебя ничего не выйдет! – выдав эту напыщенную околесину Томаш прошел мимо меня нарочито задев плечом. 
Зря он это сделал, я развернулся и... И встретился глазами со Стеллой. Она смотрела на меня испуганно. Тяжело дышала, грудь у нее колыхалась вверх-вниз, вверх-вниз. Пожалуй, убить её долбанутого брата у нее на глазах идея не лучшая.
Ладно, пусть пока живет, но я здесь… 
– Эрик, здравствуй, приятель, – меня похлопал по плечу какой-то мужчина. Волосы каштановые. Сложен крепко. – Ты что такой хмурый? 
– Есть причины, – буркнул я.
– Понимаю, у меня тоже есть. Моя дочь, – он кивнул в сторону черноволосой сучки, голос его перешел на доверительный шепот, – сговорилась со своей матерью. И теперь мне нигде не стало покоя, они мало того, что морят меня голодом, заставляя, есть полезную еду, как они выражаются, а на деле просто траву, так еще и запретили мне пить! А выносить многих из здешних ребят, – мужчина вздохнул, – как ты понимаешь, без алкоголя просто невозможно. 
Я хохотнул.
– У вас это получается лучше, чем у меня.
Я понял, что меня так подкупило в этом типе. Глаза, они кого-то мне напоминали, кого-то близкого. Взгляд такой открытый, добрый… 
– У меня просто больше практики, Эрик, – подмигнул лорд. – Не вешай нос, пока над тобой нет надзирательницы, не все потеряно. 
К нам подошел отец. 
– Ганс, как тебе наряд моего сына? – с ехидством поинтересовался отец. 
А ведь у меня только начало выравниваться настроения. 
– Меня впечатлил, – добродушно хохотнул Ганс. – Глядя на Эрика, вспомнил нашу молодость, как мы с тобой заявились на прием к герцогу Кларенсу пьяные наряженные в пиратов и распевали пахабную балладу о русалках.
– Мы могли себе это позволить, – мрачно процедил отец, жаль он не мог быть таким же адекватным, как лорд Ганс. – Наша репутация была на такой высоте, что эта невинная шалость не могла ей повредить. 
– А твой отец, как я помню, так не думал, – пожал плечами Ганс.
И тут я понял, кого мне напоминает этот Ганс. Фила! Только без его рыжины, а так – копия. Неужели это его паршивец отец?!
Неужели в этой ряженой толпе аристократов нет ни одного, кто мог бы быть приличным человеком. 
Я развернулся и пошел к себе в комнату, хватит на сегодня с меня этого цирка уродов. Но мой острый слух таки засек обрывок разговора. 
– Зря ты к парню придираешься, – сообщил отцу лорд Ганс. 
– Он в большой опасности. И подливает масло в огонь. 
– Молодость. Тут или выплывет или потонет.
– Да, потонет! И весь наш дом сгинет в пучине! – с горечью заметил отец.
– Как Фил? – затаив дыхание спросил Ганс.
– Горя не показывает. Справляется, Альфред его хвалит. Правда слишком добр и наивен. Вся прислуга на нем ездит. 
 
– Это наша скотская жизнь как раз легко лечит...
Я завалился спать пораньше. Завтра силы мне понадобятся. Но как по будильнику опять проснулся ночью с одной мыслью: «Хочу жрать»!
Я весь искрутился. В попытках уснуть стал считать долбанных овец, но они превратились в баранов, которые тушатся на медленном огне, да с картошечкой, да с лучком… Можно даже просто зажаристой картошечки, да с салом, да с лучком, да с укропчиком.
Я изошел на слюну. А ведь на кухне явно кто-то подворовывает, вспомнил вдруг я благовидный предлог. Я пойду туда не жрать, а проследить за порядком. Ну а там, можно будет и пожрать, устав от трудов праведных. 
Крадучись, я спустился вниз. На кухне никого не было. Я взял окорок и засел в засаду, под стол. Совмещая приятное с полезным, утоляя голод и исполняя свой гражданский долг. 
Окорок быстро источился под зубами, руки же были жирными, да и кость меня бесила. Да и поза это скрюченная к удобству не располагала. 
После утоления голода меня стало клонить в сон. Я вспомнил, что завтра мне предстоит драка с Роджером, а значит нужно восстановить силы. 
Я уже стал выползать из-под стола, как уловил какой-то шорох и поспешил шмыгнуть обратно. 
На стене запрыгали горбатые тени. Мне сделалось не по себе. 
Однако с канделябром в руках на кухне появилась стеснительная кухарка. И давай в нехилый такой мешок спихивать жратву отовсюду. 
Я хотел было выпрыгнуть с воплями, ага, попалась. Но решил повременить. 
Зачем этой худенькой служанке столько еды? За воровство здесь полагалась казнь. Ну, обличу я её сейчас, а окажется, что она еду эту на благое дело какое-то брала. Нет, нельзя так. Не производила она впечатления какой-то мерзавки или обжоры. Что-то тут было нечисто.
Я решил проследить за девчонкой. 
Девчонка, словно что-то почувствовала насторожено заозиралась по сторонам. Потом взвалила тяжеленный мешок на спину и вышла на улицу.
Эх, не желательно было трансформироваться накануне боя. Однако риск быть обнаруженным был слишком велик, к тому же меня захлестнул охотничий азарт. И я решил, что если ненадолго обернусь, то ничего в этом катастрофичного не будет. 
Кухарка и вправду тащила свой мешок не так уж и далеко. Обойдя замок с восточной стороны, туда как раз и выходило мое окно, она стала спускаться по горной тропе вниз. Там она вдруг взяла и растворилась в воздухе. Я, было испугался, что она воспользовалась каким-то волшебным трюком, почувствовав преследование. Однако подлетев поближе, понял, что девчонка просто нырнула в пещеру. 
В пещере кухарка зажгла факелы. И я смог рассмотреть, что на сооруженной из соломы и, по всей видимости, тоже краденных из замка подушках лежит какой-то парень чуть старше меня. Ну, как парень, скорее кожа да кости. 
Он был анорексично худой, и все тело его покрывали жуткие шрамы. Волосы у парня были слишком длинные, спутанные черные. Нос с горбинкой. 
Он открыл черные глаза. В них на удивление сосредоточилось много жизни и какая-то тягучая энергия. 
– Ты здесь, Изи, – хрипло прошептал он.
– Да-да, я здесь, Вард, я принесла еды, –прощебетала кухарка, смотря на этот страшный скелетон с обожанием. 
– Благодарю, Изи, мне бы только набраться сил, – тонкие губы парня растянулись в подобие улыбки. 
От такой улыбочки даже у меня мороз по коже прошелся, а девчонка ничего, расплылась в ответочку. И стала кормить этого тощего с ложечки. А он лопал, да так, что аж щеки трещали.
– Как только ты поправишься, мы с тобой уйдем, и никто нас не найдет! Мечтала кухарка. – Бедный ты так натерпелся от кораблекрушения этого. 
– Изи, ты точно за собой никого не привела? – вдруг насторожился парень, приподнявшись на локте.
Я решил от греха подальше свалить. В сущности, я услышал самое важное. Кухарка воровала не для себя или своей выгоды, а пыталась помочь несчастному пареньку, который пострадал в кораблекрушении. Дело благородное.