Два с половиной человека (СИ)

– Ага, быстро. Спи, Рит, сейчас я лягу.
– Ммм, – бурчит она, – хорошо.
Несколько минут Туманова устраивается удобнее, подгребая под живот одеяло, и я смотрю на эти забавные копошения со стороны. Ритка ещё несколько раз перебирает ножками в поисках опоры – последнюю ночь она упиралась пятками в мои ноги – и, не найдя желаемого, всё-таки затихает.
А я прохожусь по дому, активируя систему слежения. Вот уж не думал, что когда-либо мне придётся воспользоваться всем этим новомодным техническим оснащением!
Проверяю, чтобы картинка писалась, подключаю облачное хранилище для резервной копии и торопливо принимаю душ.
Мысли в моей голове не затихают ни на мгновение. Знает ли тот, кто охотится на Ритку, с кем имеет дело? Я уверен, что да.
Не каждый решится вести сотрудника СК. Нужно быть либо отчаянно глупым, либо отчаянно безбашенным. Чувствует свою безнаказанность? Почему?
Неужели Рита что-то не договаривает? Но давить на неё я попросту не могу. Знаю, что надо прижать девушку к стенке и заставить говорить, но у меня есть большие сомнения, что она заговорит.
Какие бы секреты она не оберегала, я уверен, это никак не связано с личностью преступника. Если бы Туманова знала, она бы не стала молчать. Иначе я абсолютно ничего не понимаю. Иначе всё это не имеет какого-либо смысла.
Если только… версия с любовником, выстроенная Ангелиной, верна, но что-то пошло не так и сообщник Тумановой спешно заметает следы. Она покрывает его, потому что влюблена, он хочет от неё избавиться, потому что…
Чёрт! Да потому что Аркадий Туманов не сдержал слово и исключил Риту из завещания?!
Версия мне не нравится. Она не выдерживает даже самую непредвзятую критику, что уж говорить обо мне!
Я лишь раздосадованно сжимаю челюсть, натирая тело жёсткой мочалкой, врубаю ледяную воду, выгоняя из головы нелепые образы, как Рита – моя матрёшка, которая еле перекатывается со своим животом – хладнокровно убивает мужа и подаётся в бега.
  
14. Ярослав
 
Утром я не в духе, и это слабо сказано.
Всю ночь мне не давали покоя кошмары, я беспокойно метался по кровати, снова и снова возвращаясь в кабинет Туманова и наблюдая собственными глазами убийство Аркадия безжалостной рукой его же молодой жены.
Потом Рита поворачивалась ко мне и стреляла прямо в центр моей черепушки, медленно подходила, целовала остывающие губы и шептала: «Всё не так, Ярослав. А как – разберись сам.»
Раз на десятый этой заезженной пластинки я не выдержал. Хотел крикнуть: «А как? Как, твою мать, Рита?!», но непослушные губы лишь испустили странный шипящий свист, и я умер, просыпаясь в настоящем в холодном поту.
Ритка сопела по правую руку, и я долго разглядывал её спокойное лицо, задаваясь вопросом: а как, если не так?
И что именно не так, когда всё, абсолютно всё не так?
Ритка поморщилась. Крохотная ладошка накрыла живот и тут же подпрыгнула от явного толчка. Непоседа внутри неё всегда выбирает неподходящее время для своих игр!
Я придвинулся ближе, обхватывая живот сразу обеими руками и поглаживая круговыми движениями, да так и заснул. Остаток ночи прошёл без сновидений. Почти. Единственным, что мне снилось под утро, оказался маленький карапуз, который тянул ко мне свои руки и говорил: «Папочка, мне страшно!». Чертовщина, ей-богу, но именно этот сон принёс больший раздрай в мою душу.
Проснулся я в пустой постели. Ритка крутилась на кухне, моя футболка, растянутая на подросшем за ночь, как мне кажется, животе была заляпана мукой и тестом.
– Доброе утро! – улыбается Туманова, но тут же осекается, увидев хмурость на моём лице. – Что-то случилось?
– Не бери в голову, чушь какая-то снилась, вот и не выспался.
– А меня вообще ничего не беспокоило, я даже подивилась, что ни разу не проснулась за всю ночь! Даже мелкое чудовище не требовало еды, хотя ужинали мы достаточно рано… – Ритка щебечет вокруг меня, и постепенно я расслабляюсь.
Она подаёт мне чашечку кофе, выставляет на стол фаршированные блины.
 
– Трубочки с творогом, квадратики с картошкой и жареным луком, треугольнички с абрикосовым джемом.
Я перехватываю её руку:
– Сядь сама поешь, не суетись.
– Ну чего – не суетись? Сейчас соберу тебе перекус, а то что это за несправедливость – вести бандитские делишки на голодный желудок?!
Она заливисто смеётся над собственной шуткой, но тут охает, хватаясь за край стола.
– Рит, ты чего? – моментально выскакиваю я на ноги.
– Всё в порядке, – хрипит она. – Я в норме. Чудовище пинается, кажется, это была моя печень. Приятного мало, чтоб ты понимал. Всё, уже отошло. Видишь?
Она действительно распрямляется, и я в относительном спокойствии усаживаю её за стол.
Она протестует:
– Я ещё не всё приготовила!
– Отставить готовку! Всё, хорош, Рит. Покорми пузожителя, пока он не продолжил возмущаться. Хотя, может, он и не из-за завтрака, как думаешь? Может, он папочку защищает, когда ты меня почём зря в бандиты записываешь?
Ритка бросает на меня взгляд исподлобья и вздыхает:
– Хорошо, честный бизнесмен, больше не буду клеветать на вас при ребёнке.
– Вот и умница, – целую её лоб, быстро глажу по округлости живота и отстраняюсь. – У меня сегодня много встреч, деловых, нужно бежать. Спасибо за завтрак. Отдыхай.
Но девушка упрямо идёт следом. Пока я обуваю туфли и завязываю шнурки, Ритка снимает с плечиков в шкафу моё пальто.
– Тяжёлое какое, что ты там носишь?
И, не дождавшись ответа и не дав возможности мне её остановить, запускает руку во внутренний карман. Прямо туда, где лежит моё табельное оружие.
Ритка бледнеет, и я молча забираю пальто из её рук.
– У меня есть разрешение на ношение оружия, – спокойно говорю ей. – Это… по работе… и для твоей безопасности тоже.
– Честный, говоришь? Кто ты, Ярослав? Какую игру ты ведёшь? – глаза Тумановой наполняются слезами. – Могу ли я тебе доверять, Ярослав?
Рита смотрит на меня разочарованно, с глубокой обидой. Я решаю, что лучше правды ничего в нашей ситуации нет. Но девушка не даёт мне и рта раскрыть.
– Ни один человек в здравом уме не таскает с собой просто так пистолет! Да так вообще никто не делает! Только… Только… Да только бандиты и полицейские! Ты утверждаешь, что не бандит, значит, ты – полицейский? Если ты полицейский, Ярослав, то не кажется ли тебе слишком жестоким вести своё расследование таким образом? Ты специально держишь меня здесь, чтобы я сошла с ума и призналась в том, чего не совершала? Я прекрасно знаю, как вы это проворачиваете! Видела в сериалах! Да и папа всегда мне говорил, что от таких продажных сволочей стоит держаться подальше! Пожалуй, я уже нагостилась в твоём доме. Сейчас я соберусь и уеду.
Вот же не несносная! Разве такой что-то докажешь? Разве поверит в мою правду, которая мне и самому порой кажется бредом? Сбежит, дурная, и угодит в неприятности. А потому я стискиваю зубы и засовываю свои признания подальше.
– Я действительно похож на полицейского? – добавляю в голос побольше стали.
– Нет, – вздыхает она. – Я тебе уже сказала, на кого ты похож, рожа бандитская, а ты: «честный бизнесмен, честный бизнесмен»…
– А если я на полном серьёзе веду бизнес, так, по-твоему, не могу иметь разрешение на ношение оружия? Думаешь, у твоего Туманова не было пистолета? Это, Рита, не шуточки. Те, кто имеют дело с очень большими деньгами, должны обезопасить себя всеми возможными способами. И Туманов твой так же, как и я, имел оружие, да из него же и был убит.
 
Смотрю на неё в упор. Внезапно сон вспоминается так ярко, что нервы скручиваются в тугой ком. Меня бесит эта ситуация. Злит до невозможности. Подумываю даже просто отвезти Риту в отделение, и дело с концом.
А там пусть Власова доведёт до признания или найдёт настоящего преступника. Пусть этим займётся кто угодно, потому что у меня, кажется, крыша едет натуральным образом.