Ты мой! Пока не наиграюсь... (СИ)

Она плеснула в бокал вина, сделала бутерброд с икрой и залезла с ногами на стул, быстро настучав:– «Спасибо за цветы»
Некоторая тишина, а потом обескураживающий ответ:– «Курьер только сейчас забрал их из салона. Привезёт примерно через час» И следом вопрос: –«Как узнала?»
Нина с удивлением смотрела на розы. Значит, Павел решил извиниться за то, что не ночует дома? Укол совести в сердце. Неприятное ощущение, что предаёт отца своего ребёнка. Захотелось немедленно услышать родной голос…
Она удержалась, чтоб не набрать его номер. Всё-таки Павлу улетать спозаранку, наверняка, уже давно спит и видит десятый сон. Узнает утром. Нина отправила Игорю пожелание спокойной ночи, а сама отправилась спать, оставив телефон на зарядке.
Во сне она отдыхала с мужем на море. В этот раз на Мальдивах. Где впервые её поразило всё! От прозрачной удивительно чистой воды светло-бирюзового цвета, белоснежного песка пляжей и двухуровневой виллы с первым этажом под водой. До удивительно вкусной еды из наисвежайших обитателей моря.
Она не боялась летать на большом сроке беременности. Почему-то совершенно уверенная, что родит без осложнений и вовремя. Такую же страстную как сама путешественницу. Они ныряли с Павлом нагишом, любуясь подводным миром атоллов. Он целовал раздувшийся живот, нисколько не раздражаясь его размерами. Идиллия отношений. Абсолютная любовь и лёгкость в сердце…
Разбудил её робкий стук.
– Что?
Дверь открыла домработница. Она осторожно заглянула в спальню, извиняющимся голосом проговорив:
– Нина Сергеевна, там ваш телефон разрывается. Павел Николаевич позвонил на домашний, хочет, чтоб вы ответили.– Она протянула трубку, опустив глаза в пол. Зная, что хозяйка предпочитает спать голой.
Нина провела ладонью по заспанному лицу, попросив:
– Тося, принеси, пожалуйста, мой мобильник. – Она поднялась с постели, придерживая у груди простынь.– Алиса ещё спит?– и, получив в ответ кивок, взяла трубку, отменив первую просьбу:– Не надо, сама вниз спущусь.
Она приложила телефон к уху и сразу же:
– До сих пор дрыхнешь?– резким недовольным голосом.
Отвечать в ответ настолько же грубо не хотелось. В благодарность за розы, чудесный сон сотканный из приятных воспоминаний. Она дружелюбно ответила:
– И тебя здравствуй любимый, хорошей субботы.
– Как может мне быть хорошо в самолёте?
– Ты уже в Шереметьево?
– Я даже в салоне. Ты вообще меня слышишь?
– Отлично!
– Отлично что? Муж улетает– жена свободна?
Она усмехнулась, уверенная, что Павлу уже доложили, где и с кем она была вечером.
– Свекровка – блядь снохе не верит!– парировала она, начиная терять терпение.
– Прекрати говорить со мной матом.
– А ты, не выноси с утра мозг.
– Я просто волнуюсь.– Сухой жёсткий тон не соответствовал произносимым словам.– Алиса одна в большом доме.
– Не считая няни, охранника, домработницы, её мужа и…
Он перебил. Выдав без перехода, как ультиматум:
– Кто прислал розы?
А вот теперь сердце ухнуло вниз, похоронив попытки выставить себя перед собой сукой неблагодарной, как и любые раскаяния с муками совести.
– Сама заказала.– Горькая ухмылка не сходила с пухлых губ.– Нина могла предсказать все слова и ходы с точностью до эмоций на красивом лице по ту сторону связи. Непримиримый собственник…
– До садовых роз ещё с месяц, а ты в последнее время забыл, как я их люблю.
– С кем ужинала?– Сделал он вид, что не расслышал последней фразы.
– С Юлькой. Позвони и спроси.– Она чуть слышно хмыкнула, представив, что ответит подруга.
– А она так и расскажет.
Нина тяжело вздохнула, не понимая его претензий. Не хочешь, чтоб жена покидала дом – ночуй в нём. На душе становилось гадко. Позвонил, чтоб устроить разнос и не одного вопроса о здоровье, как спала, что собираешься делать. Пусть не интересна она, но хотя бы спросил о дочери.
– К чему этот звонок? – начинала она закипать. – Пожелать мне хорошо оставаться? Тогда и тебе весёлого перелёта.
– Я работать лечу,– он не говорил, а рычал, даже не камуфлируя ревность,– а ты, похоже, остаёшься веселиться.
 
– У ебливой куме только хрен на уме.
– Я сказал – прекрати! Не раздражай фразочками от твоей матери.
– Даже не начинала, Светличный.– Она хмыкнула, зная, чем загнать его в угол.– Меняй рейс, я домчусь без пробок менее, чем за час и рванём вместе, вспомним молодость. Трахнемся в туалете, завиртуозю минет под пледом. Будет не скучно.
– У меня назначены встречи.– Он отбрыкивался от неё быстрой скороговоркой.
– Тогда не делай мне нервы. Пусть китайцы тебе сосут. Прилетишь – набери.
– Что тебе привезти?– он смягчил тон, почувствовав, что вывел её из себя.
– Счастье…
И сразу гудки сброшенного вызова, набатом бьющие в ухо.
– Ну, вот и поговорили…
Нина кинула трубку на постель. Белое пятно на светло–синем. Облачко на горизонте безбрежного неба. Чувство чего-то неотвратимого сжало сердце. Она накинула короткий персикового цвета халатик, сунула ноги в шлепки на небольшом каблучке и направилась в комнату дочери. Размышляя на ходу, кто успел доложить о цветах и её позднем возвращении? Нина усмехнулась, представив, что было бы останься она вчера с Игорем. И тут же вопрос: «От кого на самом деле букет?» – ответ не приходил в тяжёлую голову.
Она передумала и решила сначала спуститься. Алиса, как мама, не любила просыпаться и почти всегда с утра пребывала в плохом настроение. Нина прошла сразу на кухню, источающую аромат свежей выпечки. Стакан чистой воды из холодильника остудил бурлящее негодованием нутро.
Тося колдовала над завтраком. Сырники и её любимые слойки с повидлом уже лежали на блюде.
– Я позавтракаю здесь, с тобой.– Не хотелось оставаться одной в огромной столовой. Она забрала телефон, отодвинула стул и присела на краешек, проведя пальцами по дисплею. Куча пропущенных вызовов, кроме тех, что по работе. Десять от Паши, три от Игоря, один от Юльки и три неизвестных. Она начала с последних. Два от потенциальных клиентов, на одном абонент оказался недоступным.
Игоря тревожить не стала, ни к чему будить спозаранку его жену. Сам перезвонит. Рабочие будут в рабочие дни, пусть учатся самостоятельно решать рутинные вопросы. Оставалась Юля, но при чужих ушах звонить ей она не станет, да и не в такую рань. Кувыркалась, небось, всю ночь – бедолажка– тёрла ляжки.… Сама себе пожелав:– «Не завидуй!» Нина пролистала СМС–ки от Ковалёва, в которых было и пожелание спокойной ночи, и вопрос о здоровье, и с добрым утром – красавица. Губы расплылись в довольной улыбке. Настроение поползло вверх.
Она уплела с удовольствием пару сырников, булочку, запила всё свежесваренным кофе, чмокнула Тосю в щёку в знак благодарности и направилась к дочери.
– Нина Сергеевна вы заходили в гостиную?
Застал её вопрос на пороге кухни.
– Нет, а что?
– Там такой букееет…– в восхищении протянула повар и горничная в одном лице, разведя руки в стороны.– Саша вчера принимал, охранник уже спать ушёл.
« Точно! От Игоря, как я могла забыть? А вот про него Паша смолчал, значит, сдал охранник,– размышляла она.– И не уволишь суку продажную».
Букет на самом деле был огромным. Очень красивым и благоухающим. Она удивилась, как не почувствовала его сразу. Аромат экзотических трав перебивал запах белых и нежно-розовых бутонов собранных вместе. Он разливался по всему дому. «Вот так на нервах и обаянии можно лишиться и слуха». Подумала она, сравнивая эти цветы с букетом из одних роз. Не зная, какой поставить на пьедестал.
Чувство предательства кольнуло грудь. Тот красный не был богато – роскошным, но он был первым.
Она поменяла ведёрки местами, надеясь, что Павел задержится в командировке до времени, когда цветы завянут и придётся их выкинуть. Объяснить наличие двух разных будет сложно.
А ещё она очень нуждалась во времени на «хорошенько подумать».
  
Глава 6
 
– Сейчас? – Нина оглянулась на дочь со Стасом застывших возле двери в ожидание. – Никак не могу. Мы с Алисой в аквапарке, а ты знаешь, что раньше чем через три – четыре часа она не позволит его покинуть.