Пять свадеб и Я (СИ)

Утро началось с сообщения Аси, что мне лучше не появляться на некоторых этажах их конторы, так как два десятка взбодренных женщин мечтают меня линчевать с особой жесткостью прямо в коридоре.
Можно было бы повыпендриваться, запросить информацию в отделах, но когда на чистом глазу выдают бумажку двухгодичной давности и уверяют, что все свежее и прям работающее, то как-то не хочется участвовать в игре "укажи место выскочке". Свое время уважай и чужое не теряй. Заслужили. Греков получил, что хотел, уж не знаю, зачем ему нужны были "косяки", но в эти отделы мне больше и не надо.
Тренинг для ВИПов — что может быть проще. Договорись о дате, узнай какие требования, найди помещение, пригласи всех и проконтролируй, чтоб не забыли. Главное условие — конфиденциальность. Видимо, несоблюдение именного этого условия и заставило Грекова сменить исполнителей. Если слухи о приезде очередного гуру просочились не от самого гуру, то… Ладно, это вообще не мой вопрос — кто и как сцеживает информацию.
Коуч давно отошел от дел, тренинги прекратил лет семь назад вести, но жить на что-то надо, вот и делится в частном порядке своими знаниями, обзывая это встречами для познания друг друга, только не любит афишировать приработок, а после "очередного обострения отношений" светиться в нашей стране не очень хотел бы.
Как и актрисульке, что на весь мир орет о своей ненависти к России и призывает на борьбу, только куда-то все принципы делись, как только ценник нашла подходящий. Тут просто — встретить, обеспечить все в соответствии с райдером, сопроводить на вечеринку, забрать, посадить в самолет и пожелать мягкой посадки где-нибудь подальше от нашей границы.
Мероприятия в подарок, Павлинчика на них не будет и интервью никаких не будет.
Вот продала бы "случку века", так не занималась бы сейчас координацией всех подряд в пространстве и времени. Но продавать мне пока совесть не позволяла и вбитая когда-то профессиональная этика. Пазл сложился, можно вычеркнуть пару пунктов из списка "заморочки от Грекова".
Продолжим. Сеанс одновременной игры в шахматы, наша версия. Пусть Заказчик по этажам побегает, сам захотел встречи в один день, но в разных местах. Три ресторана в одной башенке, два в соседней, не такой и большой прогон.
С остальным было сложней…
Ден опять спихнул приглашение, сам не хотел идти, а не пойти совсем — нельзя, вот и направил меня на растерзание, хорошо хоть там Максим рядом, не так скучно и одиноко будет на приеме. В салоне вознамерились сделать что-то креативно-волшебное, а мне казалось, что просто хотят выдернуть все локоны, когда выбралась из лап стилиста, то чудилось, что половина волос осталась в салоне, а вторая половина улетит от любого движения. Зеркало отразило меня с высокой прической, в черном длинном платье, небольшая сумочка в руках, туфли на высокой шпильке (Зачем я их надела? Под платьем все равно не видно, а ноги потом будут гудеть), и в глазах надежда на быструю катапультацию с бала. Я как приличная женщина опоздала на часок, этого времени Егорову хватило для принятия виски на грудь, Макс пребывал в приподнятом настроении и все порывался мне что-то сказать.
Улизнуть с приема не получалось, как только направлялась к дверям, обязательно кто-нибудь преграждал путь, раз уж сбежать не получилось, так хоть в одиночестве побуду.
Библиотека располагалась в самом неподходящем для нее месте — в бассейне, может, хозяин любил перед заплывом почитать Толстого или Шекспира, но я такой выбор не понимала, книги должны храниться в определенных условиях, и повышенная влажность явно не способствовала сохранности. Здесь меня и нашел подвыпивший Максим.
— Что прячешься?
— Устала.
— Лоттка, бросай свою работу.
— И кто меня содержать будет? Уж не ты ли?
Макс обнял меня.
— Я. Только скажи, я все для тебя сделаю. Все.
Я усмехнулась и, насмешливо вскинув бровь, посмотрела в его пьяненькие глаза.
— Так уж и все?
— Все, Лотта, все.
— И почему?
— Я люблю тебя, Лоттка.
 
— Глупости.
— Ничего не глупости.
— Глупости. Не путай любовь с привычкой и привязанностью, ни одна женщина с тобой долго не была, только я тебя терплю уже который год, вот ты и придумал, что это любовь.
— Ничего я не придумал, — упрямо сказал Максим.
Его губы нашли мои и… Мне бы и хотелось сказать, что страсть захватила нас, а его поцелуй пробудил во мне любовь, но… Но ничего я не почувствовала, да и он тоже.
— Нет ничего, и ты сам это прекрасно понимаешь.
— Я все равно люблю тебя, — упрямо повторил Макс.
— Нет. Когда любят, нет никаких "все равно".
— Дай мне шанс.
— Я могу тебе его дать и даже переспать с тобой, только после этого с тобой общаться перестану. Ничего между нами нет, ни любви, ни страсти. Ты мой друг, очень хороший друг, и мне будет жаль потерять тебя. Подумай об этом, Макс, когда протрезвеешь. Тебе лучше домой поехать. Такси вызвать?
— Сам доберусь, — пробурчал Макс и ушел из библиотечного бассейна.
Осталась одна в этой странной библиотеке, на душе было паршиво.
— Кажется, я потеряла друга, — сказала я водной глади.
— А что вы хотели? Поиграли с мальчиком, а он захотел большего.
— И давно вы здесь, господин Греков?
Павлин собственной персоной возник из-за кадки с какими-то экзотическими растениями, ботаника не была моим любимым предметом, так что точное название этого творения матушки-природы я не вспомнила. Сказать, что появление Грекова меня удивило, это ничего не сказать, так, наверное, чувствовала себя Скарлетт, когда с дивана встал Ретт.
— Давно. Прежде чем свидания назначать, обходите территорию.
— Учту на будущее.
— Вы любите мучить людей, милочка.
— Не замечала за собой такого хобби.
— Завели мальчика, а теперь: прости, дорогой, ты мне просто друг. Для таких, как вы, давно придумали название — динамо.
Как мне хотелось его ударить, я даже руку занесла, чтоб затрещиной согнать с его губ ухмылку, но та небольшая часть моей натуры, где еще оставалась благоразумие, остановила руку в нескольких сантиметрах от его лица. И вместо оплеухи я почти нежно погладила его по щеке.
— Что ж, господин Греков, для таких, как вы, тоже давно придумали хорошее слово.
Я развернулась и пошла к выходу.
— И какое же, Шарлотта Генриховна?
"Ублюдок". Вслух я этого не произнесла, но это ругательство ему подходило.
— Клиент. Прощайте, Павел Игоревич.
— До свидания, Шарлотта Генриховна.
На этот раз я благополучно слиняла с приема.
Вот дамочка. Вроде и слово безобидное, если без контекста и той интонации, с которой она его произнесла. Этико-моральные качества меня не сильно должны волновать, главное, что свою работу делает и проблем не возникает. Но мы почему-то все время переходим на личности, хотя… она первая начала. Детское оправдание развеселило.
Ладно, пора возвращаться в реальность, прощаться с хозяевами и лететь на очередные переговоры.
А утром отправлю список новых заданий для Линдт.
Опять — я и приглашение. Два месяца назад Макс прислал пригласительный билет на выставку, первые дни показа для избранных. Для простых смертных вернисаж открывался позже. Но после недавних событий видеться с ним не хотела, неловко себя чувствовала. Существовала вероятность того, что и Макс не жаждет со мной встречаться, но лучше перестраховаться и не пойти. Не так много людей в моей жизни, которых могу назвать друзьями, и потерять одного из них не хотелось. И меньше всего ожидала, что весельчак Макс на самом деле так одинок, что привязанность и приятельские отношения могут перейти в другой ранг. Хреновый я друг, раз раньше не заметила, а сейчас… Вот что делать-то?
 
— Что, как Кощей над златом, чахнешь, Генрих?
— Привет, Ната. Какими судьбами?
— Решила подругу пропащую навестить, я, конечно, понимаю — работа, но хоть в скайпе могла стукнуть "жива-здорова". Вот меня и делегировали для выяснения твоего состояния.