Два с половиной человека (СИ)

– Кто звонил? – спрашиваю у него, и мужчина хмурится.
– Ангелина. Моя бывшая жена. – Я поджимаю губы, и он смягчается: – Только не говори, что ревнуешь, мы это уже обсуждали, а ты и так на взводе весь день. Я не думаю, что это пойдёт на пользу малышке.
– Помимо малышки есть ещё я, Ярослав. Иногда мне кажется, что она интересует тебя в разы больше!
Мужчина смеётся:
– Матрёшка, ты, что же, решила меня теперь к ребёнку приревновать?
Он подходит ко мне, и я позволяю ему обнять себя. Он целует кончик моего носа.
– Ну чего ты хочешь услышать? Я люблю тебя. Люблю твоего ребёнка. Всё, что я делаю, делаю только для того, чтобы защитить вас, чтобы подарить вам то будущее, которое вам необходимо: счастливое, беззаботное, беспроблемное. Может, и не буду этого отрицать, я несколько воодушевлён, что вместо симпатичной беглянки заполучил комплект два в одном, но я невероятно счастлив, Рит. Счастлив и горд. Всё, к чему я стремился, получил от нашей встречи. И теперь я просто хочу скорее избавить тебя от всех проблем.
Всё, чего хочу я, это понять, что происходит с моей жизнью! Насколько искренне говорит мужчина? Что ему нужно на самом деле?
– Будь умницей, Рит. Пожалуйста. Я чувствую, что развязка уже близко. Мне нужно кое-что проверить, и я уверен, что дело сдвинется с мёртвой точки. Потерпи, матрёшка, скоро я заберу тебя домой.
– Забери меня сейчас, – прошу его, пуская в ход слёзы. – Пожалуйста! У тебя отличная тётя, но я… скучаю без тебя, а малышка нервничает. Я буду сидеть тихо как мышка. Ни одна душа не заподозрит, что ты снова привёз меня домой. Пожалуйста, мне так плохо без тебя, Яр. Я спать не могу, у меня аппетита нет…
– Рит, я не думаю, что высовываться пока хорошая затея. Дай мне ещё неделю…
– Мне страшно без тебя! Вдруг я начну рожать? Мы не обсуждали, что делать в этом случае… Я не хочу в больницу, не хочу в тюрьму, не успев попрощаться с тобой. Я хочу, чтобы ты увидел её вживую, чтобы знал, как она выглядит, чтобы мог её забрать. Я не хочу, чтобы она провела в доме малютки хоть одну секунду!
Я завываю у его груди, не забывая отчаянно всхлипывать. Я выберусь из этой деревни в город, поближе к своему тайнику, чего бы мне ни пришлось сказать или пообещать!
Мне кажется, придётся умолять часами, но Ярослав протяжно выдыхает и успокаивает:
– Ну что ты, конфетка. Не плачь, не терзайся. Всё будет хорошо, слышишь? Хочешь со мной? Конечно, поехали. Что же ты молчала, матрёшка? Я думал, тебе наоборот лучше побыть здесь, но если ты тут только унываешь и придумываешь всякие страшилки, да и сам я, признаться, места себе не нахожу, пока ты не под боком, то, конечно, поедем домой, и конец нашим мучениям. Я смогу позаботиться о твоей безопасности. Тем более, как я уже сказал, мне кажется, что развязка уже близко.
Я дышу ровнее. Это оказалось проще, чем я думала. Я-то думала, что ему выгодно держать меня здесь, а он подозрительно легко согласился забрать меня! Меняет планы? И что это за планы?
Я настолько накручиваю себя, что малыш беспокойно крутится и никак не может улечься. Ещё и искреннее расстройство тёти Нюры давит на совесть. Она так тепло приняла меня, заботилась и не давала скучать, а я, получается, бегу! Но я заставляю совесть затихнуть. Мне нужно думать о себе и своей девочке. Вот первоочередная задача. Держать ушки на макушке и улизнуть в случае опасности.
К моменту, когда Ярослав проверяет ремень безопасности и выруливает из ворот на дорогу, уже сгущаются сумерки. В абсолютной тишине мы проглатываем километры. Ярослав словно обдумывает что-то. Возможно, строит новый план. Или он уже решил, что будет делать со мной? Может, он понял, что до сих пор любит свою жену, а я для него просто работа? Может, это я достала его настолько, что сижу в печёнках? Но он вынужден терпеть, потому что результат стоит всяких затрат?
Нервы натянуты до предела. Мысли скачут, как маленькие мячики для пинг-понга. Я успеваю решить и тут же передумать, принять другое решение и вновь искать ответы, гоняя вопросы по кругу. От этих непрекращающихся раздумий и от страха перед неизвестностью к горлу подкатывает тошнота, а живот снова коротко прихватывает. Добраться бы до дома!
 
На подъезде к городу Ярослав уже не просто сосредоточен, он скован и напряжён. Принял решение?
Мужчина резко выкручивает руль, в последний момент съезжая на просёлочную дорогу, ведущую в лес.
– Куда мы едем? – звенящим от напряжения и накатывающей паники голосом спрашиваю у него.
– Не бойся.
– Ярослав, куда ты меня везёшь? – кричу я, и он бросает на меня странный взгляд, который я не могу распознать в темноте.
– Успокойся.
Я возмущённо фыркаю, собираясь выдать новую порцию вопросов, но тут в зеркале вижу отражение двух пар фар, которые… следуют за нами.
– Ярослав… – дрожащим голосом пищу я.
– Не бойся, матрёшка. Не бойся. Я позабочусь о тебе. Тебя никто у меня не заберёт, слышишь?
Слышу. Но ничего не могу поделать с охватившим меня смертельным страхом и учащающимися схватками…
  
21. Ярослав
 
Я бы смог устоять перед её слезами, если бы не моя твёрдая убеждённость в собственной правоте. Догадка, обрушившаяся столь неожиданно, требовала подкреплением фактами, чем я незамедлительно хотел заняться. А уж если мне удастся обнаружить хоть малейший, я приведу Риту в комитет, сниму официальные показания и отправлю опергруппу рыскать в новом направлении, а не тыкаться слепыми котятами в темноте в поисках моей беглянки.
Именно поэтому я согласился взять её в город. Поэтому и потому, что мне и самому тяжело давалось испытание разлукой. Думать, как там моя матрёшка, не надумает ли рожать, не отправит ли тётка её в больницу и что будет потом… Невыносимо!
Но сейчас, когда я замечаю конкретный такой хвост из двух неопознанных тачек – неопознанных, потому что они не из комитета и не из полиции, манера поведения на дороге иная, уж мне ли не знать! – понимаю, что облажался. Нельзя было брать Ритку. Рано!
Понимая, что до города могу не дотянуть, сворачиваю с трассы на просёлочную дорогу. Там у меня появится шанс уйти через лес. А там уже буду думать. Главное, спрятать Риту. Не потерять.
На просёлочной дороге я ускоряюсь, но и ребята не отстают, проглатывая расстояние между нами уже не таясь.
– Куда мы едем? – не своим голосом спрашивает девушка.
Успела ли заметить слежку?
– Не бойся, – успокаивающе твёрдо говорю ей.
– Ярослав, куда ты меня везёшь? – в ужасе кричит она, и я поворачиваюсь к ней на короткое мгновение.
Не так я планировал, не так хотел. Но если понадобится, сдохну здесь, в этом лесу, но ни за что не отступлюсь. Да разве об ином может идти речь? Люблю я эту девочку. Так, что и подумать страшно о неблагоприятном исходе этой поездки.
– Успокойся, – всё, что могу выдавить из себя, хотя изнутри распирает от желания сказать так много.
Ритка нахохливается, бросает беглый взгляд в зеркало и меняется в лице.
– Ярослав… – раздаётся писк справа, и я понимаю, что теперь она точно в курсе слежки.
Сложно не заметить, когда они едва ли не дышат в затылок.
– Не бойся, матрёшка. Не бойся. Я позабочусь о тебе. Тебя никто у меня не заберёт, слышишь? – тихо успокаиваю я, отыскивая в темноте салона её руку и крепко сжимая. – Будешь послушной девочкой?
– Лад-но, – странно протягивает Ритка, но времени разбираться с её мыслями у меня нет.
Возвращая руку на руль и концентрируя внимание на колдобинах, я вдавливаю педаль газа в пол и отрываюсь на максимально возможное расстояние от преследующих автомобилей.
 
– Сейчас будет поворот, – говорю Рите. – Сразу, как я заторможу, беги в лес без оглядки. Так быстро, как только сможешь, поняла?
– А ты? – всхлипывает она.
Игнорирую её вопрос:
– Километров через семь – десять будет деревня, попросишься в первый попавшийся дом и позвонишь в следственный комитет нашего города, спросишь Власову Ангелину Анатольевну. Повтори.